И пришла она... 5
Шрифт:
– Обязательно, - самым воинственным видом заверил меня Кеолайн и потянул в храм.
Правда, когда мы туда вошли и оказалось, что внутри не сильно теплее (градусов пятнадцать от силы) и в этот поздний час не видно даже жрецов, а на звучный зов императора никто не спешит, мужчина приглушенно чертыхнулся и в два счета избавился от своего камзола, не только накинув мне его на плечи, но и закутав так, что стало откровенно не по себе. Я надеюсь, в нем отцовский инстинкт проснулся, а не что-то другое?
Вообще-то у меня в системном хранилище и своей одежды хватает… Правда,
– О, вы умеете смущаться?
– не упустил случая поддеть меня император, явно находя в моей лёгкой растерянности какое-то извращенное удовлетворение.
– Знаете, польщен. И даже догадываюсь о том, какие сейчас мысли вас посетили, но не знаю, успокою, а может разочарую, но в качестве любовницы я вас не рассматриваю. Надеюсь, это взаимно?
– Поверьте, в качестве любовницы я вас тоже не рассматриваю, - произнесла с самым что ни на есть серьезным видом, который на миг вогнал императора в ступор, но за нашими спинами прозвучал сдавленный смешок Мак’Тревора и император пустил во взгляд побольше укоризны.
– Простите, не удержалась.
– Прощаю.
– Повелитель был милостив и любезен, оставив последнее слово за собой, после чего жестом предложил пройти в центр огромного зала поближе к алтарю и произнёс: - Итак, что дальше?
– Зовем и пьем, - небрежно пожала плечами, подходя к маркизу и забирая у него корзину, чтобы закопаться в её продуктовые недра и разложить угощение на алтаре, как на столе, по ходу дела ворча себе под нос: - Черт, стулья не прихватили… Ай, ладно. Постоим.
Когда всё содержимое корзины было красиво расставлено и разложено, а бутылки вскрыты и мужчины предусмотрительно отступили чуть назад, не мешая мне призвать Найхора, я достала из личного хранилища золотую монетку, закрыла глаза и, как советовали в инструкции по общению с богами, обратилась к нему мысленно.
“Найхор, пожалуйста, приди. Ты мне нужен.”
– Твоя подозрительная вежливость внушает здоровые опасения, - начал с претензий бог всех воинов, выходя к нам из глубины зала.
– Ну? Что такое?
– Добрый вечер, Найхор.
– Я из вредности решила побыть любезной ещё немного. Пусть боится!
– Помнится, я задолжала тебе монетку за твою доброту и беспокойство. Вот, пришла отдать долг. Заодно пригласить разделить со мной эту вечернюю трапезу. Что предпочитаешь? Вино, коньяк?
Напряженно прищурившись, брюнет смерил подозрительным взглядом сначала меня, затем драгхаров за моей спиной, после этого с опаской принюхался (почему-то ко мне), сморщил нос, чихнул и скривился.
– В курсе уже, да? А я предупреждал, что ничем хорошим это не кончится. Только не пойму, почему начала не с претензий, а с этого.
И махнул рукой на алтарь.
– У меня нет к тебе претензий, - качнула головой, но затем позволила себе недоверчивый прищур: - Или ты тоже питаешь ко мне личную неприязнь и планируешь испортить жизнь?
– Я?
– изумился бог.
– Тебе? Я псих что ли? Настён, я бог воинов! Я в курсе, кто такой Люцифер и насколько отмороженная ты! Мне
– С друзьями, - улыбнулась широко-широко, при этом не забыв поправить на плечах сползающий камзол императора.
– Знаешь, оказывается, одинокой женщине, не так уж и безопасно встречаться с богами один на один. Подстраховываюсь на всякий случай. Ты, кстати, угощайся. Заодно расскажи, куда Илью дели… Ты ведь понимаешь, что за такие поступки от вас не только земляне отвернутся, но и остальные. А мы молчать не будем…
– Настенька, девочка моя… кхм, грозная, - напряженно улыбнулся бог, когда захотел подойти и обнять, но почему-то не смог, причем уже метра за полтора до меня.
– Вот так? Неожиданно… Ладно, учту. В общем, о чем я? Ах, да. Я не знаю. Мамой клянусь. Кстати, она в этом не участвовала, сама понимаешь. Если что-то задумал отец, она всегда в оппозиции. К слову, просила при случае намекнуть тебе, что не прочь встретиться с Люцифером для приватной беседы. Передашь?
– Обязательно, - верила его.
– Так что там с Ильей? У кого голова лишняя?
– А вот с этим сложнее, - нахмурился брюнет.
– Точно не знаю, но есть… кхм, мнение, что в разработке этого плана участвовало как минимум пятеро: Хаттур, Гия, Друаш, Блорвах и Амайнира.
– Амайнира?
– удивилась.
– Богиня любви?
– Только между нами, - заговорщицки понизил тон бог всех воинов.
– Она подбивала клинья к Люциферу и он отказал ей в весьма грубой форме. Сама знаешь, после такого мало кто из мужчин выживает, а эта с-су… ровая женщина в такие моменты - та ещё гарпия.
О, ну если так… Люци, ну что тебе стоило удовлетворить эту красотку пару тысяч раз? Глядишь, и проблем было бы меньше…
“Я отбросами не интересуюсь”, - неожиданно огрызнулся в нашем с ним чате Люцифер.
– “Эта шалава трахалась со всеми богами этого шизанутого пантеона. Даже с Маару и собственным отцом. Ты правда думаешь, что мне было бы приятно её касаться?”
О… Кхм.
Фу.
Фу-у-у!
Ладно, вопрос снят. И правда дамочка не первого сорта. Что ж…
А не принаглеть ли мне снова?
Люци, вопрос на миллион! Если я затею драку с богиней, она меня убьет или нет?
“Ты что задумала?!” - напрягся мой личный бог.
Просто ответь. Это важно.
“Ну…”
===
Упс) А может и впрямь не надо? Всё-таки богиня...
Глава 17-1
Пауза была долгой. Настолько, что Найхор уже забрал монетку, которую я благоразумно положила на алтарь, сам присел на его край и активно угощался, мыча от удовольствия, потому что на императорской кухне действительно умели обращаться с продуктами и делать из них шедевры, а я, устав ждать, присела с другого края, примеряясь к вину.