Иго во благо
Шрифт:
Я с первого раза не дозвонился до донны Розы, владелицы нашего так называемого отеля, через неё была связь с Витей. Сел на лавочку, рядом две женщины мои попутчицы, одной лет сорок и молодуха, к мужу приехала. Щекастая деваха и разговорчивая – не остановить. Муж её на БМВ копит, мечтает пусть не новый взять, но БМВ. И ещё один мужичок подсел, тоже из нашего автобуса.
Вдруг подруливают к нам два молодца. По виду один борец, второй просто здоровый. Может, в прошлом волейболист – высокий, длинноногий.
– Здравствуйте, – борец слащаво улыбается.
Кот увидел мышку.
– Здравствуй, коль не шутишь, – говорю не тоном мышки.
– Откуда прибыли? – борец с той же улыбочкой продолжает интервью.
Волейболист жвачку на высоте своих примерно ста девяноста сантиметрах молча терзает.
Любезничать с ними я не собирался:
– Тебя, – говорю, – это не должно интересовать. Ты проходишь мимо.
Борец изменился в лице, улыбку тошнотворную согнал:
– А чё это ты со мной так разговариваешь?
– А чё бы я с тобой по-другому разговаривал. Ты проходишь мимо и дело в шляпе!
На их накат ответил своим. Я знал, что с ними справлюсь. Последний раз на чемпионате страны по рукопашному бою выступал в 36 лет. Это было три года назад.
Борец с ноткой угрозы в голосе бросил:
– Ну ладно, посмотрим.
Они ушли. Вскоре ещё двое нарисовались. Серьёзнее первых, один, скорее всего кикбоксёр и второй не волейболист. Эти двое и те – мне не по зубам. Мужичок, сидящий с нами – не подмога.
На руку сыграла несогласованность братвы. Кикбоксёр спрашивает:
– К вам подходили?
– Конечно, – говорю и показываю рукой, – туда пошли.
Они решили, нас уже облупили, и отправились в указанном направлении. Говорю соседкам:
– Девоньки, что-то душно становится. Берём вещи и с вокзала быстренько идём на скамеечки, что рядом с полицаем.
Так и сделали. Молодуха дозвонилась до мужа, тот приехал, забрал её и женщину заодно. Я тоже, дозвонившись
У донны Розы был двухэтажный дом, на втором жила с семьёй сама, а первый сдавала. Кроме этого в соседней пятиэтажке ей принадлежал один подъезд. Квартиры в нём тоже сдавала. Там, в частности, жили ребята, работавшие на мощении дороги, человек пятнадцать. Братва знала (служба оповещения не дремлет), когда «день дорожника» – работодатель привозил зарплату, и приезжали за данью. Двое из ребят-дорожников несколько раз приносили мне деньги, просили поберечь. Сбербанком работал.
В Португалии братва в основном хохлы и молдаване.
К нам однажды заявился представитель этого рода племени. Позиционировался под сицилийского мафиози – в костюме, широкополой шляпе. Мордоворот. Ну, мы тоже не хилые и не из пугливых. В соседней от нас комнате жили негры, Эрик и Дерик, не любили, когда их называли неполиткорректно – неграми. Были они из бывшей португальской колонии – Гвинеи-Бисау, да негр он и в Гвинее-Бисау негр, поэтому случалось непроизвольно выскакивал обидный для чернокожих термин.
У Вити, было дело, при Эрике случился подобный казус. Гвинеец тут же засветил обидчику. Витя хоть и говорил нам, что занимался боксом, удар пропустил. Эрик ростом за метр восемьдесят, в плечах шкаф, кулак под стать. Витя посыпался в угол комнаты, правда тут же вскочил на ноги и схватил кухонный нож со стола. Эрик не стал больше защищать чувство гвинейского достоинства, показал спину и бросился за дверь.
Не испугались мы и «сицилийского мафиози». Он по-хозяйски начал задавать вопросы, мол, где работаете, что вам платят. Мы ему с иронией, без всякого почтения, мол, да разве можно задавать вот так вот напрямую такие нежные вопросы, это ведь коммерческая тайна.
– Как бы вам тайна боком не вышла! – начал угрожать.
– Да ладно, братан, – Витя ему, – мы же земляки!
– Тамбовский волк тебе земляк.
Конец ознакомительного фрагмента.