И лёд, и пламень...
Шрифт:
Мама с отцом уже две недели в Омане. Им нравится, отец себя чувствует хорошо, что меня искренне радует. Сегодня мы едем на морскую прогулку на яхте Хамдана.
– Мироша, иди к бабуле скажи, что мы её и деда ждём, - стараюсь поторопиться своих родителей, очень не люблю опаздывать.
– Матвейка, ты подарок для малыша захватил?
Наше общение с семьей Хамдана быстро переросло в дружеское. В машине прошу отца быть сдержаннее в выражениях и шутках.
– Папа, пожалуйста, обойдись без своих шуточек. Лучше истории свои морские рассказывай. Мам, и ты уж без излишнего любопытства постарайся обойтись. Марина - русская, Хамдан тоже отлично знает
День в море прошел отлично. Все участники морской прогулки друг другу понравились. Мальчишки вместе с Еленой набултыхались в море. Я перед купанием попросила парней снять браслеты, что им Алекс подарил. Моя просьба, в отличие от истории с их телефонами, не вызвала никакого подозрения и дополнительных вопросов. Пока сыновья развлекались я начала воплощать план в действие.
Домой с прогулки вернулись поздно. Я ещё долго не могла уснуть. Спала нервно. То падала в черную яму ужаса воспоминаний моего похищения, то изнывала от нежности и практически физической близости с Алексом. Утром проснулась в холодном поту с тянущей болью внизу живота. Еле вышла из своей спальни. Первой меня увидела Саида. Дальше все закрутилось так, что я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Прошу меня извинить за задержку проды. Иной раз внешние факторы сильнее нас и наших желаний. Вот и Ольга все думает и планирует, а тут раз и все не по ее. И так, ваши версии, что случилось у Ольги, родила ли Анна, ребёнок Алекса или нет?
Глава 52
История с Гарри выбивает меня на некоторое время из процесса решения многих вопросов. Поддавшись своему первому порыву, я еду в клинику. Мне нужно его увидеть. Идя по коридору, думаю, что порву в клочья. Чудовищный вид рыжего в секунды замещает мою агрессию чувством брезгливости. Я смотрю на то, что осталось от человека, с которым нас связывали многие годы дружбы, и не верю своим глаза. В какой-то момент в этом бессмысленном теле с потухшим взглядом, открытым ртом и вытекающей слюной я вижу Гарри таким, как в первый день нашего знакомства в закрытой школе для мальчиков.
Мы познакомились практически детьми. После переезда в Англию меня сразу же отдали на учёбу в самое консервативное учебное заведение. И первым пацаном, с которым я подружился, стал худенький и жизнерадостный Гарри. Тогда он был совершенно обычным, нормальным, таким дворовым пацанчиком - открытым, добрым, приветливым, отзывчивым. И это Гарри познакомил меня с Ником, родители которого несколькими годами ранее перебрались из Прибалтики в Лондон. Николаус в отличие от отпрыска знатного рода всегда закрывался, вечно во всем и во всех сомневался. Позже к нашему трио примкнул Хамдан.
После школы мы все четверо поступили в один университет только на разные факультеты. Все годы учёбы, несмотря на разное социальное и финансовое положение, были не разлей вода. Ни одна тусовка не обходилась без нашего участия. Мы даже задумались об общем бизнесе. Правда дальше идеи дело не пошло. Гарри и Хамди, в отличие от меня и Ника в деньгах, как и в своём бизнесе, особо не нуждались. Видя, что мы с Ником, бесполезно барахтаемся отец Гарри помог нам. Протежировал к своему другу. Мы несколько лет тащили чужой бизнес. Потом помог мой отец, подарив мне на юбилей свою идею и деньги на её развитие. Слава Богам, что мы с Ником сумели правильно использовать и то, и другое.
И
По-русской традиции я на несколько дней выпадаю из реальности, посыпаю голову пеплом и прихожу в себя. Если это назвать честно, то тупо пью, занимаясь, самокопанием, впадаю в рефлексию. Возвращает к жизни звонок начбеза о том, что Анна родила сегодня мальчика. Привожу себя в порядок и еду в частную клинику, где находится графиня.
Первым делом иду к врачу. Мы с ним очень долго общаемся.
– Меня интересует все о новорожденном малыше. Я могу оказаться его отцом, хотя, если честно, сам я в это верю мало.
– Странная история, странная. Когда роженицу привезли, мы предполагали, что роды будут сложными, попросили данные, номер телефона отца. Анна сказала, что у ребёнка нет отца, он умер. Мальчик родился с серьезным врожденным пороком. Сколько ребенок проживет - прогноза не даст никто, но полноценно расти и развиваться, он не сможет. С матерью ребёнка нам пока поговорить не удаётся, она в крайне неадекватном состоянии.
– Можно взглянуть на ребенка? Вы мне позволите взять его слюну для теста на отцовство? Для меня это очень важно. Если это все же мой ребёнок, то я готов нести финансовые расходы и на лечение в том числе.
Врач смотрит на меня несколько озадаченно. Видя его сомнения, я пишу на листке бумаги цифры. Он качает головой и приводит меня в отделение новорождённых. Показывает малыша, сам берет у него слюну для теста, передает мне.
Какое-то время стою и смотрю на малыша в синей вязаной шапочке. Это первый новорождённый, которого я вижу в своей жизни. Внешне обычный ребёнок. Даже не знаю, что хочу рассмотреть или найти в его маленьком личике. Сходство со мной или может со своими мальчиками. Так я и их не видел в дни их рождения. Может, я надеюсь почувствовать толчок родственных чувств, как к своим пацанам. И этого нет. Понимаю, что дальше стоять нет смысла.
– Я бы хотел пообщаться с матерью ребенка, но не сегодня, а завтра, когда будет готов результат теста. Вы можете подержать женщину в клинике несколько дней? Мы с ней давно не общались, но последний раз, когда она приходила ко мне выяснять отношения, мне показалось, что Анна немного не в себе. Может употребляет какие-то препараты? Возьмите у неё анализы, если нужно, проведите процедуры необходимые. Я все оплачу.
– Да, конечно, день, максимум два, мы поддержим ее на успокаивающих препаратах. Поспит немного, придёт в себя. Как раз и почистим ее кровь.
Результат теста получаю через день. Снова еду в больницу, прошу проводить меня к Анне.
Графиня в палате одна. В себя уже пришла. Внешне выглядит плохо. Увидев меня, нервно дергает плечами, надменно выпячивает нижнюю губу, глаза прищуривает, - всем своим видом выражает пренебрежение ко мне.
– Что, Алекс, приполз все же ко мне?! Я знала, что ты приползешь, ещё и в ногах у меня будешь валяться, вымаливая прощение за свое недостойное поведение по отношению ко мне, к графине!
– Анна произносит слова, по одному, как будто выплевывая их мне в лицо.