Хрустальная колыбель
Шрифт:
— Может быть, мне с тобой поехать? — предложил Юм, не слишком, впрочем, надеясь, что отец согласится.
— Нет, сын. Нет. Если со Служителем приедет
Служитель Эрл ушёл, и когда за дверью стихли его шаги, Юм вернулся к очагу и упал в кресло, обитое лисьими шкурами. Усталость после долгой ночной охоты взяла своё, и его тут же потянуло в сон. Теперь сквозь пелену рваных облаков из непроглядной тьмы на него смотрели всё те же глаза, полные надежды и скорби. Нимфа, последняя из Древних, смотрела на него из бездны Небытия. Она смотрела, но не видела, она хотела услышать, но слова гасли в вязкой бархатной тьме.
— Он жив! Он со мной! Всё будет хорошо.
Этот сон повторялся каждый раз, стоило ему задремать, и всегда он отвечал её взгляду одно и то же. Но каждый раз ему казалось, что он и сам толком не знает, что такое «всё», что такое «хорошо» и что такое «будет»…