Хроники
Шрифт:
Особенно сильные изменения в «Амьенском манускрипте» претерпел эпизод, в котором Эдуард III, едва избавив графиню Солсбери от шотландской угрозы, сразу подвергает ее новой осаде, но уже на «любовном фронте». Если у Ле-Беля эта сцена представляет собой тревожное описание слепой и опасной страсти, охватившей короля, то Фруассар, в лучших традициях рыцарских романов, превращает ее в увлекательный рассказ о галантном ухаживании короля-рыцаря за прекрасной хозяйкой замка. При этом сам замок Солсбери становится неким зачарованным местом, островком красивой и тонкой чувственности средь суровых реалий войны. Этим он напоминает фантастический «Двор Любви» (Cour d’Amour), описания которого часто встречаются в куртуазной лирике той эпохи. Фруассар изображает короля как опытного в сердечных делах стратега, превосходно
Еще одной творческой находкой Фруассара стало то, что сама военная кампания против шотландцев оказывается у него психологически сопряжена с тайными сердечными стремлениями и переживаниями английского короля. Желая придать своему общению с графиней некоторую интимность, король отсылает почти все свое войско вслед за шотландцами и оставляет возле замка Солсбери лишь небольшой эскорт в 500 копий. Затем, во время похода, он позволяет, чтобы соратники объясняли его угнетенно-рассеянное состояние неудачными попытками настичь противника. Однако наибольшего психологизма в портрете короля Фруассар достигает, когда описывает душевные терзания, охватившие его во время восьмидневного пребывания в крепости Бервик, после заключения предварительного [372] перемирия с шотландцами. По условиям этого перемирия граф Солсбери должен получить свободу. Это благо для короля-политика, но беда для короля, страдающего от безнадежной любви. Эдуарда одолевает искушение по пути в Лондон заехать в замок Солсбери, ибо это последний шанс увидеть графиню до возвращения ее супруга. Однако в итоге Честь и Верность берут верх, и король решает, что будет любить графиню «совершенной любовью», то есть бескорыстно и платонически. К графине посылается ее племянник с вестью о скором освобождении графа.
Эта драматичная сцена могла бы стать красивой развязкой для всей истории, однако некоторое время Фруассар, словно по инерции, продолжает следовать за сюжетной линией Жана Ле-Беля. Так, он рассказывает, что супруги Солсбери явились на пир в Лондон по особому приглашению короля, и графиня при этом старалась никак не выделяться среди прочих дам 14. После этого имя графини исчезает из повествования, а о графе Фруассар упоминает лишь вскользь, говоря о королевских поручениях, исполнявшихся им в Бретани и Ирландии. Судя по всему, хронист спохватился и сообразил, что дальнейшее следование за сюжетом Ле-Беля заведет его в мрачный тупик и нанесет непоправимый ущерб героическому образу короля-рыцаря. Кроме того, рассказ о любовных похождениях Эдуарда III, даже без описания слишком нелицеприятных подробностей, оскорблял светлую память его супруги, королевы Филиппы, которая долгое время была щедрой покровительницей Фруассара.
Тем не менее, хронист не счел возможным полностью обойти молчанием «случай с изнасилованием», описанный Ле-Белем. В совершенно неожиданном месте, ведя речь о военной кампании графа Дерби в Гиени (1345 г.), он вдруг останавливается и заявляет, что рассказ Ле-Беля не заслуживает никакого доверия, ибо он, Фруассар, долгое время жил в Англии и вел расспросы на эту тему, но не нашел каких-либо свидетельств, подтверждающих факт изнасилования 15. В любом случае, мысль о возможности такого низкого деяния со стороны Эдуарда III кажется ему нелепой, и более к этому вопросу он возвращаться не хочет 16. [373]
И действительно, далее о графской чете в «Амьенском манускрипте» не говорится ни слова. В манускриптах «семейства А/В», которые Ж. Дийе обоснованно считает второй редакцией Книги Первой, Фруассар проявит намного больше сдержанности и осторожности. Стараясь избегать сюжетных ловушек и опасных двусмысленностей, он почти дословно воспроизведет рассказ Ле-Беля, исключив из него малейшие намеки на «случай с изнасилованием». Для собственных художественных импровизаций Фруассара там тоже почти совсем не найдется места. В дальнейшем, при создании последней редакции Книги Первой, так называемого «Римского манускрипта», хронист поступит еще более радикально. Из повествования
Ниже вниманию читателей предлагается перевод фрагмента «Амьенского манускрипта», в котором Фруассар описывает события шотландской компании 1341 г.
Комментарии
1. Публикация подготовлена при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта РГНФ: «Хроники» Жана Фруассара (научный перевод и исследование источника), 08-01-00346а.
2. См. : Chronique de Jean le Bel / Ed. par J. Viard et E. Deprez. P., 1902. Vol. I. P. 290-294; Vol. II. P. 1-4, 30-33 (далее: Le Bel).
3. В квадратных скобках указаны реальные даты событий.
4. Исследователи сходятся на том, что под замком Солсбери Ле-Бель и Фруассар имели в виду замок Варк-он-Твид (Wark-on-Tweed).
5. Весной 1340 г. в ходе боевых действий под городом Лиллем Вильям Монтэгю был взят в плен и доставлен в Париж.
6. Говоря о представителях английской фамилии Монтэгю (Монтакъют), Жан Ле-Бель и Фруассар создают большую путаницу в именах, родственных связях и датировках. Графиня Солсбери получает у них имя Алиса, тогда как в действительности ее звали Екатериной. Она была дочерью лорда Вильяма Грандисона; в 1327 г. вышла замуж за Вильяма Монтэгю (1301-1344), который получил от короля титул графа Солсбери (16 марта 1337 г.). От этого брака родилось шестеро детей. После гибели Вильяма Монтэгю на одном из рыцарских турниров, его старший сын Вильям унаследовал графский титул. Графиня же ушла в монастырь, где и скончалась в 1349 г. Молодой племянник графа Солсбери, о котором пишут Фруассар и Ле-Бель, на самом деле был племянником младшего брата графа Солсбери, Эдуарда Монтэгю. Супругу Эдуарда звали Алисой, и, вероятно, именно с ней хронисты спутали настоящую графиню Солсбери. Подробнее об этом см.: Gransden A. The Alleged Rape by Edward III of the Countess of Salisbury // The English Historical Review. 1972. Vol. 87. № 343. P. 336.
7. Le Bel. Vol. II. P. 31. Условно изнасилование графини можно датировать 1344 г., поскольку Ле-Бель тесно ассоциирует его по времени с перестройкой Вестминстерского дворца и учреждением Ордена Подвязки (Ibid. P. 25-27).
8. Как указывалось выше, Вильям Монтэгю скончался от раны, полученной на рыцарском турнире в Англии (1344 г.). Рассказ о его гибели под Альжезирой, равно как и о ссоре с королем, следует считать вымыслом.
9. Подробнее см.: Gransden A. Op. cit. P. 333-344.
10. Ibid. P. 342-344.
11. Ibid.
12. Diller G. T. Attitudes chevaleresques et realites politiques chez Froissait: Microlectures du premier livre des Chroniques. Geneve, 1984. P. 77-156.
13. Froissart J. Chroniques. Livre I. Le manuscrit d’Amiens / Ed. par G. T. Diller. 5 tomes. Geneve, 1991-1998. T. II. P. 54, 59, 173 (далее: Amiens).
14. Amiens. T. II. P. 254, 255.
15. Примерно с 1361 по 1369 гг. Фруассар находился на придворной службе у своей землячки, английской королевы Филиппы д’Эно, супруги Эдуарда III.
16. Amiens. T. II. P. 332.
ЖАН ФРУАССАР
ХРОНИКИ
КНИГА ПЕРВАЯ. «АМЬЕНСКИЙ МАНУСКРИПТ»
(ФРАГМЕНТ) 1
О том, как король Англии объявил срочный военный сбор в городе Йорке, а также о том, как шотландцы захватили и жестоко разорили город Дарем