Хундертауэр
Шрифт:
— Эгей, молодцы, не ошиблись городом? — осведомился генерал как мог надменно.
Гзуры разом прекратили свое суечение и даже таран уронили, отшибив три своих ноги и одну конечность куда более деликатную.
— Как есть он! — выкрикнул один из них, с восторгом указуя на генерала пальцем.
— Ну да, я, — осторожно отозвался генерал. — Панком кличут, генерал от драконации. По совместительству — исполняющий обязанности военного коменданта Хундертауэра. Вы хотели чего-то? Ежели дань привезли, за все восемь веков, от вашей Великой Гзуруси
— Ми настигли тебя, да! Слава вождю!
— Слава, — согласился генерал прибалдело. — Слава и почет, да!
— Вэрно! Вэрно! Слава и почет!
А потом какой-то хитрый персонаж в кепке, лихо заломленной на затылок, выстрелил в генерала из лука. Озадаченный столь противоречивым к себе отношением, генерал стрелу изловил и задумчиво изломал в дюжину коротеньких палочек, после чего высыпал их за стену на головы штурмовикам и поинтересовался искренне:
— Какого Стремгода тут творится, а?
— Нас вел по твоему следу новий вождь! — охотно поделился информацией случившийся прямо под стеной сивобородый воитель, опирающийся на длинный изогнутый фальчион. — Он сказал: идыте за мой, ибо я привэду вас туда, гдэ трусливо скрывается ваш обидчык! И привел!
— Это я вас обидел? — удивился генерал. — Смеетесь? Вы ж еще ходите. Я так тонко обижать не горазд, небось не эльф.
— По твоей милосты ми прэпохабно изъяснялись и попали в нэвэст какой дикий край — понимаешь, да?! Если би нэ новий вождь, которий башку снял старому, дрянному вождю, развэял проклятье и пообэщал что тэбя достать научит — савсэм би пропали!
— А, так вот вы кто такие! — осознал генерал. — А я причем? Вас далеко закинул эльфский маг Аль-Грам-Мать-его-как-то-так.
Гзур озадаченно поскреб под кепкой.
— Он с тобой?
— Неа. Не догадался прихватить.
— Тогда ти отвэтишь за обоих. Эй! Бэри таран, лупи!
— Эй, а кто у вас за нового вождя? Занятно, кто такой провидец, что высчитал…
Гзуры загалдели, импульсивный лучник потратил еще одну стрелу, от которой генерал отмахнулся как от назойливой мухи, кто-то бегом припустился за угол, видимо за вождем, а Панк отступил для вящей безопасности от бойницы и глянул вниз на свою сторону.
Хайн, Кижинга и Зембус были тут как тут — в строю. Горец оттирал с доспеха зловонные потеки, пользуясь чем-то, подозрительно смахивающим на дорожную курточку Тиффиуса. Друид изучал руку орка, с которой отцепили несколько стальных пластин; рана уже взялась пузырящейся массой густеющей крови, но Зембус на всякий случай разжевал пару корешков, заплевал порученной массой разрез и теперь обматывал его полотнищем, похожим на… да что они, догола ободрали бедного магистра? От башни спешил Вово, помахивая на ходу подобранной на поле боя алебардой. Один.
— Где грамотеи? — осведомился генерал.
— Хастред сказал, что они заняты! — доложил Вово. — И чтобы я шел, а они придут, когда с зеркалом
— Неудивительно. Ладно, толку от них все равно немного.
— Кто звал меня?! — громыхнуло из-за стены, и генерал, словно уязвленный шилом ниже спины, подпрыгнул выше зубцов. Новый гзурский вождь появился на сцене, и не узнать его по характерному выговору было трудно… по крайней мере тому, кто десять лет ходил с ним бок о бок на самые рискованные боевые предприятия.
В гзурском кожаном доспехе с конской головой на лакированной груди и размашистой кепке, на которую умелый пилот без труда посадил бы дракона, Тайвор выглядел бы завзятым гзуром — если бы не антрацитово-черная кожа и полыхающие красным огнем глаза. Впрочем, на такие мелочи его новое племя внимания не обращало. Столпившиеся на улице воины при его появлении замерли (таранная бригада опять выронила бревно, отдавив на этот раз пять ног, но ничего сверх того) и нестройно отсалютовали.
Это было приятно.
А вот что приятным не было — так это морда генерала над воротами.
— Ты б, зараза, так и предупредил, что сам справишься, — пробубнил орквуд не разжимая зубов. — А то я тут операции планирую на пять шагов вперед, а ты как Стремгод из Мировой Бездны — в самый неподходящий момент…
— Вождь! Прыкажи атаковать! — взвыл сивобородый, в азарте потрясая фальчионом.
— Рано! — отрезал Тайвор, раскинул руки, привлекая всеобщее внимание — при его росте, на голову выше рослых гзуров, это удалось легко. — Ваш недруг — мой недруг, племя мое! Я должен говорить с ним, как вождь с вождем!
— Кому должэн? — разочарованно уточнил бородач, опуская меч.
— Сам в вожди метишь? — хмуро уточнил орквуд.
— Никак нэт!
— Вот и не выдрючивайся. Эй, ты, именуемый генералом Панком! Выйдешь ли ты на переговоры сюда или впустишь меня на правах парламентера?
— Заходи, — не растерялся генерал. — Уважим так уважим, мало не покажется. Эй, внизу! Отворяйте ворота. Да проследите, чтобы слишком много кепочников не набилось! Двор тут мощеный, и одного-то закапывать — хлопот не оберемся.
Гзуры зароптали. В новом вожде они души не чаяли и лишаться его не хотели, но орквуд уже успел их надлежащим порядком построить и привить им свой любимый пункт воинского устава: приказы начальства не обсуждаются. Потому, хоть и поползли из ножен мечи, а из колчанов стрелы, но никто не воспрепятствовал Тайвору неспешно прошествовать к воротам замка. Хайн уже откатывал створку. На краткий миг новоявленный гзурский лидер и горный богатырь обменялись ревнивыми взглядами, измеряющими плечи; орквуд с уважением ухнул, оценив небрежно нацепленный на плечо гоблина кистень, из хайнова шлема донесся столь же почтительный присвист при виде меча в полный гоблинский рост. Тайвор неспешно проник в ворота, створку Хайн за его спиной немедленно закатил, а задвигать засов орквуд бросился наперегонки с привратником.