Хрустальные цепи
Шрифт:
– Думаешь, у нас все-таки что-нибудь получится?
– спросила она Лию, когда возвращались к опушке.
– Не знаю, - вздохнула та.
– Этот волк - самое упертое животное из всех, каких я только встречала.
Слова Нейлы не обнадеживали. Тем не менее, пока сложно было судить, ведь они только начали. Но на следующий день история повторилась. Волк по-прежнему старался вернуть к себе расположение любимой самки. Он ходил за ней по пятам, как привязанный. Просил, скулил, ждал, наблюдал. Хоть и стыдно было признаться, но его муки доставляли Хайди удовлетворение. В конце концов, тот, благодаря Лии, был теперь поставлен на место самой Ди - его игнорировали и отталкивали.
Благополучно прошла неделя. Уже казалось, что есть значительные сдвиги. Стенли смог вернуть себе контроль. Его перестало колотить от противоречий, а волк все реже и реже реагировал на его эмоции. Даже намеренное кокетство Ди оставляло зверя равнодушным, что нельзя было сказать о самом Стенли. Его частая эрекция, изменения в запахе кожи, учащенное дыхание, взгляды - все это позволяло ей понять, насколько она ему не безразлична. Причем Ди заметила, что он никогда не смотрел на Лию с таким вожделением, как смотрит на нее. Это не просто радовало, это приводило в восторг. Наблюдая за этими двумя, Хайди не видела между ними сильных чувств. Это была скорее крепкая давняя дружба, и ничего кроме. Стен ни одним жестом или словом не дал в этом усомниться. Но насколько он тянулся к ней, настолько же его волк тянулся и к Лии. И хоть это плохо укладывалось в ее голове, пока продолжало оставаться фактом.
Еще одной положительной и обнадеживающей деталью стало то, что волк начал менять свое отношение к волчице Хайди. Сначала он перестал на нее рычать и бросаться. А когда понял, как к ней относиться Лия, даже стал проявлять интерес. Ди едва выдержала тот напряженный момент, когда зверь обнюхивал ее со всех сторон. Она все ждала, что вот-вот он снова вцепиться в нее зубами, и даже не смогла сдержать рыка, когда его морда оказалась в районе ее шеи. Тогда волк послушно отступил.
Но даже после этого Лия не сменила гнев на милость. Ее волчица по-прежнему оставалась холодна и непреступна. Волк это терпел, и уже казалось, что смирился...
В тот день Хайди отправилась к воде вместе со Стеном. Он быстро искупался, а потом долго смотрел, как она нежилась в прохладной воде. Не изменяя себе, Ди очень старалась держать его в напряжении. Она чувствовала себя счастливой от осознания, что любимый мужчина хочет ее, нуждается, как в женщине. И в тот день решилась перейти на следующий шаг. Если его волк позволяет им быть рядом, возможно уже позволит и большее. Причем это также даст понять о степени его контроля.
– Не замерзла?
– спросил он с мягкой улыбкой, растирая полотенцем ее спину.
– А если и замерзла, согреешь?
– кокетливо поинтересовалась она.
Стен вскинул глаза к лицу любимой. Улыбка почему-то померкла.
– Ди, еще рано, - сразу пресек он все ее планы на этот вечер.
– Почему ты так думаешь?
– взволнованно спросила.
– Потому что, - ответил он сначала сухо, но под ее взглядом мягко уточнил: - Потому что мой волк подавлен, но не сломлен. Я не знаю, что можно от него сейчас ожидать.
– Так давай попробуем и узнаем.
Подавшись к нему, Ди нашла его губы. Первое касание вызвало почти болезненное ощущение, словно по нервам пустили разряд тока.
– Ди...
– умоляюще выдохнул он ей в губы в последней надежде остановить.
Но это, как и первый вкус любимых губ, толкало на более активные действия. Она слишком соскучилась по нему, чтобы отказываться от близости, когда этого так сильно хотят оба.
Мокрое полотенце соскользнуло на землю. Ладошка Хайди свободно обхватила тугую плоть, потому что они все еще были раздеты. Стен мучительно застонал, поддаваясь чарам любимой женщины. Он обхватил ладоням ее голову, просовывая пальцы в мокрые волосы, и впился в губы жадным поцелуем, словно бы она была его единственным источником. Под таким напором дышать стало тяжело, почти невозможно, но это сейчас требовалось меньше всего. Опустив руку к ее ягодицам, он смял их, царапая кожу, прижимая бедра к своему паху. Другая ладонь сжала волосы, и, потянув голову вниз, он стал осыпать пылкими торопливыми поцелуями кожу шеи. И все сопровождалось шепотом, в котором можно было различить ее имя. Каждый жест выдавал его желание и нетерпение, уже вызывая у Ди предобморочный экстаз. Не хватало только его само, внутри, глубоко в ней. Но этого не пришлось долго ждать.
Первый же ствол дерева послужил опорой. Прислонив Хайди к нему спиной и закинув ножки себе на поясницу, Стен ворвался в ее лоно нетерпеливым резким движением, вышибая смешанный стон. Было слегка больно от такого вторжения, но значения это уже не имело. Главное было его чувствовать, иначе казалось, что она сейчас умрет - без него, как без воздуха. И Стен с наслаждением давал ей желаемое, начиная двигаться тягучими рывками. У обоих сбивалось дыхание, прерывалось от стонов, звонких - у нее, хриплых - у него. О нежности снова было забыто, пока преобладала страсть, требуя свое из-за ощущения дикой нехватки друг друга. И совершенно неожиданно было услышать рык, который вырвался из его глотки. Опять.
– Стен?..
– испуганно произнесла Ди.
Он остановился. Прижал ее к дереву и уткнулся лицом в шею. Его начало лихорадить. Сквозь стиснутые зубы вырывалось сдавленное прерывистое рычание. Волк проснулся и снова решил показать, кто тут хозяин. И это когда они думали, что у них уже почти все получилось.
– Ш-ш-ш, все хорошо, любимый, - стала шептать ему Ди, поглаживая по спине.
– Все будет хорошо...
– Не будет, - уколол он в ответ такими словами.
Ди зажмурилась, ощущая, что его дрожь перешла к ней - ее так же неумолимо начало трясти.
– А ты просто верь, хорошо?
Стен вымученно застонал. Затрещало дерево, в которое он вонзился пальцами. Давление его бедер усилилось, что даже онемела поясница, прижатая к стволу. Ликан находился в таком напряжении, что, казалось, был тверже камня. Еще чуть-чуть, и что-нибудь сломается.
– Отпусти его, раз он так этого хочет, - произнесла Ди.
– Нет!