Хрустальное сердце

Гусейнова Екатерина

На самом деле, все мы чувствуем присутствие Бога, даже если не верим в Него. Порой мы сталкиваемся с такими ситуациями, когда понимаем и ощущаем, как Кто-то Свыше вмешивается в нашу жизнь. Эта невидимая Божья забота проявляется особенно явно в жизни верующих людей, которые никогда не чувствуют себя одинокими, даже

если весь мир отворачивается от них, и всё вокруг рушится. Да и неверующий человек в отчаянии всегда кричит: «Господи, за что?». Он, Всемогущий и Вездесущий, всегда рядом, где бы мы ни находились.

Бог сотворил человека, вдохнув в него Своё дыхание. Сделавшись душою живой, творение незримо связано со своим Творцом на протяжении всей земной жизни. Эта связь и называется «смыслом жизни» и заключается в общении между Богом и человеком. Развитие этих отношений дает человеку возможность находиться в этом мире под Божьей защитой с надеждой на вечную жизнь, лишенную страданий, слез, мук и прочих трудностей и скорбей. В Аду эта связь теряется. Она разрывается навсегда.

Нескончаемые чувства страха, безысходности, потери, гнева, обиды, злости и апатии на душевном уровне будут навечно переплетены с чувствами отделённости от Бога, от надежды, любви, радости, благодати, покоя и мира на духовном уровне.

Чтобы в полноте прочувствовать этот «букет удовольствий», достаточно представить себя живым, в кромешной тьме, заколоченным в тесном и узком гробу, без света и доступа воздуха, закопанным на три метра в землю.

Поначалу человек лежит, вытянув ноги, вглядываясь в полную темноту. Когда взгляд начинает привыкать к отсутствию нормального освещения, всё, что становится видимым вокруг, — это еле различимые, темные, грубо обтесанные доски. Их запах начинает бить в разгоряченные от страха ноздри. Дыхание становится более глубоким от нехватки кислорода и более

резким и хаотичным — от неспособности мозга возобновить привычный мыслительный процесс из-за перевозбуждения каждой ниточки нервов. Прилившая к головному мозгу кровь начинает отзываться сильными ударами боли в висках, заставляя содрогаться каждый участок тела. Волна жара сменяется волной ледяного холода, и человек начинает постепенно впадать в состояние безумия. Инстинкт самосохранения срабатывает лишь в первые минуты, когда организм от возникшего перенапряжения набирает силы сражаться, но и это ненадолго. Всё, на что способно тело под действием ослепленного безумием разума, — в отчаянье попытаться выбраться наружу из умело сколоченного гроба, что приводит лишь к физической опустошенности и еще более сильному ощущению потери реальности.

Далее события могут идти по различным сценариям в зависимости от моральной устойчивости и крепости психики отдельно взятого человека. Однако это всего лишь вопрос времени. В результате перед нами предстает беспомощное беззащитное существо, уже не способное трезво мыслить, улыбаться, если только отрешенным оскалом от предчувствия приближающегося мучительного конца. Что видят глаза такого человека? Крышку гроба? Увы, нет. Они уже не видят реальности, а в затуманенном мозгу возникают образы прошлого. Жалкое существо, раскаявшееся или озлобленное, ищущее последнюю надежду или смирившееся с бессмысленностью своего существования, — таково описание человека, оказавшегося всего лишь в других жизненных условиях — в гробу, под землей, в полном одиночестве.

Вряд ли такие ощущения, которым не будет конца, вызывают смех, а ведь наивные и невежественные люди смеются, сочиняя немало анекдотов про жизнь в Аду после смерти.