Идея
Шрифт:
— Артём, я не спрашиваю тебя о том, что ты уже сделал. Это я прекрасно могу прочитать из отчётов. Я задала вопрос о том — зачем тебе всё это?
— Потому что я хочу это изменить, — выпалил Кучаев и уставился в бесконечность, собираясь с мыслями. — Потому что вижу, что происходит в мире. Как люди стараются в нём выжить. Как подставляют друг друга, предают, убивают, лгут. Ведут себя как звери. Это то, с чем я не готов мириться. То, чего я не смогу принять. И это то, что я хотел бы искоренить.
— Получается, ты хочешь стать кем-то наподобие Игнатова? Заставлять людей делать то, что нужно конкретно тебе?
— Не путай. Игнатов собирается уничтожить девять десятых населения. Я же хочу заставить их жить по
— Но ведь Игнатов прав, — совершенно неожиданно для Артёма произнесла Лиза. — Вначале во мне говорили эмоции, но чем больше я думаю в эту сторону, тем сильнее соглашаюсь с тем, что популяцию людей нужно регулировать. Нас слишком много. Нужно быть глупцом, чтобы не видеть проблем перенаселения. Загрязнения. Это делает не Игнатов и его приближенные — это делают простые люди, дорвавшиеся до власти или просто не думающие о последствиях. «Ой, что будет, если я вылью эту бочку ядохимикатов в озеро. Земля большая, а бочка маленькая, проблем не будет». И так думают все!
— Поэтому я и хочу заставить их думать иначе. Привить ответственность за собственные поступки. Это долго, муторно, но оно того стоит.
— А кормить ты их чем будешь? Если в мире станет много людей, то возникнет проблема с ресурасами!
— Да тем же, чем кормят здесь! Замкнутые циклы производства и переработки органики. Закроем заводы, уберём загрязнения, перейдём на альтернативную энергию, тот же энергон. Вариантов, куда повернуть планету, не прибегая к тотальному геноциду, много. Нужно только включить голову.
— Я рада, что ты вернулся, — если бы Лиза могла показывать эмоции, её лицо растянулось бы в искренней улыбке. Она боялась, что Артём изменился, что истинные цели его проекта скрыты, но за то время, что она жила вместе с Кучаевым, Лиза научилась понимать своего мужчину. Любимый не лгал — он действительно верил в то, что собирался сделать. И это означало только одно — ему нужно помочь.
Следующие три дня заставили попотеть всё научное сообщество тюрьмы — Лиза развернулась на полную катушку. Работали все — даже наёмники, дожидающиеся встречи с Игнатовым. Рылись ямы, создавались устройства, с нижних ярусов переносилось оборудование — подземный этаж, где находился спуск в горизонт энергона, находился вне периметра лаборатории. Оставлять Игнатову хоть что-то Лиза не собралась. После того, как наёмники удалили блокираторы, наладилась связь с внешним миром. Артём пообщался с Коршуновыми и выяснил, что Текшин чувствует себя прекрасно, а присланные Соколом программисты творят настоящие чудеса, подготавливая «Мир изменённых» к новым участникам. Лиза попыталась перенести своё сознание за пределы тюрьмы, но только обломала виртуальные зубки — несмотря на достаточно дорогое оборудование, его ресурсов оказалось недостаточно, чтобы принять в себя чужой разум. Перенос же управляющего контура «Мира изменённых» на сервера лаборатории никто не рассматривал — до тех пор, пока тюрьмой заведует Игнатов, делать этого не стоило.
Наконец, этот день настал — экономический форум завершился. Лиза проверяла выполнение заданий, указывая учёным на некоторые несоответствия результата начальным требованиям, как одна из её сущностей принялась истерично вопить о внешнем взломе. Подавив паникёра, девушка спокойно произнесла:
— Артём, у нас запрос на связь. Нет, не запрос — канал откроется через три, две, одну… Есть контакт. Приветствую, хозяин!
Последняя фраза была произнесена неприятным металлическим голосом. В общем зале первого корпуса возникла трёхмерная проекция Игнатова и Система сразу начала генерировать задания, заставляя весь персонал блока явиться на встречу со своим благодетелем. Лиза этому не препятствовала, внимательно отслеживая поступающие логи. Уровень доступа у владельца тюрьмы был запредельный — девушке всё никак не удавалось понять, каким образом его ограничить
Удостоверившись, что большая часть учёных прибежала на встречу, хозяин с нескрываемым самодовольством и самолюбованием произнёс:
— Привести ко мне арестанта! Настало время напомнить рабам их место!
Глава 18
— Артём, я разобралась! В тюрьме существует ещё один управляющий контур! Я вообще о его существовании не знала, пока к нам Игнатов не заявился. Нужно думать. У этого контура неограниченные полномочия, причём всё это зашито чуть ли не на аппаратный уровень. Настоек я не вижу. Нужно тянуть время и держать премьер-министра как можно дольше на связи. Я постараюсь разобраться, как он к нам подключился.
— Легко сказать, — Кучаев не сводил взгляда с монитора, где демонстрировалась показательная порка. Александр пришёл сам, хоть и на шатающихся ногах. Это задело «хозяина» — то, как он недовольно поджал губы, заметили все. Видимо, Игнатов ожидал, что Кот сломается и его принесут. Хотя Артём должен был признать — если бы не восстановительные процедуры, что запустила Лиза, наёмник мог бы остаться без сознания.
Но даже такое появление пленника не остановило настрой Игнатова — он принялся вещать о том, какие блага даёт своим рабам, требуя взамен лишь подчинения. И те, кто не желает подчиняться, лишаются этих самых благ, переходя в разряд врагов. Собственно, практически ничего нового относительно того, что было сказано год назад самому Кучаеву, так что физик особо не вслушивался в речь самолюбования.
— Наказание за такое — смерть! — наконец, Игнатов подошёл к самому главному. — Но я милосерден. За время службы этот раб смог доказать свою полезность, свою преданность. Я готов дать ему второй шанс. Приведите его дочь!
Кучаев нахмурился — к такому повороту он был не готов. Лиза успела сгенерировать задание раньше Системы, поэтому за Людой отправились не в камеру, а в тренажёрный зал. Правда, пришлось корректировать поручение и отправлять посыльных вначале в медицинский блок и только оттуда уже за девушкой. Премьер-министр ожидает увидеть бессознательное тело, значит, нужно заставить Люду уснуть. Объяснять ей и надеяться на то, что девушка сыграет свою роль на отлично, Лиза не стала. Лишние риски приводят к лишним проблемам.
— Лиза, это подстава, — произнёс Артём, глядя на то, как девушке делают укол и укладывают на левитирующую платформу. — Я не верю в искренность Игнатова.
— Я просчитала варианты, так что не беспокойся. Что бы не задумал этот урод, у меня найдётся, чем его удивить. Сейчас его не нужно лишний раз беспокоить — для того, чтобы сбежать, нам нужно ещё четыре дня. И мы должны получить это время любой ценой, даже если потребуется пожертвовать Александром.
— Что?! Лиза — нет!
— Ты меня не слушал — всё под контролем. Не переживай. Просто доверься мне.
Кучаеву очень хотелось верить в то, что Лиза знает, что делает. Однако он слишком хорошо знал психологию. Тот, кто считает остальных даже не быдлом — пылью под своими ногами, не будет ограничен никакими моральными рамками. Так и произошло. Едва Люда появилась в зале, к Александру подошёл один из учёных и протянул пистолет.
— У тебя есть шанс исправиться, — у Артёма даже мурашки по спине побежали от голоса Игнатова. Физик никогда не думал, что в обычную человеческую речь можно добавить столько кровожадности. — Докажи свою преданность. Перед тобой лежит тело. Оборви его жизнь, и я позволю тебе вернуться. Ты продолжишь служить. У тебя один патрон — используй его правильно.