ХРАНИТЕЛЬНИЦА
Шрифт:
– Если рассуждать логически, могу предположить только одно. Если чары были направлены на причинение больших неприятностей Тармару, более того, возможно, даже на его физическое уничтожение, и если эти чары были подготовлены очень сильным магом, они могли сами выбирать наиболее опасного, по их мнению, противника. Видимо, именно тебя они сочли наиболее подходящим противником, способным доставить очень большие неприятности.
– И как мне научиться закрываться от этой мерзости? Очень не хочется все время выступать в качестве девочки для битья для всех, на кого кто-то точит свои не в меру острые зубки.
– Я бы и рад тебе помочь, но думаю, что лучше это сделает
– Спасибо, обнадежил. И как же я смогу уберечься от таких опытных магов, которым достаточно на меня пристально посмотреть, и сразу все станет ясно? Насколько я понимаю, в магических поединках против них я не имею практически никаких шансов?
– Ну не все так плохо. У тебя есть небольшое преимущество – о тебе еще никто не знает, а это дает дополнительное время для собственного совершенствования. К тому же для того, чтобы тебя прочитать, потребуется некоторое усилие. А на ничем не примечательную особу вряд ли кто-то захочет тратить достаточно серьезные запасы энергии. Среднему магу тебя не прочесть, а сильных не так уж и много, да и не все они могут стать твоими врагами. Многие с удовольствием тебя поддержат и обеспечат посильную защиту. Вот только кто из них твой враг, а кто твой друг, с ходу не решишь. Поэтому тебе нужно быть очень осторожной и раньше времени не привлекать к себе повышенного внимания сильных мира сего.
– Слушай, а зачем мне жить так долго? Жизнь прекрасна и удивительна, пока ты молода и красива. А жить сто лет в образе дряхлой старухи с носом крючком, бр-р, что-то совершенно не привлекает.
– Глупая, ты же сможешь сама контролировать свое тело. Замедляя старение и обновляя клетки, ты будешь в состоянии поддерживать свою молодость и красоту именно на том уровне, который сама выберешь для себя.
– Да-а?! Тут есть над чем подумать. Столько новой для меня информации! – Отвернувшись от Дакка, я в упор посмотрела на Прошку, сидящего около меня.– Вот скажи мне, Прошенька, как это ты, такой еще молодой и несмышленый, уже так хорошо разбираешься в магии и людях? Не слишком ли ты быстро повзрослел для недавно родившегося?
Полученный ответ меня поразил. Его мысли сложились в слова, и звучало это примерно так:
– Станешь тут взрослым при такой непредсказуемой незащищенной особе! Ты же без меня пропадешь! А мы, кса-рдоны, можем сами определять сроки взросления, черпая всю необходимую нам информацию из оболочки этого мира. Ни больше и ни меньше.
– Ну хорошо, убедил. Вот только задаваться не стоит! Пусть ты приспособлен лучше меня, но я все равно тебя старше и вообще…
Правда, что вообще, я так и не нашлась сказать. Прошка, удовлетворенно мурча, начал тереться об меня своей здоровущей башкой, повалив на траву и ведя себя не как разумное существо, минуту назад просвещающее меня на предмет житья-бытья, а как самый обыкновенный кот. Только ОЧЕНЬ большой. Немного подурачившись и повалявшись на травке, мы, поднялись, абсолютно довольные друг другом и окружающим миром в целом. Только отряхнувшись от налипших листьев и приведя в относительный порядок свою шевелюру, я с удивлением обнаружила,
– Психотерапевт ты мой пушистый! – Укусив Прошку за кончик мохнатого уха, я походя толкнула рассевшегося Дакка и стрелой рванула в сторону поляны: – Догоняйте!
Вывалившись из густых кустов и оказавшись на поляне, я с удивлением обнаружила в полной боевой готовности Лешека. Резко затормозила и в удивлении на него уставилась:
– А что это с тобой?
– Что со мной? И это говоришь ты? Сначала уходишь незнамо куда с глазами в кучку, следом за тобой убегает озабоченный Дакк, оставив меня одного мучаться в неизвестности. А потом вы появляетесь с таким треском, что предположить можно все что угодно. Начиная от лося, ломящегося сквозь кусты в период гона, и заканчивая ордой наемников, наступающих вам на пятки! Так что это я жду от вас объяснений, что все это значит? – Лешек стоял, воинственно опираясь на сучковатую дубину, попеременно переводя свой взгляд с меня на Дакка. Причем на меня он смотрел требовательно-обвиняющим взглядом, а на Дакка – дружелюбно-вопросительным.
Под таким напором я даже слегка присмирела и попятилась. Не ожидала, что милый и тихий в повседневной жизни Лешек может оказаться настолько сердитым. Ища сочувствия и поддержки, я осторожно осмотрелась по сторонам. Как бы не так! Предатель Прошка, осторожно высунув лобастую голову из кустов, сразу же юркнул обратно, послав мне мысленный импульс, что он со мной потерял столько энергии, что ему срочно нужно на охоту, чтоб восполнить весь свой кислотно-щелочной баланс.
Хотя, может, они и правы? Все-таки со стороны это действительно смотрелось достаточно странно. Неудивительно, что мои ребята испереживались, а я, свинка неблагодарная, еще и козни против них замышляю…
Понурив голову, я пошла на исповедь, хотя ужасно не люблю ни перед кем оправдываться. Предпочитаю следовать принципам: «что сделано, то сделано» и «сделанного не воротишь». Поэтому лучше продумать, как исправить последствия сделанного, извинившись перед несправедливо пострадавшими от моего импульсивного характера. Пришлось все пересказывать Лешеку по новой. И полученную информацию от Прошки, и наши выводы. Заодно и Дакк услышал мой последний разговор с Прохором по поводу усваивания кса-рдонами нужной информации из энергетики этого мира.
Попутно в голову мне пришла одна мысль. Ведь если я так подвержена постороннему влиянию, значит, и мои ребята, путешествуя рядом со мной, находятся в непосредственной опасности. В конце концов, они совершенно не обязаны подвергать себя ей, когда есть возможность этого избежать. А в непосредственной близости от меня эта опасность возрастает в несколько раз. О чем я им и сообщила, попутно пообещав Дакку, в случае, если он захочет, полностью освободить его от данной мне сгоряча клятвы верности и не держать на него зла ни при каких обстоятельствах.
Ожидая их заключения и чтобы занять себя хоть чем-нибудь, я взяла веточку и острым перочинным ножиком стала аккуратно ее затачивать, попутно наблюдая, как меняется ее тонкая невидимая оболочка, тесно связанная с внешними изменениями. Полностью погрузившись в свои невеселые думы, я отвлеклась, только услыхав сдавленное шушуканье прямо перед моим носом. Удивленно вскинувшись, я застала совершенно немыслимую картину. Вампир и леший сидели, плотно придвинувшись друг к другу, и что-то оживленно шепотом обсуждали, совершенно не собираясь посвящать в свои планы меня!