ХРАНИТЕЛЬНИЦА
Шрифт:
– Я прекрасно понимаю все эти опасения, ваше величество. Однако, несмотря на мою молодость, я отнюдь не страдаю манией величия и излишками тщеславия. Для меня на первом месте стоит благо моей страны и честь семьи, которую я не имею права запятнать неблаговидными делами. Еще год назад я удалился в свое имение и постарался отгородиться от внешнего мира, стараясь не замечать того плачевного состояния своего народа, в которое он все больше и больше погружался благодаря попустительству того, кого сейчас называют королем Бармингама. Не так давно ко мне прибыл представитель королевской оппозиции и со слезами на глазах умолял согласиться возглавить их движение, а впоследствии стать законным королем нашей многострадальной страны. Наша страна на грани разорения! Едва ли не половина населения продана в рабство за долги. Натуральное хозяйство захирело, люди бегут из королевства, вернее, пытаются
Отец не хотел такой жизни для своих детей, но, видимо, от судьбы не уйдешь. Сорок пять лет назад он отказался от трона в пользу младшего брата, рассчитывая на спокойную и счастливую жизнь для всех нас в дальнем имении. Сначала изменения в стране не были так заметны, и я рад, что отец уже не увидел всего того, что происходит сейчас. Но в последующие годы закрывать глаза на творящиеся безобразия возможности уже не было, и, волей или неволей, я вынужден был принимать активное участие в судьбе отдельных жителей нашего королевства. Дело в том, что в мое имение стали стекаться толпы беженцев, и я просто не смог отказать этим несчастным в единственном шансе выжить. Моему дяде это не понравилось, и он еще больше ужесточил законы, запрещая принимать на своих землях беженцев под страхом лишения имущества, дворянства и собственно самой жизни ослушавшихся его приказа. К великому своему сожалению, мой дядя оказался неспособен зачать наследника, и его ближайшим родственником и претендентом на трон являюсь я, но ждать естественной передачи прав глупо, так как дядя еще крепок и полон сил. Таким образом и образовалась нынешняя коалиция, которую я сейчас представляю. – Тармар замолчал в ожидании ответа.
– Герцог, поверьте, мне безмерно жаль вашего отца, он мог бы гордиться таким сыном. Я понимаю ваши чувства, и они мне очень близки, но я в первую очередь должен думать об интересах своей страны и только потом, о личных симпатиях. Поэтому вы должны понимать, что оказать вам открытую поддержку я не смогу. Наша страна не готова к ведению военных действий, а в случае вашего поражения война с королевством Бармингам будет неминуема. Однако я не отказываюсь вам помочь, так как для нас также неудобен нынешний правитель. В случае победы и воцарения вас на троне мы рассчитываем на возобновление взаимовыгодных торговых отношений и постепенное стирание границ между нашими государствами. Помощь, которую я готов вам оказать, – это две роты приграничных «Псов» и элита наших войск – взвод «Рысей». Все они поступят в ваше распоряжение, как только мы придем к окончательному соглашению. К тому же вы получите финансовую поддержку и некоторые таможенные льготы для восстановления вашего королевства из экономической разрухи. Ну и само собой, я не буду возражать, если кто-то из моих дворян решит выступить на вашей стороне и приведет свои гарнизоны.
– Что ж, ваше величество, если честно, я не ожидал и такой помощи. Но, насколько я понимаю, есть что-то еще, о чем мы должны с вами договориться? – Тармар в упор посмотрел на короля Ронгара.
– Да, вы правы. И это условие – ваша непременная женитьба сразу после коронации и признания первыми лордами королевства.
– Да-а, и кого же вы прочите мне в жены, ваше королевское величество? Насколько я понимаю, у вас уже есть конкретная претендентка на роль будущей королевы Бармингама?
– Вы абсолютно правы, дорогой герцог. И эта претендентка – моя единственная дочь – принцесса Аллеана Вейменская! Думаю, это будет наилучший выход из сложившейся ситуации, который сможет обеспечить вашим детям и моим внукам нормальное правление, без опасения военной агрессии со стороны неспокойного соседа и нарушения границ королевства.
– Хоть я и не собирался в ближайшее время связывать себя узами брака, но думаю, что в данном случае вы тоже абсолютно правы. Это наилучший вариант для наших государств, и я принимаю ваше предложение. И в качестве скрепления нашей договоренности… – Тармар снял с пальца золотой перстень и после небольшой заминки с поклоном передал его королю Таринфа, – позвольте передать для вашей дочери этот перстень. Это фамильная драгоценность нашей семьи, которая всегда переходила по наследству. Сейчас я прошу вручить ее моей будущей супруге в честь нашей помолвки.
– Ну что ж, будем считать, дорогой герцог, что
Граф Маркенштайн разлил вино по бокалам, и все присутствующие дружно чокнулись за будущий успех. Распрощавшись с гостями, король Таринфа и граф Маркенштайн удалились через потайную дверь, после чего Тармару и Аранту ничего другого не оставалось, как отправиться в обратный путь в сопровождении уже знакомого им начальника караула.
Проезжая по темным улочкам, Тармар решил внести ясность и поговорить с Арантом начистоту.
– Арант, я приглашаю тебя посидеть в трактире. Мне нужно много тебе объяснить, а на ходу это делать не очень удобно. Как насчет вот этого? – Тармар показал рукой на трактир, мимо которого они проезжали и который был украшен забавной вывеской с изображением упитанного кабанчика, тянущегося своим пятачком к большой кружке с шапкой пены.
Пожав плечами, Арант молча повернул своего Черныша к указанному трактиру. Спешившись и привязав своих лошадей, друзья зашли в переполненное помещение и сквозь висевший в воздухе чад даже не сразу смогли как следует осмотреться. К счастью, им повезло, и хозяин трактира, заметив важных господ, посетивших его заведение, самолично проводил их к свободному столику в стороне от общего веселья. Сделав заказ и дождавшись, когда служанка принесет и расставит на столе тарелки с едой, Тармар начал разговор:
– Я не буду ходить вокруг да около, думаю, ты уже и сам все понял, ну или почти все. Мой отец еще в юности решил отказаться от трона, так как полюбил девушку из бедного дворянского рода, а интересы государства не позволяют королю жениться по любви. Король себе не принадлежит. Вся его жизнь посвящена стране и народу. Отец все это видел с самого детства, так как его готовили именно к такой жизни, но он совсем не желал ее ни для себя, ни для своих детей. У моего отца был младший брат, рожденный от второй жены деда. Моя бабушка – мама отца – умерла при родах, и дед женился повторно. Когда дед умер и пришла пора короноваться, отец отказался от трона в пользу своего младшего сводного брата, а сам удалился в загородное имение своей молодой жены и постарался самоустраниться от всех столичных новостей. Но, несмотря ни на что, при воспитании своего наследника отец предусмотрел все. Маленького мальчика, каким тогда и был я, учили всему, что положено знать наследнику престола.
Мой день был расписан по минутам, не оставляя времени на детские шалости. История королевства, экономика, дипломатия, воинское искусство – я с удовольствием учился, впитывая новые знания, как губка. Именно тогда ко мне приставили в качестве наставника Легарда, опытного ветерана. Сначала он был недоволен таким назначением, но со временем привязался к настырному мальчишке и стал для меня даже больше чем наставник по воинскому делу. Его теперь иначе, как дядькой молодого герцога, и не называют, да и я со временем привык считать его своим дядькой.
Так как мой отец ничего и слышать не хотел о столичной жизни, новости до поместья доходили очень редко. О том, что в королевстве начали происходить какие-то волнения, я узнал из слухов, которые стали гулять по поместью. Однако отец запретил даже заикаться о своем брате – моем родном дяде. А пару лет назад произошло несчастье, унесшее жизнь моего отца. Крепкий еще мужчина, он бесследно исчез в лесу, отправившись на охоту. Посланные на его поиски нашли только примятую траву, поломанные кусты и обрывки охотничьего камзола в пятнах крови. Взмыленный и израненный конь сам нашел дорогу в свою конюшню, заявившись через два дня после случившегося несчастья. Официальная версия гласила, что на отца напал вепрь и он погиб на охоте. В первое время я пытался докопаться до правды, периодически выезжая в лес то с группой сопровождения, то в одиночку, но так ничего и не узнал. После смерти отца я оказался единственным наследником, так как мать умерла уже давно, когда мне исполнилось только семнадцать лет. Оставшись в одиночестве, я снял запрет отца и постарался узнать как можно больше о том, что происходит в стране. Сведения обрушились на нас как лавина и просто поразили меня до глубины души. Получалось, что такие поместья, как мое, – единственные островки нормальной жизни, оставшиеся на сегодняшний день, и для всех живущих в нем я стал единственной защитой и опорой. Пока я думал, чем и как смогу помочь своему королевству, в поместье стали происходить непонятные вещи.