Игорь
Шрифт:
Князь двинулся по дороге, ведущей на север. Воевода Свенельд вдогонку ему прокричал:
— Наш пост будет за лесом. Вёрст десять от города.
Князь кивнул головой в знак того, что он услышал воеводу и продолжил путь.
На небе уже появились первые предвестники ночи. Месяц выглянул с восточной стороны земли, и начал подниматься над горизонтом. Звёзды робкими огоньками прорезали серое небесное покрывало. Начинало темнеть. Князь Братислав въехал в лес. Деревья, уходившие в вышину, отбрасывали тени на дорогу, которые уже сливались с темнотой сумерек.
«Надо прибавить ходу, — подумал Братислав, — а то, чего доброго в темноте и дозорных не замечу».
Князь подстегнул коня и поехал рысью по лесной дороге. Братиславу показалось, что он услышал впереди, как будто кто-то крикнул. Но этот звук был слабый, и князь решил, что это,
«Пора бы уже и дозорным появиться, — размышлял Братислав на ходу. — Может, они поджидают, пока я ближе подъеду? Не хотят раньше времени себя обнаруживать».
Вдруг конь князя обо что-то споткнулся, лежащее прямо посреди дороги. Братислав остановил коня, и решил посмотреть, что это такое там преградило ему путь? Уже было темно, и князь никак не мог разглядеть препятствие. Братислав наклонился, и тут то ему стало ясно, что на дороге лежит человек. Князь осмотрелся вокруг себя, но никого не было видно. Он слез с коня и подошёл к неподвижному телу. Братислав перевернул его лицом вверх, приблизился к нему и послушал. Человек не дышал. Князь ещё раз осмотрелся, и теперь заметил, что в шагах десяти лежит ещё человек. Братислав подошёл к нему. Картина была та же. Он тоже был мёртв. Князь заметил, что у самого края дороги лежат и ещё четыре человека, которые тоже не подают никаких признаков жизни.
«Да это, наверное, и есть дозорные воеводы Свенельда, — догадался Братислав. — Воевода говорил, что их шесть человек. Вот они все шесть здесь и лежат. Странное дело, создаётся такое впечатление, что они стояли и ждали, когда их убьют. Даже мечи не достали из ножен. И почему они вышли все на дорогу? Воевода говорил, что они дежурят по очереди. Ничего не понятно».
Князь прикоснулся к ране убитого стражника. Кровь ещё не запеклась, а тело было тёплое.
«Похоже, что я действительно слышал человеческий крик, когда ехал сюда, — подумал Братислав. — То, что здесь случилось, произошло совсем недавно. И, если их убил Чёрный всадник, то он непременно двинется на север. Свенельд рассказывал, что он связан с древлянами. А их земли лежат на севере отсюда. Туда он и поехал. Надо торопиться, я ещё могу его догнать».
Братислав вскочил на коня и помчался по дороге. Поле тянулось бесконечно. Это было на руку князю. В лесу он мог запросто потерять предателя, так как тот, наверняка, услышал бы его приближение и попытался бы скрыться. Другое дело в степи. Хоть в ночной тишине топот копыт раздаётся отчётливо и далеко разносится в разные стороны, но спрятаться в открытом поле негде.
На небе не было ни одной тучи, и месяц освещал всё вокруг, как днём. Проехав несколько вёрст, князь заметил впереди на дороге тёмный силуэт всадника. Незнакомец двигался небыстро, поэтому расстояние между Братиславом и всадником быстро сокращалось. Очевидно, незнакомец услышал, что кто-то за ним скачет. Он остановился и развернул своего коня. Приблизившись к всаднику, князь смог различить чёрный плащ и маску на лице незнакомца. Братислав придержал своего коня и остановился. Их разделяло всего шагов пятьдесят.
— Ну, вот наконец-то мы с тобой и повстречались, Чёрный всадник, — проговорил Братислав.
— Повстречались, — злобно передразнил князя Чёрный всадник. — Ничего, сейчас я тебя встречу.
— Может, снимешь маску и покажешь своё лицо? — предложил Братислав.
— Успеется, — сказал Чёрный всадник. — Может, попробуешь сам снять с меня маску, если, конечно, не боишься.
Князь подстегнул коня и помчался прямо на Чёрного всадника. Тот стоял на месте и дожидался приближения Братислава. Когда расстояния сократилось до нескольких шагов, Чёрный всадник выхватил боевой топор. Князь, в это время, выставив вперёд меч, готовясь нанести удар противнику. Но Чёрный всадник уклонился, и сам со всей силы рубанул по плечу Братислава. Казалось бы, от такого прямого удара, князь должен был получить смертельное ранение. Но лезвие топора соскользнуло по кольчуге князя и ушло в сторону. Чёрный всадник даже растерялся, не ожидая такой промашки. Он на время замешкался, рассматривая, всё ли в порядке с его оружием. Этого момента хватило для князя, чтобы развернуть своего коня и вновь ринуться на противника. Чёрный всадник, опасаясь, что его атакуют сзади, быстро сменил положение и приготовился встретить
«Надо везти его в город к воеводе Свенельду, — подумал Братислав. — Воевода, наверняка, его знает».
Князь погрузил Чёрного всадника на его же коня, а сам сел на своего, и двинулся назад в Киев. Обратный путь занял больше часа, так как Братислав ехал не спеша. У главных городских ворот князь остановился и сказал, обступившим его стражникам:
— Вот гроза Киева Чёрный всадник. Теперь он уже ни кому не страшен.
К Братиславу подошёл воевода Свенельд с дружинниками.
— Слава Перуну ты жив, князь Братислав, — проговорил обрадованным голосом Свенельд. — Я уже собирался за тобой ехать. Сколько времени прошло, а ты не возвращался. Князь Игорь никогда не простил бы мне, если бы с тобой беда случалась. Но, я вижу, что ты не даром потратил время. Как же тебе удалось его достать?
— Ты воевода посмотри на него повнимательнее, — сказал Братислав. — Мне сдаётся, я его где-то видел. Вот только никак не могу вспомнить где?
Свенельд подошёл к Чёрному всаднику, повернул ему голову, так, чтобы лунный свет падал на лицо предателю, и тут же опустил руки.
— Вот так дела, — произнёс поражённый Свенельд. — Ещё бы ты его не знал, князь Братислав. Да это же сам начальник городской стражи стольник Темага. Он же был моим первым помощником. Как же я не смог раскусить его. Правду говорят люди, что нет на свете ничего такого, что можно было бы знать наверняка. Ну, теперь понятно, почему Чёрный всадник знал о наших планах. И уж совсем ясно, как он мог беспрепятственно покидать Киев, оставаясь вне всяких подозрений. Вот и доверяй после этого людям. И как он только мог пойти на предательство?
— Это для тебя, его действия являются предательством, — возразил Братислав. — А что это значило для него, мы уже не узнаем никогда. Ладно, я поеду отдыхать. Устал я сегодня что-то. Да, там, в лесу лежат шестеро мёртвых стражников. Он перебил весь дозор, который ты воевода выставил на северной дороге. Похоже, они даже не сопротивлялись. Думали, наверное, что стольник приехал проверить посты. А он этим воспользовался.
Братислав тронул ногой своего коня и двинулся в город. По пути домой князь рассматривал надвое разрубленную железную маску Чёрного всадника и думал:
«А правду говорила моя мама, когда утверждала, что мой меч сможет с лёгкостью пробить любое железо. Да и кольчуга не подвела. Это же надо, такой удар боевого топора выдержала, а на мне ни одной царапины. Спасибо тебе, мама, за такой бесценный подарок».
Ярко-красный свет пробился из-за горизонта на востоке, и принялся сжигать темноту, разгоняя темень ночи. Начиналось утро нового дня.
54. Ошибка адмирала
Флот князя Олега расположился на рейде неподалёку от византийского города, который накануне сожгли воины конунга Ульбрихта. Пожары к утру уже прекратились, и от сгоревших домов поднимался в небо дым. Запах гари распространился на всё побережье. Даже в море был слышен этот въедливый запах. Князь Олег стоял на носу своего судна и всматривался вдаль. Волны мягко плескались о борт ладьи, как бы лаская её и задабривая. Казалось, море просило людей, чтобы они прекратили вести себя так жестоко, сжигая и разоряя мирные города. Но князь не обращал никакого внимания на просьбы природы. Олег был занят своими военными мыслями. Он с нетерпением ждал, когда возвратится его разведка. Князь накануне, ещё ночью послал ладью с конунгом Ульбрихтом к Царьграду, чтобы тот выяснил обстановку возле столицы Византии. Олег убедился в том, что Ульбрихт хороший моряк и опытный воин. Вот князь и решил, что лучше конунга никто не сможет разобраться в положении дел на месте предстоящего морского сражения. То, что византийский флот находится где-то возле Царьграда, Олег не сомневался.