Игольное ушко
Шрифт:
На катере, стоящем в Абердинской бухте, пробили в рынду. Пронзительный звук колокола прервал карточную игру.
– Я так и знал, – сказал Красавчик. – Мы уже не ходим на волнах вверх-вниз. А я как-то даже привык к качке. Без нее чувствую себя просто неуютно.
Никто не слушал его монолог. Команда спешила по своим местам, некоторые надевали спасательные жилеты.
Взревел мотор, судно начало слегка вибрировать.
На носу, на палубе, стоял Смит. После долгих суток, проведенных внизу, в трюме, он наслаждался свежим
Набирая скорость, катер выходил из бухты. На палубу вышел Красавчик.
– Так, сейчас будем в открытом море.
– А я знал, что вот-вот прозвенит колокол, – сказал Смит. – В жизни не догадаешься почему.
– Почему?
– Потому что мне никогда не везет. В тот момент у меня на руках было двадцать одно очко, оставалось лишь открыть карты.
Лейтенант-коммандор Вернер Хеер посмотрел на часы.
– Тридцать минут.
Майор Воль кивнул.
– Как погода?
– Шторм закончился, – нехотя ответил Хеер. Он предпочел бы не расставаться с данной информацией.
– Тогда нам нужно немедленно всплыть.
– Если бы ваш человек был там, он послал бы нам сигнал.
– Руководствуясь одними гипотезами, войну никогда не выиграть, капитан, – заметил Воль. – Я решительно настаиваю на всплытии.
Хеер вспомнил, как относительно недавно, еще когда подлодка находилась в базе, между его начальством и Абвером состоялся резкий разговор, дело дошло почти до ссоры. Как всегда, военная разведка оказалась победителем. После этого руководство настоятельно посоветовало Хееру иметь более веские аргументы, когда он вздумает противиться рекомендациям майора Воля.
– Мы всплывем на поверхность ровно в шесть часов, – отрезал Хеер.
Воль согласно кивнул, отошел в сторону.
37
Сначала с грохотом рвануло стекло, посыпались осколки, затем раздался звук, напоминающий взрыв зажигательной бомбы.
Ду-фф!..
Люси выронила из рук микрофон. Внизу явно что-то случилось. Она схватила дробовик, сбежала по лестнице.
В гостиной полыхало пламя. Огонь шел во все стороны из разбитой банки. Очевидно, Фабер изготовил самодельную зажигалку, используя бензин из бака. Языки пламени лизали старый потертый ковер на полу, потом перекинулись на диван, загорелось свисающее покрывало. Вспыхнула набитая пером подушка, огонь взметнулся под потолок.
Люси с ходу сорвала подушку и, не обращая внимания на обожженные пальцы, швырнула ее в окно. В следующую секунду она моментально сняла с себя куртку, бросила ее на ковер и стала сбивать пламя ногами. Потом она подняла куртку с пола и затушила ею диван. Только чудом удалось предотвратить большой пожар.
Снова раздался звон разбитого стекла. На этот раз наверху.
– Джо! – страшно закричала Люси.
Она оставила куртку, стремглав помчалась наверх, в спальню.
Генри уже сидел на кровати, держал ребенка на коленях. Мальчик проснулся, сидел и сосал большой палец – испуганные глаза широко раскрыты. Генри гладил рукой его взъерошенные волосы.
– Брось
– Ты взобрался по стене и влез через окно, – раздался ее глухой голос.
Генри отпустил мальчика.
– Давай, иди к маме.
Джо подбежал к Люси, она быстро взяла его на руки. Генри поднял оба ружья, подошел к радиопередатчику. Кисть правой руки была как-то неестественно зажата под левой подмышкой, на куртке виднелось кровавое пятно. Он грузно опустился на стул.
– Видишь, что наделала? Ты ранила меня. – Генри Фабер повернулся к передатчику.
В полной тишине неожиданно заработал эфир.
– Штормовой остров, вы слышите? Отвечайте.
Генри взял микрофон.
– Да?
– Одну минуту.
После небольшой паузы на том конце заговорил другой голос. Люси сразу узнала человека из Лондона, который требовал от нее уничтожить радиопередатчик. Увы, он будет разочарован.
– Хелло, это снова Годлиман. Как вы там? Слышите меня? Прием.
– Да, конечно, отлично слышу, профессор, – злорадно произнес Фабер. – Вас по-прежнему увлекают древние соборы?
– Что?.. Так это, значит…
– Разумеется, я. – Фабер улыбнулся. – Рад, что вы меня тоже помните. – В то же мгновение улыбка исчезла с его лица, игра была окончена, Фабер стал менять частоту.
Люси повернулась и вышла из комнаты. Ну вот, кажется, все. Вяло, словно в апатии к происходящему, безразлично ожидая развязки, Люси спустилась вниз, прошла на кухню. Теперь остается лишь немного подождать, пока ее прикончат. Убежать она не сможет, сил уже нет, и он, очевидно, это понимает.
Люси выглянула в окно. Шторм закончился. Сильная буря, рокот волн, дождь – все прекратилось. Оставался только легкий ветерок. На востоке небо просветлело, вот-вот появятся слабые лучи солнца. Море…
Но что это? Вроде темное пятно. Люси нахмурилась, взглянула пристальнее.
Боже, точно, подводная лодка, совсем близко.
В ушах снова зазвучал знакомый голос: «Надо уничтожить радиопередатчик».
Прошлой ночью Генри ругался на иностранном языке. «Я сделал это ради своей страны», – так, вроде бы, он сказал.
А тогда, в бреду, что же такое он болтал? Будто кто-то ждет в Кале несуществующую армию.
«Уничтожить передатчик», – молотом отдавало в голове.
Почему, отправляясь в море рыбачить, человек берет с собой пленку с негативами? Нет, он определенно не сумасшедший, в его действиях есть логика. Это немецкая субмарина, а Генри – агент, вернее, шпион, и сейчас он пытается связаться с лодкой по радио.
Уничтожить проклятый передатчик!
Теперь, когда все стало ясно, она не может, просто не имеет права сдаваться. Она знает, что нужно делать. Прежде всего надо где-то спрятать Джо – так, чтобы он ничего не видел. Эта мысль волновала ее больше всего, больше, чем боль и усталость, но нет времени, еще минута, и Генри выйдет на нужную частоту, тогда будет слишком поздно.