Хрустальный башмачок

Хейнонен Елизавета

Коммивояжер сделал глоток из стоявшего перед ним бокала и продолжил:

– Нужно было отыскать такое место, где эльфы заметят башмачок. Манфред обвел глазами окрестности и обнаружил у подножия холма пенек, который находился в некотором отдалении от окружавшего холм подлеска и был хорошо заметен. Решив, что лучшего места им не найти, они оставили башмачок на пеньке. На следующий день Манфред вернулся на это место проверить, нашли ли эльфы башмачок. И что вы думаете?

Вопрос был явно риторический, но граф на него ответил:

– Башмачка, я полагаю, не было.

– Именно.

Но возле пенька, там, где еще вчера буйно росла трава, была небольшая проплешина. Манфред разгреб землю в том месте и –

– И обнаружил клад, – закончил за него граф.

– Если бы это была сказка, так бы оно и случилось. Но на самом деле все произошло иначе. Сколько Манфред ни рыл, он ничего не нашел. Видимо, проплешинка была там и вчера, просто он ее не заметил. Расстроенный, он вернулся в деревню. Однако история на этом не закончилась. На следующий день отец его возлюбленной пригласил его к себе домой и сказал, что согласен на брак Манфреда с его дочерью, а в приданое за ней дает вот этот самый гостиный двор. Манфред уверен, что это эльфы заставили сурового и непреклонного родителя изменить свое решение. Не знаю, жалел ли наш хозяин впоследствии о своей находке, но в тот момент он был вне себя от счастья.

С этого места разговор повернул в новое русло, и когда вернувшийся из конюшни Марсель присоединился к собеседникам, он застал их за обсуждением глубоко философского вопроса – что лучше: иметь или не иметь?

Уже в своей комнате, граф, вопреки предостережению хозяина, открыл окно, но, как он ни прислушивался, звуков флейты больше не услышал.

Дальнейшее путешествие прошло без происшествий, и на третий день после вышеприведенного разговора граф уже обедал в Маусбадене, в ресторане «Гранд отеля», который славился своей изысканной кухней и эксклюзивными винами.

2. Княгиня Мышкина

Впервые граф увидел ее в ресторане отеля. Вернее, не увидел, а услышал.

Шел четвертый день его пребывания в Маусбадене, и граф уже успел немного освоиться и даже облюбовал себе столик в ресторане отеля, подальше от входа. Он уже заканчивал обед, когда услышал за спиной низкий женский голос, от звука которого у него холодок пробежал по шкурке. Граф с трудом подавил в себе желание обернуться и взглянуть на обладательницу этого чарующего голоса. В этот момент он пожалел, что сидит спиной ко входной двери.

– Может быть Ваша Светлость предпочтет столик у окна? – почтительно вопрошал метрдотель.

– Столик у окна меня, пожалуй, устроит, – отвечала дама.

Граф затаил дыхание. Он услышал шелест шелка, и через несколько мгновений в поле его зрения оказался очаровательный хвостик, а вслед за ним – тонкий мышиный профиль. Дама остановила свой выбор на соседнем от него столике. Граф сидел вполоборота к незнакомке и не мог хорошо ее разглядеть. Но того, что он смог увидеть краешком глаза, было достаточно, чтобы повергнуть его в смятение.

Через некоторое время граф поднялся из-за стола. Однако, прежде чем покинуть зал, он, стараясь ничем не

выдать своего любопытства, отвесил даме вежливый поклон. Она ответила на его приветствие легким наклоном головы. На секунду их взгляды встретились, и он заметил, как в ее глазах вспыхнули и погасли зеленые огоньки. «Как у русалки, заманивающей свою жертву в пучину», – невольно подумал граф.

Оказавшись за дверью, граф жестом подозвал метрдотеля и спросил его, кто та дама, которая заняла соседний с ним столик.

– Княгиня Мышкина, – счел возможным удовлетворить его любопытство метрдотель.

– Мне никогда не приходилось видеть ее раньше.

– Она из России.

Весь день граф возвращался мыслями к таинственной незнакомке. Он с нетерпением ждал вечера, надеясь снова увидеть ее во время ужина. Но княгиня не явилась к ужину. Вероятно, она решила поужинать где-нибудь в городе. «Где может провести вечер одинокая мышка, не привлекая к себе внимания?» – задал себе вопрос граф, и тут же сам на него ответил: «В казино».

Облачившись в приготовленный Марселем смокинг и отпустив слугу на весь вечер, граф пешком направился к зданию казино, которое находилось неподалеку: его ярко освещенный портал был виден из окон отеля.

По вечерам здесь собирались сливки общества. Казино Маусбадена привлекало мышиную аристократию не меньше, чем живописные окрестности этого древнего города и минеральные источники. Получив в течение дня заряд бодрости и здоровья в целебных термальных банях, родовитые мыши вечером отправлялись в казино, чтобы истратить этот заряд, а вместе с ним и пару сотен крон.

Сам граф не причислял себя к игрокам. Игры, в которых все зависело от одной лишь удачи, его не привлекали. Весь отпущенный на его долю азарт он предпочитал расходовать на решение головоломок. Что же касается денег, то к ним граф тоже относился достаточно равнодушно. Он справедливо полагал, что их у него достаточно, и не хотел тратить драгоценное время на преумножение семейных капиталов. Для этой цели у него был управляющий. Граф считал, что ему необыкновенно повезло: он вовремя успел обнаружить у себя особый дар, позволяющий ему проникать в самую суть вещей, и получал истинное наслаждение от использования и развития своих необыкновенных способностей.

Тем не менее, еще в первый же вечер своего пребывания в Маусбадене граф посетил знаменитое казино. Однако это был скорее визит ученого-исследователя, чем игрока. Граф даже на некоторое время занял место за игровым столом. Ему было любопытно испытать изнутри, на своей собственной шкуре, тот ни с чем не сравнимый трепет, с которым игрок должен, по его мнению, следить за движениями непредсказуемого шарика рулетки. Граф действительно почувствовал некоторое волнение, когда шарик после путешествия по ячейкам наконец остановился, и крупье пододвинул к нему небольшую кучку банкнот и золотых монет. Но на более сильные эмоции граф оказался не способен. Вскоре он обнаружил, что гораздо более интересно наблюдать за другими игроками, но и это занятие ему быстро наскучило.