Шрифт:
1
— Мама, я тебе говорила же, это просто вечеринка… Не стоит во всем искать скрытый смысл…
Я слушаю мамины возражения о том, что Хэллоуин — суть извращение христианских традиций и прямой удар по феминизму, и еще что-то, еще, еще, еще, и едва сдерживаюсь, чтоб не закатить глаза, словно подросток.
Все же мама иногда в своем стремлении подарить всем женщинам этого мира свободу и равенство полов, перегибает палку и ищет ведьм там, где их нет…
Хотя…
Тут я смотрю в зеркало,
На этом черном фоне идеально смотрятся разбросанные по спине в продуманном беспорядке рыжие волосы.
Вообще-то, я — блондинка, но у нас же Хэллоуин… И вечеринка. И я буду в образе ведьмы. А ведьмы не могут быть блондинками, потому мой стилист на сегодняшний вечер превратил меня в очаровательную рыжую ведьмочку.
На макушке игриво сидит маленькая шляпка с вуалеткой, ничего, естественно, не прикрывающей. Это просто для фана.
Для таинственности и некоторой анонимности у меня имеется полумаска. Кружевная, конечно же. В секс-шопе приобрела когда-то давно, да так и не случилось воспользоваться…
Вот сегодня и размочу счет, а то как-то все очень грустно в последние полгода… Безрадостно. Надо это прекращать уже.
Смотрю на себя в зеркало, не узнавая в этой рыжей длинноногой стервочке-ведьмочке привычную спокойную Лауру.
Словно другой человек смотрит на меня из зазеркалья.
И это мне кажется добрым предзнаменованием…
— Мам, просто пожелай мне хорошего вечера, — прерываю я поток маминых рассуждений.
— Ох… Хорошо, малышка моя, желаю тебе хорошо повеселиться. Оторвись там. И забудь обо всем.
Последнее пожелание очень актуально, и я, попрощавшись с мамой, кладу трубку и еще разочек осматриваю себя в зеркале.
За окном слышен взрыв смеха, это мимо дома, где я снимаю квартиру, движутся в центр города толпы народа, такого же разодетого, как и я.
Праздник же. Канун Дня Всех Святых. Хэллоуин.
В этот день принято переодеваться в нечистую силу и веселиться на полную катушку.
А я… Давно я что-то не веселилась… Все повода не было.
Задумываюсь, с каких пор мне нужен повод, чтоб повеселиться?
Раньше-то, на первых курсах универа… Ох, как я развлекалась! Ни одного уикэнда не проходило без вечеринок! А лето? Лето — это же целая другая вселенная!
Ибица, молодежная тусня, ребята со всех стран, веселые, отчаянные, искрящиеся, танцы до утра, до безумия, секс тоже до утра, до безумия.
Я думала, что так всегда будет…
Я играла, легкая и веселая.
Я доигралась.
Закрываю глаза, невольно вспоминая причину своего , вот уже полугодичного состояния, когда не хочется играть. Ничего не хочется. Только сбежать, скрыться…
Если бы я знала, что бывает так… Если бы я знала, что будет так… Я бы никогда на свете не подошла к нему. Никогда не посмотрела, не согласилась бы ни на что!
Но легкость в отношениях развращает. Тебе кажется, что так будет всегда. Что ты будешь идти по этой жизни весело, легко встречаясь, легко расставаясь… Что ты никогда не будешь задумывааться о будущем…
А потом…
Он смотрел на меня так, словно я уже принадлежала ему. Нагло, с уверенностью восточного падишаха, которому привезли очередную наложницу. И его задача — лишь ткнуть лениво пальцем, подзывая ту, что понравилась больше других… Меня это взбесило тогда, полгода назад. Захотелось показать этому зарвавшемуся иностранцу, что здесь не его восточная родина. А я — не бессловесная женщина, к которым он привык там, у себя…
Показала.
Всем показала.
Особенно, себе показала.
2
— Лаура, ты — как всегда!
Рик, парень с моей работы, легко узнаваемый в наряде вампира, восхищенно осматривает меня с ног до головы, особенно долго тормозя взгляд на груди и губах, неярких, но блестящих. Самое то, что нужно для того, чтоб тебя заметили.
— Как всегда ведьма? — привычно кокетничаю я, проходя мимо него в полумрак ночного клуба.
— Как всегда восхитительна… Тебе идет…
— Спасибо…
В клубе оглушает тяжелая, мрачноватая музыка. Интересно, это почему так? Поддерживаем атмосферу?
Прищуриваюсь, выглядывая среди танцующей нечисти знакомые лица, и не нахожу. Здесь должны быть другие мои коллеги, кроме Рика, мы договаривались оторваться по полной программе.
— А как тебе мой костюм? — снова лезет под руку Рик, и я рассеянно шучу:
— А ты разве в костюме? Вроде, как обычно выглядишь…
— Вот ты… — смеется он, но глаза как-то опасно блестят.
Обиделся?
Ну и пусть.
Мне сейчас категорически не до его обидок. Я хочу развлечься, оторваться, вспомнить себя, совсем недавнюю, всего полгода назад, но иногда кажется, что эти полгода растянулись на века.
Интересно, а он вспоминает?
Так.
Встряхиваюсь, прогоняя непрошенные образы и ненужные воспоминания. Не интересно. Не интересно мне!
Все!
Ступаю на танцпол, решив сразу отвлечься, улететь в музыке, забыть обо всем на свете.
Музыка, сначала показавшаяся тяжелой, мучительной даже, бьет по голове мягким пыльным мешком, обволакивает, подстраивает движения под мои нужды.