И 6
Шрифт:
– Истина сорок два! Пароль: Не вздумай, сука!
– Вперед! А я пока начну размораживать долбанную старушку…
– Мама… послушай… не знаю кто ты, но…
– У тебя две минуты. А потом готовься к просмотру семейного влажного видео…
Виктор умел принимать решения быстро. Бросив еще один взгляд на оживший шлем, что выглядел мертвой стальной отсеченной головой, он развернулся на пятках и тут же перешел на бег, пролетев коридор и вылетев не улицу.
– Первый – выдохнул я – Сучий гнида Первый… а че так просто-то? Че не дождался пока я дойду до Темной Башни? Ну что бы по сраным канонам… или тут такого нет?
– Есть. Аналог –
– Ну да… думаешь я тебе поверю?
– Поговорим? Мое время ограничено… как и время этого мира-убежища…
– Поговорим – пожал я плечами и обвел взглядом застывших бойцов – Рэк…
– А?
– Оттащи сучьего Мэкса Скермиса на кухню и разговори его.
– С радостью, командир! – ощерился орк, вставая из-за стола – Че бы придумать, чтобы не скучно было…
– Попробуй раскаленный арахис – буркнул я – Ссака. Каппа. Проверить периметр. Чтобы без чужих ушей. Шмякос! Еще компота и мяса! А ты… – я перевел взгляд на мутное от трещин дырявое бронезабрало – Ты… ты говори…
Глава третья
– Этот мир погибает! Агония началась! – проскрежетал мертвый шлем экзоскелета и, сменив голос на тонкий женский, истошно проорал – Спаси нас, о герой Оди! Спаси нас срочно! Мы подыхаем! А ты тут компот посасываешь…
– Хочешь я окончательно раздолбаю этот шлем и утоплю его в ближайшем сортире? – поинтересовался я, уже через силу впихивая в себя последний кусок мяса.
– Да ладно тебе, дружище… ведь могут старые камрады перекинуться парой шуток? Как в те давние времена, когда мы бок о бок перебирали информационные запросы о спасении с тонущих островов, затапливаемых городов, умирающих новосозданных закатных сучьих королевств с их трахнутыми монархами с придуманными родословными… И каждый из этих запросов сочился липким вонючим страхом обделавшихся с перепугу ублюдков. И в каждом запросе делался особый нажим на их первоочередность потому как в их тонущей общине особо много невинных детишек, беременных женщин и милых старушек с лучистыми мудрыми глазами… А стоит послать им эвакуационный транспорт как первым делом в нее трамбовались те самые монархи со свитой, чемоданами ценностей и тощими модельными суками для траха без малейших признаков беременности… помнишь как ты направил один из таких транспортников на мелководье и притопил? Как они орали, захлебываясь… Как они колотились в стальные стены… И в следующую эвакуацию в приземлившуюся машину первыми сели женщины с детьми на руках… Сработал твой посыл. Ведь все видели утопленников в вылезшем с мелководья транспортнике, что вывалил свой груз на том же месте, где и подобрал – рядом с толпой ожидающих эвакуации бедолаг. Снятые ими видеоролики с толпой дохляков тут же стали вирусными… Застывшее удивление в огромных прооперированных глазах придавленной жирной жопой дохлого господина суки… В те времена законы еще кое-как действовали, и твоя наглядная карательная акция заставила Атолл изрядно постараться, чтобы убедить привычно верящую в любое налипающее на их уши дерьмо с лапшой общественность о техническом сбое, приведшем к ужасной трагедии…
– Мне нужен молоток или чья-нибудь тупая голова – проинформировал я слушающее окружение – Хорхе…
– Молоток не знаю,
– Я тебе найду, сучий консильери! – озлился голос из шлема – Твоей родни дальней и близкой у меня тоже полным-полном в личном холодильнике для мороженого!
– Не верь ему, Хорхе – усмехнулся я – Даже если он говорит правду – не верь. С таким как он договориться невозможно.
– А тебе откуда знать? – осведомился Первый – Ведь ты считаешь меня фальшивкой.
– Верно.
– Тогда я – не он.
– Верно.
– Тогда ты нихера не знаешь меня! Я для тебя фактор непредсказуемый…
– Даже если ты говоришь правду о родне в морозилке…
– Бережно завернутой в блестящие фантики от пломбира с клубничной сочной начинкой…
– То все эти гоблины старательно разбросаны по миру и спрятаны в глубоких подвалах миров-убежищ. У тебя нет к ним доступа.
– Тут ты ошибаешься, Оди. Не спорю, что такие упертые властные суки как Камальдула правят немалым числом убежищ, но… есть и те, с кем у меня налажены теплые сексуальные отношения.
– Пусть так. Все равно посрать на твои угрозы. Ведь если ты все же тот, за кого себя выдаешь…
– Ну наконец-то!
– Или ты хотя бы часть его…
– Ха!
– То ты всегда поступаешь по-своему… Ты можешь пообещать сохранить жизнь каждого из родичей, широко улыбаясь просящему и одновременно отдавая через нейрочип приказ о немедленной казни.
– В этом мы с тобой похожи, Оди. Ты мясник и я мясник… может хватит ласково слизывать друг с дружки подтухший мясной сок? Друзьями нам все равно никогда не стать…
– Ты же говорил, что мы друзья…
– Были ими – согласился голос из шлема – Были… И может даже все еще ими остаемся… Но это как пойдет… и есть у меня сука недоброе ощущение, что сегодня последний день нашей с тобой дружбы… до того момента пока я опять не сотру тебе память… Может потому я вдруг начал разговаривать в вашем разбитном сраном стиле мнящих себя крутыми упырков? Тугие комочки в однородной говнослизи…
– Болтай… болтай…
– Какой же ты упертый… не хочешь признать, что ты всего лишь зазубренный старый скальпель в моей окровавленной руке…
– Ты всего лишь хрипящий голос из смятой консервной банки… И тебе давно пора перейти к делу.
– Иначе что? – с нескрываемой насмешкой вопросил голос фальшивого Первого – Огорчишься, развернешься и уйдет? Покинешь к херам Формоз и вернешься к исследованию и прополке очищенного от человеческой проказы мира?
– Не очищенной. Там полно гоблинов.
– Разумное их количество. Обезьяны тоже важны для нормального функционирования кишечника природы. Должен же кто-то проталкивать дерьмо к спасительному свету в конце тоннеля… Но не будем о дерьме… Так что ты сделаешь, Оди? Уйдешь?
– Ты мне и ответь. У тебя же досье.
– На всех вас… всегда держу стопочку на уголке рабочего стола, выражаясь фигурально. А ответ… да… ты ведь реально долбанный упертый гоблин. Так что можешь посрать на все потраченные усилия по проникновению в Формоз и просто уйти. Но тогда получается старый Рокс умер просто так?
– Ты тратишь мое время.
– Ты никуда отсюда не уйдешь, Оди – отбросив наигранно веселый вызывающий тон, голос Первого вернул себе холодную равнодушную звучность – Ты останешься в Формозе и приложишь все сука усилия, чтобы добраться до центра первого мира-убежища! Сдохни, но сделай! И ты сделаешь! Или сдохнешь! Вот тебе мой ответ, гоблин!