Идеальный финал
Шрифт:
Насладиться моментом, когда вся жизнь уходит через последний вздох опустевших легких, и сердце перестает качать грязную кровь по разрушенному организму — великий дар. Вряд ли вам дано понять это, но я и не удивлен».
Парень закрыл тетрадь, в которой осталась лишь половина одной страницы, и бросил ее в угол комнаты. Некогда белый бинт был ярко — красный от крови. У парня кружилась голова, но он решил вновь перемотать руку, промыв ее холодной водой.
Перед зеркалом в ванной комнате, Джимми вновь искал внутреннего диалога с персонажами своего
— Привет — пронеслось в голове Джимми
— Я ждал вас — по привычке полушепотом, отвечал парень — Хотел поговорить о происходящем. Понимаете, я убиваю сам себя, или вы делаете это. Не знаю. Одна моя часть не отпускает из вечной холодной депрессии, а вторая вырывает ненавистью, будто желчь льется из моей глотки, заставляя все чаще задыхаться. Почему? Зачем я разговариваю с вами? Или один? Это невероятно и не объяснимо. Превратить свои мысли в персонажей! Как так?!
— Ты вроде умный парень, и ведь писал о нас, а понять так и не можешь. Да, есть вероятность того, что ты разрушаешь сам себя, но ведь мы не просто мысли. Разрыв твоей души шел уже давно. В страхе, грусти ты сам дал нам жизнь! Имена! Только смех вырывается теперь! Страшно? Ты великолепен, пожертвовав своим внутренним миром, убив его, ты породил нас и свой излюбленный «Иллюзорий». Пойми
— Нет!
— Разве? Мы знаем все о тебе, твоем существовании. Мы и есть твоя жизнь! — после сказанного, голос в голове начал язвительно смеяться над парнем
Джимми резко отвернулся и вышел из ванны, ноги подкашивались, а в глазах темнело, тело трясло. Парень сел на угол кровати и начал обматывать раны, через которые все еще сочилась кровь, чистым белым бинтом. Вскоре, он перевязал руку, скинул с себя одежду и рухнул уставшим телом на мягкую материю. Еще очень долго Джимми не мог уснуть, прокручивая в голове события, и моменты своего существования, и кадры, произошедшие этим странным вечером. Словно что-то изменилось, и мир уже не вернется в свои ориентиры.
Такой темный и загадочный яблоневый сад. Туман раскинул свои холодные, мерзкие объятия на всю его территорию. Плотность влаги была огромная, в связи с этим глаза перестали улавливать то, что находилось максимум в десяти метрах от них. Белые слои были ощутимы касанием ладони, их можно было раздвинуть, раскрыв себе путь вперед. Ночная тишина, которую нарушали лишь сильные порывы холодного ветра, играя невообразимые симфонии. На небе все так же светила яркая полная луна, находящаяся в центре великолепного, манящего и завораживающего сердце, хоровода блистательных звезд. Небосвод, место, где все такое далекое, казался таким красивым, будто величайший художник рисовал невидимой кистью все великолепие мира, все его богатства, нанося на черный холст. На земле же все было по-другому. Корявые и черные деревья виднелись неподалеку, всепоглощающий туман съедал каждый сантиметр воздуха, холодный ветер пробирал тело.
Джимми ступал небольшими шагами на вязкую почву, казалось, ноги прилипали к ней, и каждый следующий шаг был все более сложным. Раздвигая руками туман, парень шел в темную неизвестность тишины. Все ближе он подбирался к невысоким деревьям. Глаза улавливали силуэты, которые свисали с деревьев. «Что это? — мысли
Внезапно, что-то коснулось плеча. Джимми поднял глаза к верху. С дерева свисало мертвое тело. Шея была передавлена петлей. Черный плащ с глубоким капюшоном свисал с бренного бледного тела. Кожа на руках покрывала, ни жилы, ни мясо, она лишь обтягивала острые кости, концы которых выпирали наружу. Бледное лицо было в полумраке от натянутого капюшона, но все равно отчетливо виднелось. Впавшие щеки, глаза, огромные синяки и сухие губы. Тело медленно раскачивалось на ветру, Джимми стоял и не мог отвести глаз, он был шокирован до глубины души. Страх приливал волнами, и сердце с бешенной скоростью выбивало монотонный ритм.
Вдруг, голова трупа повернулась в сторону Джимми. Глаза широко распахнулись, рот медленно начал открываться, и из него лился какой-то не понятный звук, будто тело хотело что-то сказать, протягивая костлявые руки к Джимми. Парень резко сорвался с места и начал убегать. На каждом из деревьев весели подобные тела в черных плащах, и все они смотрели вслед убегающему человеку, издавая пугающий и омерзительный звук. Джимми пытался бежать все быстрее, но это не выходило, так как ноги вязли в почве, казалось, она забирала парня к себе, затягивая все глубже. Сад кончался. Молодой человек слышал за спиной все те же звуки, но не оборачивался, он был слишком напуган, в то время звуки становились все громче и ближе. Вскоре Джимми выбежал из леса и оказался на пустынной равнине. Ноги ужасно болели. Не было сил стоять, и уставшее тело рухнуло на землю. Почва была слишком жидкая и вязкая. Джимми открыл глаза и только потом понял, почему было так тяжело. Не было грязи, песка, была только багровая кровь, которая медленно ползла всюду. Казалось, вся планета поглощена ею. Джимми не мог придти в себя. Невероятный страх овладевал им. Парень резко развернулся лицом к саду, но его уже не было, лишь белоснежный туман с багровой смесью.
Из тумана медленно показались тела, которых так боялся Джимми. Но они не весели, как несколько минут назад, а свободно парили в воздухе, лишь концы сорванных петель касались потоков вязкой крови, обволакивающей землю. Они с каждой секундой приближались. У Джимми больше не было сил убегать, да и не было смысла, своеобразные монахи находились повсюду. Слезы скатывались по щекам, мысли терзали голову. «Это конец» — подумал Джимми.
— Кто вы такие!? — сорвалось с его уст
— Иди к нам — мелодично, хором кружились в воздухе слова — не бойся, мы не причиним тебе вреда. Мы заберем тебя туда, где ты особенно важен. Пошли
— Нет! Я не могу! Оставьте меня! Я слишком слаб, я умоляю, оставьте меня в покое! Я не хочу!
— Разве? Но ты обязан отправиться с нами. Это твоя судьба. Ты пойдешь сам или мы заберем тебя
— Нет! Прошу не надо — голос был сорван, Джимми задыхался, когда говорил эти слова, упираясь руками в кровь, спускал туда свои слезы