Хрононавигаторы
Шрифт:
С горы спускались рабочие. Асмодей приказал им идти к Аркадию – укрепить «преисподнюю».
– Курдины бы сюда, Анатолий! – чуть не простонал Бах. – Хоть бы одну! Пойми, колодец уступать нельзя.
– Не смей и упоминать о них! – отрезал Кнудсен. – Асмодей! Не надо извлекать заряды. Надо взорвать их. Сможешь?
– Конечно, смогу, но для чего? Их слишком мало, чтобы взрыв образовал канал. Пустая трата взрывчатки.
– Не пустая, нет! – Кнудсен осматривал вершину горы. – На Дилоне не было вулканов, но планета по структуре сейсмоактивна. Те недротрясения, что учиняют рангуны, были бы немыслимы,
Асмодей умчался. Позади молчаливой группой стояли Старейшины. Кнудсен подошел к Гуннар Гунне.
– Друзья мои! – взволнованно сказал капитан хронолета. – Нужна ваша помощь. Скоро сюда прорвутся передовые отряды Ватуты. Конечно, мы могли бы физически уничтожить всех рангунов…
Гуннар Гунна с несвойственной ему поспешностью прервал Кнудсена:
– Так сделай это! Если рангуны не сдаются, почему бы не уничтожить их? Разве не ясно, пришелец, что в борьбе двух противников уничтожение одного из них – лучший способ прекратить борьбу?
– Это не наш способ, Гуннар Гунна. У людей свои правила морали. Слушай мою просьбу. Вы умеете в длительных размышлениях находить опровержения законов природы. Я поставлю тебе задачу попроще: поразмысли и найди такой способ, чтобы мы могли разоружить рангунов, никого не истребляя. У нас могущественные боевые средства, но единственное безвредное оружие – временно парализующие излучатели – решительно отказало, а всякое другое – уничтожает.
– Ты правильно поступил, что обратился к нам за помощью, – величаво одобрил Вещий Старец. – Ибо вы, пришельцы, просто разумны, а мы воплотители Высшего Разума. Я сделаю все, чего ты требуешь.
И он немедленно впал в такую сосредоточенность, что при очередном толчке почвы не устоял на ногах. Два других Старейшины – Различник и Стиратель – едва успели подхватить его под руки. Он и остался так недвижно стоять – двое поддерживали его, а он, опустив величественную голову, не выходил из глубокого размышления.
Кнудсен отошел к своим. Мария и Бах молчаливо следили за бегущим вдалеке Асмодеем. Хавроны, захватившие главную линию обороны, обстреливали киборга: то спереди, то по бокам, то позади Асмодея взлетали фонтанчики пыли. Асмодей вдруг упал – не то добежал до нужного места, не то свалился, сраженный.
– Не поднимается! – глухо произнесла Мария.
И, словно отвечая ей, над склонами горы поднялся огненный столб. До людей донесся грохот взрывов, снизу вверх по горе промчался смерч из пламени и камней. Огромные глыбы взлетали и рушились. Асмодей все не поднимался.
– К нему! – Мария побежала наверх, за ней поспешил археолог.
Кнудсен нагнал друзей, когда они стояли над местом, где упал Асмодей. Киборг успел выйти к цепи зарядов, успел включить взрывную машину, но спастись от падающих глыб не успел. Вокруг валялись разрозненные части того, что еще несколько минут назад составляло прекрасную фигуру и совершенный механизм – сорванная с шеи голова с рожками, торчащими из кудрей, размозженное туловище, изломанные руки, развалившиеся на сочленения ноги. Мария остановившимися глазами смотрела на груду обломков, оставшуюся от ее детища. Бах увидел моторчик индивидуальной силовой защиты и с негодованием пнул
Кнудсен прервал горестное молчание Марии и Баха:
– Друзья, соберите останки Асмодея, похороним их, как похоронили бы останки отважного человека. Он выполнил свою боевую задачу и погиб. Посмотри на гору. Нам больше не нужно оборонять насосы.
С горы рушился водопад. Тысячи тонн воды, грохоча и пенясь, устремились в Долину гибели. Бах, отведя взгляд от новосотворенного водопада, с болью проговорил:
– Я просил… Один залп курдины – и наш друг был бы цел!
Кнудсен резко повернулся и пошел назад. Мария позвала его – капитан хронолета не ответил и не обернулся.
11
Аркадий знал, что времени на подготовку обороны «преисподней» в обрез: сразу после падения защитной линии у колодца наступит его черед отражать атаку всей армии Ватуты. Кнудсен передал, что Мария с Асмодеем совершили нападение на атакующих и что вылазка была неудачна. Аркадий должен торопиться.
Аркадий не торопился, он был готов.
А затем донесся грохот взрывов на склоне горы, запиравшей Долину гибели, и он увидел водопад, ошалело ринувшийся из верхнего озера в котлован. Вода с ревом заполняла долинку. На единственном возвышении – скале, нависшей над «преисподней», – скапливались беглецы. Аркадий всматривался в далекую линию обороны – там оставались друзья, они все еще не появились.
Первым прибыл Гуннар Гунна со своей свитой, за ними Кнудсен. Аркадий кинулся к капитану хронолета с вопросом, где остальные.
– Асмодей погиб, Мария и Миша скоро появятся, они собирают его останки. У тебя все в порядке?
– Пусть Ватута приходит – его солдатам не поздоровится.
Кнудсен стоял спиной к новой оборонительной линии, лицом к котловану Долины гибели. Уровень воды поднимался, она уже доходила до колен последних защитников первой линии, торопившихся к спасительной «преисподней». Ни Марии, ни Баха не было видно.
– Скоро Ватута не подойдет, – сказал Кнудсен. – Новое озеро над бывшим колодцем спутало его планы – надо преодолевать воду. Он найдет средство для переправы, но на это ему понадобится время.
– Марии и Миши еще нет, – с тревогой сказал Аркадий.
– Уже идут, – ответил Кнудсен и отошел к Старейшинам.
Мария и Бах брели по пояс в воде. Аркадий спустился со скалы и помог им выбраться наверх. Бах сложил в кучку останки киборга.
– Вот и весь Асмодей тут, – произнес археолог. – Я так привязался к нему!
– Мария сконструирует нового Асмодея, – сказал Аркадий.
Мария грустно покачала головой.
– Если вернемся на Латону. Но это будет уже другой Асмодей. Может быть, и лучше, но другой.
Кнудсен беседовал со Старейшиной Старейшин.
– Пришелец, я выполнил твою просьбу, – торжественно протелепатировал Великий Провидец. – Воплотители Высшего Разума, как тебе известно, свободно решают самые сложные задачи. Я подверг всестороннему изучению твою проблему и окончательно постиг, что нет никаких известных нам средств, способных усмирить проклятых рангунов без физического уничтожения. Я уже объяснял тебе, что этот коварный народ…