Идеальный финал

Печев Сергей Александрович

Пока парень ехал до дома, Саманта добралась до подруги, сообщив об этом молодому человеку. Странно. Среди этих людей, звуков мотора, каких-то ненужных слов, Джимми улавливал аромат ее духов. Чувствовать запах, который уже далеко, так отчетливо — первый признак любви. Этот пряный аромат въедался в нос, заставляя парня вдыхать полной грудью. Наслаждаться ее духами. Странно.

Путь пролетел быстро, так как голова Джимми была занята размышлениями и образами прошедшего дня. Лишь музыка ласкала слух, и медленный вальс снега играл очередной спектакль. Вывеска родного города и знакомый вокзал встречали молодого человека холодными объятиями.

Покинув салон автобуса, Джимми закурил, затем городской транспорт и вот уже дом. На часах было около десяти, но дома никого не оказалось. «Кэтрин, наверное, где-то у подруг» — подумал Джимми, расстилая постель. На кухонном столе стояла небольшая тарелка с фруктами, а в чашке находились заварка для чая и несколько грамм сахара, так что парню оставалось только залить кипяченой водой, чтобы получить прекрасный напиток, но даже это было делать лень. Умывшись и поужинав, Джимми отправился в кровать. Его лицо вновь освещал бледный цвет монитора.

Джимми: «Это было прекрасно. Надеюсь, я тебе тоже понравился»

Ведьма: «Конечно»

Джимми: «Я так боялся тебя поцеловать, но, словно голос внутри приказал мне сделать это. Извини, что так долго мучил твои губы»

Ведьма: «Знал бы ты, что происходило в моей голове»

Джимми: «Что в ней происходило?»

Ведьма: «Я не могла дождаться, пока ты меня поцелуешь. Мой разум твердил одно, и был готов порвать тебя на куски»

Джимми: «И что он твердил?»

Ведьма: «Целуй уже меня. Что ты медлишь? Я устала ждать! Быстрей! Вот в таком духе, но было довольно забавно»

Джимми: «Ха, и, правда, весело. Ты как добралась-то? Никто не приставал к моей королеве? Признавайся»

Ведьма: «Ой, да кому я нужна?»

Джимми: «Например, мне. Очень»

Ведьма: «Никто не приставал. И вообще, я не королева. Они старые, а мой мозг уверяет меня, что я еще молодая»

Джимми: «Хорошо, принцесса»

Ведьма: «Смутил меня, жук. Ты, наверное, устал сильно? Спать не хочешь? Это мне тут ехать не много, а тебе ведь такой большой путь пришлось проделывать»

Джимми: «Большой путь проделал Наполеон, а мне это раз плюнуть, но устал я сильно. Да и глазки уже закрываются, прижимая веки»

Ведьма: «Тогда нужно идти спать. Самых добрых и прекрасных снов, малыш. Целую тебя в губы. Спи крепко. До завтра. Тебе, кстати, на работу?»

Джимми: «Спасибо, сладкая моя. Да, нужно идти трудиться. А так лень»

Ведьма: «Тоже завтра тяжелый день, нужно искать, куда устроиться. Так что сейчас лягу спать. Буду вспоминать сегодняшний день, неугомонный ты»

Джимми: «До завтра, солнышко мое. Самых волшебных и милых снов»

Ведьма: «Пока».

Парень погасил монитор, который долгое время освещал комнату, врываясь в его глаза бледным цветом и кучей ненужной информации. Джимми, привычно для себя, достал тетрадь. Звук, царапающий белые листы, еще долго тревожил покой бетонного квадрата:

«17 февраля 2011 год

Мысли.

Здравствуй.

Я только приехал. Знаешь откуда? Хм. Конечно, ты в курсе, ведь, столько много впитал из моей души. Я был сегодня с ней. Даже не могу подобрать слов, чтобы описать это. Да и зачем они? Счастье моей души. Впервые за долгое время, во мне столько радости. Какая она? Она загадка. Самый сложный механизм мира, который не был разгадан. Собирать по молекулам ее жизнь, ощущения, чувства, так сложно будет это сделать, но я готов. Готов окунуться в нее с головой, до полного погружения, добраться до дна, чтобы найти тот жемчуг, что цепляет мертвой хваткой за горло, перекрывает кислород. Нет. Во мне нет эмоций, они, подобно гусенице, которая превращается в великолепную бабочку, переросли сразу в чувства. Разница? Она велика. Я до сих пор чувствую ее парфюм. Он так прекрасен. Я готов в него влюбиться! В один лишь силуэт, в прекрасную тень. И ее полет очаровал.

Впервые за долгое время, я испытал счастье. Сегодня меня даже не тянут те грезы, в которые я погружался, как батискаф, каждый вечер. Воспоминания о детстве? Я сегодня не в том порыве чувств, чтобы писать о них. Но еще один грустный стих пронзит твои листы.

Я потерял тепло, тех рук небрежных добрый сон

Меня пронзи…

Как радуга тела насквозь своею красотой

Неотразим…

И кровью поливала на асфальт, а в небе умер сатана,

Без имени, собрав тона, подняв со дна моей души кристалл.

Один момент… последний час…

Твои глаза… моя печаль…

.

Пей чай либо печатай наши строки утром строго

Запах весны…

Меня ты не тревожь! Не беспокой, не трогай!

Прошу остынь…

Отстань, забудь к моей разрушенной душе ключи,

Засыпь холодным снегом труп.

А я уйду… уйду ли я вообще? Оставь

.

Как на могиле, на моих героях возведи свой крест,

Смотрю в прицел…

Там перекрестие души, давай, стреляй!

Сосредоточься, не дыши…

Пиши мне снова пять поэм, сады, Эдем,

Где я — они…

Огни, и в них гори дотла, предсмертный крик

Земля пуста… в объятия примет тишина

Небесный взрыв… дождем навзрыд

.

Спасибо, мой молчаливый свидетель».

Глава 5. «Когда растают ледники».

Ранним утром парень проснулся от того, что чья-то рука толкала его в бок. Едва открыв глаза, парень увидел Кэтрин.

— Просыпайся — проговорила девушка — Тебе пора вставать. Во сколько ты вчера приехал? Как все прошло?

— Встаю — сонным голосом произнес Джимми и, не без труда, перевернул свое тело в сидячее положение