Идеальное сочетание
Шрифт:
Annotation
Быть наследницей престижного семейного бизнеса, в основном, весьма выгодно и полезно. И деньги есть, и репутация нужная, и о будущем волноваться не стоит, а об остальном и парится нечего - заботливый отец без проблем организует жизнь по высшему разряду. Однако, Викторию мало волнует её положение, а энтузиазм родителя разделять и вовсе не спешит, пока её тайное увлечение вдруг не бросает ей вызов, переворачивающий её взгляды на жизнь.
Глава 1. Презент
Глава 2. Проверка на прочность
Глава 3. Воплощение идеала
Глава 4. День отчёта
Глава 5. Время перемен.
Глава 6.
Глава 7. Выбор сердца.
Эпилог
Глава 1. Презент
По закрытому окну монотонно постукивали капли дождя, создавая в просторной, выборочно освещаемой комнате, уютную атмосферу безмятежности и уединения. Тихо отбивали свою дробь антикварные настенные часы и мирное спокойствие весеннего тёплого вечера благотворно действовали на продуктивность восприятия читаемой книги. Мне была не особо интересна её тематика, однако, папа настаивал. Перечить ему было бы глупостью и проявлением неуважения к его стараниям. Да и разве можно отказывать любимому отцу в такой незначительной просьбе? Мне было совсем не сложно, а ему определённо приятно. Как-никак, а к образованию и воспитанию своей старшей из двух дочерей он относился крайне ответственно и заботливо. К тому же, в изучении экономики и основ бизнеса была и познавательная сторона.
Как и последние несколько часов глаза неспешно шествовали по чернильным строкам дорогой книги, когда не обременяющие никого молчание развеял негромкий, но хорошо поставленный мужской голос.
– Знаешь, доченька, - задумчиво проговорил отец со своего любимого дивана и я тут же перевела свой взгляд на него. – Мне кажется, ты прочла уже достаточно книг.
Недопонимание лёгкой тенью скользнуло по моему лицу.
– О чём ты, папа?
– Думаю, тебе пора переключаться на что-то другое, - неопределённо отозвался черноволосый мужчина в неизменно деловом костюме и сиреневых домашних тапочках, подаренных ему на прошедшее пятидесятилетие дочерями. – На что-то более интересное и значимое, - он легко пробежался пальцами по глянцевой обложке делового журнала.
– Опять какую-то свою игру задумал, папочка? – учтиво поинтересовалась я, мнительно оглядев его пречестный лик.
– Ну что ты, милая! Ничего подобного, – возразил интриган-иезуит, театрально нахмурившись. – Просто хочу позаботиться о своей любимой крошке, - произнёс он простодушно, но вместо положенного обычно умиления от такой заботы я только с ещё большим подозрением прищурила глаза.
– Чего ты хочешь от меня на этот раз? – любезно осведомилась я, прикрывая книгу и облокачиваясь на подлокотники облюбованного мной кресла. – Только без красноречия, пожалуйста.
Папа негромко рассмеялся.
– Ты как всегда непреклонна, - сделал он комплимент в своей обычной манере. Ещё немного посмеялся над моим требовательно-терпеливым взглядом и выдал, наконец, то, о чём, собственно, и планировал сказать с самого начала. – Понимаешь, мне тут предложили один скромный ресторанчик, и я не знаю, как с ним поступить…
Я коротко хохотнула. Ну да как же, предложили скромный ресторанчик, а один из владельцев крупной сети ресторанов, да и далеко не плохой повар не знает, что делать со своей заботой. Так я и поверила.
– Папа, ты ведь знаешь, что меня не особо интересует не только готовка, но и построенное твоим трудом наследие, - с грустью сообщила ему и так известную позицию старшей из претенденток на судьбу весьма прибыльного бизнеса.
«И почему отец всё
– Ещё бы мне не знать, - горестно хмыкнул Александр Владиславович, но быстро подобрался и оптимистично продолжил. – Однако, я не буду терять надежды и буду верить, что однажды ты всё же найдёшь своё предназначение, если не в семейном деле, то хотя бы благодаря приобретённым знаниям.
– Так ведь я уже, - с неприсущей мне обычно скромностью напомнила о своём увлечении и стыдливо опустила взгляд, без особой надобности ковыряя ногтем твёрдый переплёт книги.
Какое-то время старший Львовский молчаливо наблюдал за моим нерациональным занятием. Я же, в который раз, не добрым словом поминала своё безразличие к более-менее продуктивным занятиям и увлечениям. Единственное, в чём я находила радость и утешение – это возможность наблюдать и…
– Ты ведь понимаешь, что твоя неусидчивость в купе с манией к поискам идеального сочетания вряд ли сможет материально обеспечить тебя и твоих будущих детей без должной на то опоры? – спросил меня отец, определённо беспокоясь моим дальнейшим существованием. – Если, конечно, ты не планируешь выскочить замуж за кого-нибудь богатенького и быть его содержанкой.
Он прекрасно знал, что такая перспектива противоречит всем моим принципам, однако возражать ему не стала, понуро склонив голову ещё ниже и недовольно скривив губы. Ведь я и сама осознавала, что с моей неопределённостью и непостоянством в жизни шансы найти подходящую работу слишком расплывчаты и малы. Конечно, поиски идеального могли бы сыграть хорошую службу и поваром, и стилистом, и визажистом и много кому ещё, да вот только моя спонтанность не позволяла просидеть на этой работе, пожалуй, и больше недели. Мне не хотелось останавливаться на чём-то одном. Ничего не привлекало меня достаточно сильно и ничего ещё не смогло надолго задержать моё внимание на чём-то определённом. Кроме, разве что, найденных идеалов.
Это была моя основная и самая пагубная проблема из всех существующих. Хотя, благодаря приобретённому упорству и старательности я могла заставить себя заниматься и не очень интересующими меня занятиями, но заботливый родитель был категорически против подобного насилия. Он считал, что заниматься стоит только любимыми делами, приносящими прежде всего моральное удовлетворение. Оттого-то он со свойственным ему энтузиазмом и решительностью неустанно пытался помочь мне найти те самые необходимые жизненные опоры, и я с большой признательностью, хотя и с не очень-то большим рвением, поддерживала большинство его идей.
– Я не всегда буду рядом и не всегда смогу дать толковый совет, - продолжил объяснять папа, не смотря на мой унылый вид. – Ты должна определиться со своими желаниями и найти подходящий для тебя путь, - нравоучительно пояснил он, немного над чем-то поразмыслил, и неоправданно весело вдруг добавил. – Знаешь, Викуля, мне бы очень не хотелось видеть твоё бесцельное скитание по этой многогранной и забавной планетке. Это было бы такой колоссальной растратой сил и способностей! – И, показушно нахмурившись, уставился в сторону, словно разглядывал в воздухе повисшую там схему о каких-нибудь глобальных потерях.