Хуманус
Шрифт:
Где талант?
И где искусство?
Где ваша муза?
Героином вмазанная,
На дне Темзы скрученная?
Эстрада – бизнес,
На деградации общества,
Высшего сообщества.
Кручу, верчу
Клип «Гучи»,
Хохочу!
Свод неба пятизвездочного вылакал,
Выкурил пачку крепкого,
Кругом облака.
Продолжаю далее
Повествовать издание.
Как на свет ночного огонька летит мошка,
И
Получающий сигнал со спутника.
Манит своим лоском, шиком.
Красивой лёгкой жизнью,
Но по исходу – пшиком.
Как пик горы всех твоих деяний,
Который покорить в красивых одеяниях.
Вулкан, который извергает счастье.
Но фикцией окажется (быть может) сие мытарство.
И вот совет, чтоб тебе в ладу с самим собой остаться.
До:
На гребне волн на верх и вниз мотаться.
Ползти, бежать, и падать, подниматься.
Набивши шишки, синяки и ссадины,
Увидеть и различить хорошего от гадины.
Не стать в конце пути мерзавцем конченым.
Ведь путь сей крапивой и репейником увенчанный.
Капканами, ловушками тропа обставлена.
Которую освещает только лишь луна одна.
И свет из глаз, льющийся от устремлений.
Тогда награда будет без сомнений.
Но есть вторая сторона медалей этих.
Грань, что можно перейти и не понять огрехи.
Очень важно наверху олимпа,
Вихряя по конусам и лимбам,
Чтоб не терзало вас внутри,
Чтоб не было пустот и дыр,
Не перейти на путь разврата, похоти и услаждений.
Для славы, денег, без совести зазрения.
Где человеколюбие, это, сынок, фантастика.
Где щепки все, все сделано из пластика.
Где лицемерие и лизоблюдство здравствует.
Где нет вздоха творчеству, там бизнес только властвует.
Хребты ломая, откручивая головы.
После:
То будешь новый ты, но какой ты (будешь) новый?
P.S:
Уж коль тропу твоей судьбы до сюда промяло,
То помни для чего.
___
101101.
Сначала включилось солнце,
Затем остальной мир.
Я выбежал на балконце,
И кофе случайно пролил.
Посмотрел, а внизу масса
Разрозненных проводов.
Синие, жёлтые, красные.
Город полыхает без дров.
Плюс и минус ходят за ручку, полюса отталкивают.
Я затолкал себя в бочку,
Но собаки облаивают.
Эта схема дана природой,
Но и она может сгореть.
Я со своей недовольной мордой
Готов каждый день помереть.
Будильник сыграл оркестр.
Лампа канкан сплясала.
Окно открывало
Ты действительность
Опять потеряла.
Вращаются бетонные жернова,
Переламываются хребта.
И только в темноте ночной
Страж кладбища вздохнёт.
Эта жизнь не нова,
Да и смерть не лапта.
Перед информационным богом,
Которого сплёл электронный паук,
Пала ниц,
Человеческая река,
Поток из нулей и единиц.
Манящие синие экраны,
Пластик и клей.
И если тебе дорога твоя башка,
Пятого элемента себе налей.
А если не хочешь сопротивляться,
Тебя засосёт в пучину,
И ты будешь улыбаться,
И не найдёшь причину.
___
Ракета.
Мы выходим на свет божий
через жуткие боли матери.
Я романтик до мозга кости
В потребительском мире, мать их.
Миром правит жажда власти, секс, и чувство голода,
Как над темными Готэма стенами
В новеллах Нолана.
Кидаюсь идеями
Как Лютер чернильницей в стену.
Как Фёдора бесы
Под ножкой у стула с качелью.
И что же там говорил Заратустра под хмелью,
Ничего же не слышно
за старой ржавой дверью.
Я так и не поймал бога за бороду.
Сначала верующий, потом атеист, агностик, снова верующий, но на другом уровне.
Мы животные, натянувшие на себя маски людей.
Две строчки.
Дай мне всего лишь две строчки ещё написать и спеть.
Работа, работа, работа
Перейди на Федота.
И не трогай меня
Ни ночи, ни дня.
Раб, работа, работать,
А где же слово трудиться?
Налоги, ипотека, кредиты,
и что опять ночью не спится?
У эшафота крики и взор
Хмурый.
На лицах укор.
Линчует человека общество.
Накинулось, как дятел ищет с жуками ствол.
Ни насильник, ни убийца, не вор,
А человек обычный.
И что же наделал он,
Чтобы повстречаться с виселицей.
Хлеба и зрелищ ради?
Или справедливости для?
Ох, как в толпе будут рады
Когда затянется на шее петля.
Когда будут трещать позвонки
И прохрипит последний выдох казнённого.
Да, на расправу очень легки
Мысли завистников потаенные.
Я своими параллельными прямыми
перпендикулярю чужие прямые параллели,