Игра на раздевание 2

Бетт Лиза

– Да, просто небольшая простуда. Все хорошо. Спасибо за информацию, – отзываюсь скупо и кладу трубку, не позволяя себе ляпнуть лишнего.

Дмитрий Власов преуспевающий юрист, которому я помогла открыть свою собственную фирму. Клиенты налетели на него как пчелы на мед, и теперь его фамилия одна из тех, что на слуху в наших кругах. Дима считает, что обязан мне всем, а я просто плачу ему за информацию. И никак не могу признаться себе, что он мне нравится.

Скромный невысокий тощий очкарик чем-то зацепил

меня, но я не даю волю чувствам. Они все осложнят. К чему портить такие прекрасные деловые отношения, когда можно оставаться в рамках? Такой подход не подводил меня уже четыре года.

Занимаю рабочее кресло, беру в руки стакан аспирина. Таблетки уже растворились, и я залпом осушаю его, впервые за неделю чувствуя, что хочу улыбнуться.

Дима справился о моем здоровье.

Глава 2

– Папа, мама, это Глеб, я вам о нем рассказывала, – Тея лучится улыбкой и поворачивается ко мне, кивая на родителей. – Алексей Алексеевич и Алевтина Александровна.

Тяну руку, ее отец пожимает и на долю секунды в его взгляде мелькает предупреждение. Выдерживаю его тяжелый на эти секунды взгляд, и тот мгновенно светлеет.

– Рад наконец познакомиться с вами, Глеб, – ее отец отзывается, и атмосфера разряжается.

– Тея говорила, вы занимаетесь бизнесом? Каким именно? – ее мать галантно подставляет руку для поцелуя. Я приветствую ее, отвечая на ее вопрос.

– Строительством, – легонько подтягиваю Тею к себе. Она охотно поддается, ее кисти обвивают мой торс как лоза. – Строим здания, перепродаем, опять строим.

– Строительство нынче дело недешевое, – отзывается Алексей. – Я слышал, что материалы взлетели до небес.

– Приходится быть в постоянном поиске новых поставщиков, – чувствую, как рука Теи заскользила с моей талии ниже, и прочищаю горло, очень надеясь, что она не собирается лапать мой зад сейчас во время этой милой семейной беседы.

– Давайте продолжим за столом, ужин уже подан, – хозяйка дома командует, и мы вчетвером направляемся в столовую. Родители идут впереди, а я чуть отстаю и красноречиво смотрю на Теону, но та лишь лукаво улыбается в ответ. Стервозная бестия, у которой на уме одна ебля. И никаких рамок.

– Присаживайтесь, Глеб, – хозяйка дома приглашает меня к столу, как только мы оказываемся в столовой. Она у них почти такая же огромная, как и в моем доме, разница лишь в дизайне. Тут он более вычурный. Как свадебный торт. Видимо Алевтина любит всего и побольше. – Теона сказала, вы познакомились в Англии.

Мы расселись. Хозяин и хозяйка дома заняли места во главе стола, а мы сели друг напротив друга и я снова прокашлялся, когда ощутил, как мысок Теиной туфли скользит к моему паху. Чертов узкий стол.

– Да, это так, – бросаю предостерегающий взгляд на девушку напротив и с улыбкой давлю

ее. – Милая, расскажи, как мы познакомились.

Тея садится прямее, давление на пах растворяется и моя горе-девушка начинает свой рассказ.

– Мы с девочками решили отметить окончание семестра, и пошли в шоколадницу, – начинает, и я пытаюсь определить, какая степень пиздежа из ее уст будет выглядеть правдивой. Пока родители не чувствуют подвоха. И не догадываются, что их доча напивалась в клубе Б-52, а никак не какао в шоколаднице. – А Глеб зашел туда… Зачем ты туда зашел?

Обращается ко мне, и я размышляю, поверят ли ее родители мне.

– Кофе выпить, – жму плечами. Кажется верят.

– Да, и я сделала заказ, но мне по ошибке принесли его чашку, а ему мой горячий шоколад. И в общем…

Надо же, она еще и творчески к этой лжи подошла.

– Как мило! – мать всплескивает руками и улыбается. – Правда мило, Лёш?

Отец снисходительно кивает головой. Её мать и правда такая дура, или прикидывается?

– А потом Глеб предложил меня угостить и мы проболтали до вечера, – Тея зарывается в свою ложь все глубже, а я думаю, почему именно шоколадница?

Почему не сказать напрямую: мы с подругами напились в баре и мужчины с соседнего столика предложили нам к ним пересесть. Но так как мест было в обрез, я прыгнула прямиком на колени к Глебу, а этим же вечером еблась с ним в его спальне. Единственное, что не вписывалось в эту картину, это девственность, с которой той же ночью Тея рассталась. Сам в ахуе был.

– Сколько вам лет, Глеб? – бесцеремонно спрашивает отец Теи, и я улыбаюсь возмутившейся этим вопросом Алевтине, и удовлетворяю его любопытство.

– Тридцать девять.

– Тея младше вас на шестнадцать лет, – он продолжает, подчеркивая очевидное. – Моя дочь еще не закончила Оксфорд, а впереди у нее выпускные экзамены и практика в коллегии юристов.

Передо мной ставят блюдо с горячим, я отклоняюсь на спинку стула, размышляя, к чему он это говорит.

– У Глеба есть квартира в Лондоне. Он будет жить там, пока я учусь. А выходные мы будем проводить вместе, – отзывается Тея, и отец тушуется под давящими намеками дочки. – И разница в возрасте – это ерунда. Ты сам старше мамы на шесть лет, и что?

– А вы слышали, что сьемки нового Бонда пройдут в Англии, неподалеку от Оксфорда? – мать Теи либо дурочка, либо самый гениальный дипломат в мире. – Тея, ты возможно увидишь Дениела Крейга вживую.

– Но мам, разве Крейг будет новым бондом? Он же погиб в прошлой части.

– Ты разве не знаешь этих бондов? Они же вечно мрут, а потом их воскрешают…

Дамы начинают болтать о своем, а отец Теи обращается ко мне негромко.

– Вы курите Глеб? – спрашивает, и я киваю. – Тогда может, раскурим по одной на балконе?