И пришла она... 3
Шрифт:
“Фурри?” - схохмил Игорь.
“Косплееры”, - с умным видом поправил его Илья.
– “Но да, есть ощущение некой нереальности происходящего. Я бы даже сказал - сказочности. Кстати, я один чувствую ментальное давление? Причем такое… кхм, “позитивное”, словно нас всех насильно пичкают хорошим настроением?
“Чувствую что-то…” - не сразу отписался Кирилл, едва заметно морща нос.
– “Но не пойму, что именно. Если помните, у меня кольцо. Видимо, неплохо блокирует”.
“Я не чую, мне в кайф!” - радостно отписалась лисичка и воргены её дружно поддержали.
“А
– Я тоже подключилась к обсуждению, за эту минуту не сумев разобрать ничего конкретно, но тоже заметив по поведению окружающих единый позитивный настрой не такой уж и малой толпы, вместе с которой мы миновали широкие ворота и попали внутрь, однако потом почти сразу свернули за полковником во внутренние помещения стадиона, прошли совсем немного, поднялись по лестнице и вышли в широкую ложу, где нас уже ждали.
При этом сама ложа была поделена на несколько зон: для прислуги и сопровождения, для лакеев и минибара с буфетом, и непосредственно для нас.
Первым я делом отметила, что сам министр уже на месте, как и трое его приближенных инферналов. К нему нас подвел сам полковник, всего одним небрежным движением головы избавившись от сопровождения, которое прихватило и наших ребят, и свиту госпожи Ми-сяо.
– Не представляете, как я рад снова вас видеть, - провокационно заявил господин Донг-лу, поднимаясь нам навстречу и сначала целуя руку госпоже Ми-сяо, отчего та мгновенно зарделась, словно девочка, а затем делая шаг ко мне и буквально окутывая своей сексуальностью, что мне, естественно, не понравилось.
Но сдержалась, не фыркнула. Да и украшения сделали своё доброе дело - уберегли мою нежную психику от его агрессивной инфернальности, позволив взглянуть на мужчину более беспристрастно и увидеть ответный изучающий прищур. И уж не знаю, что он там рассмотрел, но руку почему-то целовать не стал, лишь загадочно улыбнувшись и вежливо кивнув, а затем сосредоточился на Кирилле.
Не знаю, как остальные, а я в этот момент точно задержала дыхание, понимая, что сейчас для нас решается если не всё, то очень многое. И от того, как поведет себя министр, будут зависеть наши дальнейшие действия. А то и жизнь.
Но господин Донг-лу удивил меня снова, спокойно протянув руку ракшасу и представившись:
– Вийшенг Донг-лу.
– Кирилл Асимов, - назвался муж и пожал руку инфернала.
Не знаю, показалось ли мне или нет, но рукопожатие продлилось чуть дольше необходимого, и хотя после него никто не выглядел расстроенным, я всё же ощутила некое невысказанное вслух напряжение.
И нет, на лицах мужчин оно не отразилось. Но витало в воздухе что-то…
– А знаете, я представлял вас себе немного иначе, - неожиданно заявил министр, продолжая вежливо улыбаться моему мужу.
– Постарше что ли… Позвольте полюбопытствовать: как давно вы женаты?
И взглянул в том числе на меня.
Пока я подбирала слова, где бы не звучал мат или иное неприкрытое оскорбление, Кирилл спокойно ответил:
– Недавно. Но знаете, стоило мне увидеть Анастасию, как я сразу понял, что эта женщина
М-м, какие откровения пошли! Только почему мне кажется, что они сейчас бодаться начнут? И это при том, что ни у одного рогов нет!
– Да, ваша супруга… производит неизгладимое впечатление с первых секунд общения, - загадочно улыбнулся Донг-лу, снова становясь похожим на Чеширского кота, после чего невозмутимо перевел тему: - И снова я позабыл о гостеприимстве. Господа, прошу, располагайтесь. Закуски, фрукты, прохладительные напитки?
Министр ещё говорил, а его лакеи уже ловко накрывали на чайные столики, которые были расположены между креслами. При этом сам инфернал сел в центральное, справа расположился секретарь Ху-синь, госпоже Ми-сяо предложили место рядом с ним и последнее кресло с этого конца занял полковник. По левую руку сел Кирилл, хотя мне показалось, что туда хотели посадить меня (а вот фигушки!), затем я, ну и братцы. Рита, словно так и надо, устроилась позади, взяв пример со служанки госпожи Ми-сяо, хотя я точно знала - не затем, чтобы орудовать опахалом, а чтобы из первых рядов понаблюдать за торжественным открытием великого турнира. Ну а Умница прекрасно устроился прямо на полу между мной и Кириллом, но при этом начал весьма заинтересованно коситься на угощения.
Когда все устроились, Донг-лу завел неторопливую беседу о таких вечных вещах, как погода и модные тенденции, чем весьма удивил, но довольно быстро переключился на расследование дела о нападении на загородную резиденцию семьи Ми-сяо, порадовав Нэйнэ первыми результатами, а я в это время активно уничтожала возмутительно вкусные бутербродики с ближайшего блюда, запивая их прохладным сладковатым чаем с привкусом жасмина.
Позавтракать-то мы не успели!
Когда блюдо опустело наполовину, это заметил министр и подозрительно заботливо (но мне показалось, с легкой издевкой) произнес:
– Госпожа Асимова, у вас отменный аппетит. Вы случаем не беременны?
И почему всех так заботит моё положение?
Уже заранее зная, что мой ответ прозвучит вызовом приличиям, удержаться не смогла и, небрежно пожав плечами, выдала:
– Не знаю, всё может быть. А почему вас это так беспокоит?
– Обычно беременные довольно остро реагируют на жестокость, - нравоучительным тоном заявил инфернал, поглядывая на меня сквозь нечитаемый прищур и густые ресницы.
– Знаете, мне бы очень не хотелось, чтобы вам стало дурно. Долг каждого уважающего себя мужчины - обеспечение безопасности и комфорта его гостей. Особенно женщин.
И как-то странно глянул на Кирилла, словно упрекал его в том, что я сейчас здесь.
И как после этого понять этих мужиков?!
– О, не стоит беспокойства, - решила немного сгладить ситуацию, которая снова запахла конфликтом.
– Я не боюсь вида крови и внутренностей. Не буду утверждать, что в восторге, но в обморок всего лишь от растерзанного тела не упаду.
Рита, стоящая позади, не сдержала понимающий фырк, а Кирилл едва заметно улыбнулся, ведь только вчера мы знатно покрошили в фарш десятки кобольдов.