Идущие
Шрифт:
Она сверлила его взглядом, возможно, пытаясь соблазнить, но либо ожерелье защищало его, либо его чувства были настолько сильны и неизменны, что ничто не могло поколебать их.
Он ее ненавидел.
Она остановилась прямо перед ним.
– Майлс, – произнесла она. – Майлс Хьюрдин. Я знала, что ты придешь. – Голос был нежным, мелодичным, но что-то в нем тоже раздражало. Он чувствовал, что голос, как и взгляд, пытался покорить его.
– Что ты сделала с моим отцом? – жестко спросил он.
– Я помогала твоему отцу, – ответила
Она не знала, что он проник в ее планы. Она не знала, что он уже знает, кто она есть.
По крайней мере это преимущество еще сохранялось, и Майлс наблюдал за ней, пока она говорила, пытаясь сообразить, что делать дальше.
Он не знал, чего ждал. Появления волшебного меча? Заклятия? Мэй обеспечила их амулетами для защиты, ему были даны видения. Вплоть до этого момента у него было все необходимое, и он надеялся, что так будет и дальше.
Но не появилось ни волшебного меча, ни заклятия – ничего. Он был один на один с Изабеллой, и ему показалось, что, если он хочет остановить ее и предотвратить осуществление ее планов массового уничтожения, он должен просто одолеть ее физически.
Бросив лампу, он изо всех сил ударил ее в живот.
Изабелла оказалась застигнута врасплох, но не ощутила боли. А как могло быть иначе? Она же мертва.Удивление ее длилось лишь долю секунды. Она отпрянула, и Майлс по инерции качнулся вперед, едва не упав. Шанс воспользоваться преимуществом внезапности оказался упущен. Теперь они оба знали, кто есть кто.
– Ты хочешь узнать о своем отце? – негромко заговорила она. – Боб в аду. Я отправила его туда. Он был одним из приспешников дьявола, и я отправила его туда, где ему место. – Пристально взглянув ему в глаза, Изабелла продолжила: – Ты хочешь знать, почему твои родители разошлись, Майлс? Ты знаешь настоящую причину? А ты знаешь, почему твоя сестра никогда не появлялась в доме?
– Не слушай ее, – послышался голос Клер. – Делай то, что ты должен сделать.
А что он должен сделать? Он просто не знал.
– А как ты думаешь, сколько кобелей прошло через кровать Клер, пока вы жили порознь? Сколько толстых мокрых концов она обсосала, на скольких извертелась? Угадай! Больше десяти? Больше пятнадцати? Больше двадцати?
Одновременно со словами в мозгу возникли образы: отец насильно занимается с матерью анальным сексом; его огромные волосатые руки лезут под подол ночной рубашки маленькой Бонни; Клер ерзает между ног волосатого усатого мужчины, внезапно замирает, глаза ее становятся круглыми от того, что мужчина резко эякулирует, выбрасывая в ее охотно раскрытый рот неожиданно огромное количество спермы.
Картины били прямо под дых, но он не мог позволить себе потерять концентрацию. Он бросился на нее, вытянув вперед руки, повалил на землю и начал
Она оказалась жилистой и гораздо более сильной, чем он мог себе представить, хотя почему-то и не воспользовалась своими неограниченными силами для противостояния простому физическому воздействию. Она вытерпела первые удары, сгруппировалась, поджав ноги, и, уперевшись Майлсу в грудь коленом, отбросила его от себя. Майлс отлетел, нелепо взмахнув руками и пытаясь восстановить дыхание.
Ситуация резко изменилась. В одно мгновение она уже оказалась сверху. Снова ударив коленом, на этот раз в пах, она потянулась к ожерелью, явно не веря, что сможет даже просто прикоснуться к нему. Однако сила ожерелья, очевидно, была направлена исключительно на колдовство, оно могло защитить владельца от заговоров и волшебства, но не могло противостоять прямому физическому воздействию. Ее пальцы обхватили ожерелье, и нитка просто лопнула. Зеленое свечение оборвалось, и отдельные зубы с легким стуком рассыпались по камням.
Он увидел выражение триумфа в ее глазах, почувствовал потрескивание силы в воздухе.
И в следующее мгновение она слетела с него.
Хал и Клер оседлали Изабеллу.
Они оба по-прежнему находились под защитой. Браслет Клер ярко сиял, из кармана Хала, где он хранил деревянный талисман, тоже исходило зеленое свечение. Они набросились на нее с яростью, как пара умелых хищников, не давая ей возможности совершить какое-то ответное действие. Опять она не чувствовала боли...
Она была мертвой... но, не имея возможности воспользоваться своими силами, была вынуждена сначала освободиться от них. Изабелла издала оглушительный рык, глубокий нутряной рев, более соответствующий какому-нибудь гиганту животного мира.
Хал держал ее руки, упираясь головой в грудь.
Клер сидела на ногах и подвернувшимся булыжником молотила ей по коленям.
Майлс все еще чувствовал потрескивание энергии над собой и не сомневался, что она намеревалась покончить с ним, убить и высосать его жизненную энергию или что еще она привыкла сделать. Но прежде чем это произошло, он вскочил на ноги, подбежал к ней и обеими руками схватил Изабеллу за голову. Она заверещала и начала яростно вырываться.
Следующим движением голова отделилась от туловища.
Разрыв оказался чистым, и тут он понял, что голова с самого начала просто сидела не на месте. Она была неправильно укреплена, поэтому и клонилась под таким странным углом.
Он с отвращением отбросил голову. На руках осталось мерзкое ощущение скользкой и холодной плоти. Туловище мгновенно перестало двигаться, обмякло, судороги прекратились одновременно с отчленением головы.
Майлс взял Клер за руку и помог встать на ноги, хотя она не испытывала никаких сложностей, чтобы сделать это самостоятельно. После этого крепко обнял и поцеловал в губы, бесконечно счастливый тем, что она жива и что жив сам.