Хронотриггер
Шрифт:
– Папик послезавтра утром возвращается, и я должен вернуть на место, – обреченно сказал Костя.
– Ой, нашел из-за чего грустить. У нас же целых два дня, это целая куча времени!
Друзья допили лимонад и выбросили банку в ближайшую урну. К ней тут же устремился бомжеватого вида неопрятный мужичок с пакетом громыхающих на каждом шагу жестянок и бутылок. Сашка хотел уже было нажать на правую кнопку, но затем повернулся к Косте.
– А давай-ка этому санитару города обрежем
Мужичок добежал до урны, вытащил только что отправленную в нее банку и, смяв ногой об асфальт, препроводил в грязную сумку.
– Эта баночка тебе не достанется, товарищ, – рассмеялся Сашка, взял за руку Костю и нажал на правую кнопку хронотриггера.
…Они стояли у автомата с напитками.
– Хмм, – протянул печально Костя, – лучше бы мы вовсе не пили этот лимонад! Только что я не особенно-то и хотел его, а вот сейчас – очень хочу!
– Да уж, – нахмурился Сашка, соглашаясь.
Друзья разочарованно обнаружили, что хронотриггер при возврате времени оставлял память, но не ощущения или чувства.
* * *
До обеда мальчишки всячески развлекались, но когда голод окончательно взял свое, решили пообедать у Кости – его мать была сегодня дома, а это сулило наличие свежих булочек или блинчиков. Родители Сашки сегодня, как и в любой другой будний день, работали, и что-то готовить самому ему было лень.
– Привет, мальчики, – поздоровалась Костина мама. – Проголодались?
– Конечно! – хором ответили друзья.
– Блинчики будут? – беззастенчиво поинтересовался Костя.
– Не сегодня, дорогой мой, – ответила мама. Костя выпятил губы, обидевшись. – Люба, иди есть! – крикнула мать в комнату.
Оттуда через секунду выскочила девятилетняя сестра Кости, конопатая девчонка со смешным носом картошкой и двумя косичками.
– Привет, Сашик, – улыбнулась она другу своего брата. Сашка приветственно махнул ей рукой.
Втроем они уселись за стол. Мама налила каждому по тарелке ароматного сырного супа.
– У нас в школе в столовке тоже дают суп из сыра по средам, очень вкусный, – с набитым ртом произнес Костя, все еще чуть-чуть обиженный из-за отсутствия так ожидаемых им блинчиков.
– Ну уж конечно, тут не как у вас в столовой, – ответила мать.
– А вот вкусных блинчиков там не дают, – гнул свое Костя. – С вишневым вареньем, или с клубникой, или со смородиной…
– А без ягод? – задал вопрос Сашка.
– Сам ты обезьяна! – воскликнул Костя, разбрызгивая изо рта вместе со слюной кусочки пищи.
– Без ягод, говорю, – хохотнул Сашка.
– Да можно и без ягод. А то – суп. А что суп? Суп и в столовке дают.
– Будешь
– А у нас в столовке посуду не моют, – обиженно, под хохот Сашки, Любки и мамы, промямлил Костя. И тоже расхохотался вслед за всеми.
Подошла очередь чая.
– Знаете такую поговорку? – проговорил Костя, нарезая шоколадный рулет на три кусочка, – семь раз отъешь, один отдай!
Люба залилась смехом. Сашка, эффективно работавший челюстями и державший в левой руке свой кусочек, радостно сказал:
– Я знаю другую поговорку. В кругу друзей не щелкай клювом. – И второй рукой схватил Костин кусок рулета. После небольшой возни удалось восстановить справедливость.
– Ну что вы опять собачитесь? – входя в кухню, недовольно сказала мать. – Добрее надо быть. Добрее. Вон, помню, на пасху мы с теть-Мариной ходили в церковь. Люди добрее становятся, не то, что вы. Такие все вежливые, даже с омоновцами христосались.
– Яйца им, что ли, били? – заулыбался Костя.
– Да угомонись ты, оболтус! – Мама выкинула мусор в помойное ведро и вновь покинула кухню.
До вечера ребята оккупировали Костин компьютер и играли в игры. Потом Сашка, со всеми распрощавшись, пошел домой. С Костей они договорились встретиться завтра с утра пораньше и продолжить забавы с хронотриггером.
* * *
Погода наутро выдалась дождливой и прохладной. Сашка с трудом заставил себя сесть на кровати, поеживаясь от холода. В квартире было тихо и пусто, и ничто не мешало проваляться до самого обеда. Но желание поскорее добраться до хронотриггера и вдоволь повеселиться тянуло Сашку прочь из постели.
– Кто-нибудь, включите же солнце, – просипел он спросонья. – Вот дубак-то, брр.
Он поднялся, нацепил штаны и рубашку, взял с тумбочки очки, лениво протер их полой расстегнутой рубашки, влез ногами в тапки и прошествовал в коридор к полке с высоким зеркалом.
Из зеркала на него глянул помятый, с взъерошенными волосами торчком худой парнишка с мешками под глазами. Саня вскинул вверх руки, согнув их в локтях, как делают культуристы, и, усмехнувшись своей клоунаде в зеркале, протянул руку к стоявшему на полке телефону.
– Здарова, Костян. Встал уже?
– Меня сегодня уже «встали» с утра пораньше. Сань, ничего не выйдет. Мамашка укатила по каким-то срочным делам, а нам с Любкой наказала к бабке ехать на дачу – со здоровьем у нее что-то там неладное. Так что звиняй, сегодня я занят, ничего не выйдет.
Конец ознакомительного фрагмента.