Игра форов
Шрифт:
— Какие, например?
— Ну хотя бы предотвращение планетарной гражданской войны. А может, и межзвездной.
— Для меня это не представляет профессионального интереса.
Это прозвучало как шутка, жестокая шутка. Но действительно, что Тангу тревоги Барраяра?
— А если ты окажешься среди проигравших? Тебе платят за победу, но воспользоваться этой платой может только живой наемник.
Узкие глаза Танга сузились еще больше.
— Что у тебя на уме? Почему ты вдруг заговорил про обреченную сторону?
Если я не доставлю
— Извини. Я должен молчать. Мне нужно попасть на… — Пол для него закрыт, станция Консорциума недоступна, Аслунд теперь стал еще опаснее, — на Верван. — Он взглянул на Элен. — Да. Доставь нас обоих на Верван.
— Ты работаешь на верванцев? — сухо спросил Танг.
— Нет.
— Тогда на кого? — Танг стиснул руки: казалось, он хочет выдавить ответ силой.
Элен бросился в глаза этот жест.
— Ки, осади, — жестко заметила она. — Если Майлзу нужно на Верван, он туда попадет.
Танг взглянул на Элен, на Мэйхью.
— На чьей вы стороне? Моей? Его?
Элен вскинула голову:
— Мы присягали Майлзу. Баз тоже.
— И ты еще спрашиваешь, зачем ты мне? — Танг раздраженно указал на Элен с Мэйхью. — Что это за крупная игра, о которой, кажется, знают все, кроме меня?
— Я тоже ничего не знаю, — беззаботно улыбнулся Мэйхью. — Я просто иду за Элен. Куда она, туда и я.
— Подчиняясь или доверяя?
— Разве это такие уж разные вещи? — усмехнулся Майлз.
— Появившись здесь, ты раскрыл нас, — настаивал на своем Танг. — Подумай! Мы пришли тебе на помощь, а ты исчезаешь, оставляя нас с Оссером один на один. Ты ведь знаешь, что такое разъяренный Оссер? А мы безоружны. И слишком много было свидетелей.
Майлз с болью смотрел на Элен. Совсем другая — такая, какой он увидел ее час назад, когда головорезы Оссера собирались выбросить его из шлюза. И все та же — верная до конца, как ее отец.
Танг с удовлетворением заметил, как изменился Майлз после его слов. Ага, задело за живое. Грегор неспокойно задвигался в своем кресле.
— Я подумал… если бы вы в Наших интересах стали, как и мы, беглецами, — Майлз видел: Элен тоже отметила заглавное Н в слове «наших», чего, разумеется, не могли понять ни Танг, ни Мэйхью, — Мы могли бы устроить так, чтобы ваши интересы не пострадали. По крайней мере финансовые.
Элен понимающе кивнула, а Танг наклонился к ней и ткнул пальцем в сторону Грегора:
— Кто этот тип?
Элен молча покачала головой.
Танг зашипел от злости:
— Ты не кажешься мне такой уж надежной опорой, сынок. А что, если мы в твоих интересах станем трупами?
Элен возразила:
— Мы рисковали отдать Богу душу за гораздо меньшее.
— Меньшее — чем что? — почти выкрикнул Танг.
Но тут Мэйхью показал на наушники:
— Время решать, парни.
— Может ли этот катер пересечь систему? — быстро спросил Майлз.
— Нет. Не хватит горючего, — словно извиняясь, пожал плечами
— К тому же он недостаточно быстр и плохо вооружен для этого, — добавил Танг.
— В таком случае постарайтесь протащить нас на какой-нибудь коммерческий транспорт незаметно для органов безопасности Аслунда, — резюмировал Майлз. Вид у него был по-настоящему несчастный.
Танг взглянул на эту компанию непокорных и тяжело вздохнул:
— Они уделяют больше внимания прибывающим, чем отбывающим. Думаю, это несложно. Причаливай, Ард.
После того как грузовой катер причалил к выделенному ему шлюзу, Майлз, Грегор и Элен остались в каюте пилота, а Танг и Мэйхью вышли наружу, чтобы, как неосмотрительно выразился Танг, «взглянуть, что тут можно сделать». Майлз сидел, нервно покусывая пальцы, стараясь не подпрыгивать при каждом звуке, издаваемом роботами, грузившими продовольствие для наемников. Четкий профиль Элен оставался совершенно спокойным. Какой все-таки она стала теперь?
Сможет ли он остаться к ней равнодушным? Эта новая Элен так уверена в себе и невозмутима; прежняя молчаливость покинула ее — она сама вступает в разговор и ведет его на равных с мужчинами. Но Майлз чувствовал с прежней остротой восприятия (ведь он любил ее много лет) — что-то не так. Во всем, что она говорит, даже во взгляде, в жестах, появилась горечь, которой не было раньше. И эта горечь причиняла ему боль.
— У тебя все нормально? — помедлив, спросил он. — Я, разумеется, не имею в виду теперешнюю ситуацию с Оссером. Танг был хорошим командиром? Он обещал научить тебя всему, что узнавал я в классных комнатах…
— Да, он отличный наставник. Напичкал меня до предела военной информацией — тактикой, историей… Я стала спецом по боевому десантированию: тыловое обеспечение, ориентирование на местности, атака, отступление, даже взлет и посадка катера, если вы не против нескольких толчков. Кажется, меня можно назвать профессионалом — во всяком случае в масштабах флотилии… Да, Танг любит учить.
— Мне показалось, у вас с ним непростые отношения.
Элен вскинула голову.
— Сейчас все отношения непростые. От неразберихи в верхах некуда деться. Хотя… я так и не простила Тангу, что он не оправдал моих ожиданий. Я рассчитывала на него.
— Что ж, с надежностью всегда проблемы. А сейчас тем более, — Майлз чувствовал себя неловко. — Ну… а как Баз?
— Ничего, — ответила Элен спокойно, но не слишком радостно. — Только он растерян. Вся эта мышиная возня, борьба за власть чужда ему, даже противна. В душе он технарь: дайте ему работу — и он сделает ее на совесть… Танг намекал тут, что, отложи Баз технику, он возглавил бы оппозицию Оссеру, но я думаю, получилось бы как раз наоборот. Он не чета Оссеру: тактика ударов в спину — это не для База. Поэтому он и ушел с головой в технику — там с моралью все в порядке. Хотя, может быть, его поглощенность механизмами отдает фанатизмом. Дрязги, увы, сказываются на душевном равновесии.