Игра в сенет
Шрифт:
3
На этот раз девушка очнулась в просторном зале. Откуда-то сверху в помещение тек лунный свет. Стояла глубокая ночь. Клео попыталась встать на ноги, но воли и сил у нее хватило лишь на то, чтобы подняться на колени. Возле того места на полу, где все это время покоилась ее голова, осталась небольшая темно-алая лужица крови. Клео осторожно коснулась своей раны. Та отозвалась острой болью,
Прямо над ней склонился неизвестный человек, с неподдельным любопытством изучавший испуганную Клео. Он был гораздо выше ее и смуглей, а гордо развернутые плечи и неестественно ровная, как столб, спина придавали ему стать и величие царя.
«Кто ты?» – произнес он на древнем языке, оглушив своим могучим голосом несчастную девушку. Та, закрыв уши ладонями и зажмурив глаза, пыталась прогнать это, как она думала, видение, рожденное ее больным рассудком. «Я умираю! Я умираю! – громко шептала Клео. – Проклятая пирамида! Проклятый фараон! У меня уже начались галлюцинации!» Тогда «видение», которое, как оказалось, не только умело говорить, но и обладало недюжей силой, схватило ее крепко за кисть и насильно подняло на ноги, поставив перед собой.
Тут на лицо этого неизвестного человека упал щедрый лунный луч, и Клео увидела перед собой человека, словно сошедшего с древних, истертых многими тысячелетиями настенных рисунков. Его голову украшали корона Верхнего и Нижнего Египта, полосатый сине-золотой платок, немес, и урей-кобра – знак богини Уаджит, а на подбородке была подвязанная бородка, символ мужской силы фараона. Изумленная Клео перевела взор на его плечи и грудь. Почти всю ее верхнюю часть покрывало широкое тяжелое ожерелье-ускх, украшенный скарабеями. Из одежды на нем был только схенти, набедренная повязка, изящно обхватывающая фигуру. На руках и ногах блестело множество драгоценных браслетов.
Тут девушку поразила абсурдная догадка. Она вновь посмотрела на лицо незнакомца. Его подведенные темной линией глаза выражали нетерпение. С подкрашенных порошком из толченного галенита губ вот-вот готовились слететь гневные слова.
«Говори, несносный раб! – закричал он. – Тебе приказывает сын Ра!» – при этом «сын Ра» грубо встряхнул Клео, отчего та чуть снова
«Я – небтауи («Повелитель обеих земель») – Канакт Каемвасет («Могущественный Бык») Вахнеситмиреемпет («Подобный Ра в небесах») Секемпаптидседжеркав («Сильнейший из сильных») Менкеперре («Бог Двух Земель») Неферкеперу («Наипрекраснейший»)», – с достоинством произнес фараон все свои пять имен. «А как тебя звали за игрой твои друзья, когда вы были маленькие и не придавали еще титулам большого значения, или как тебя кликала твоя нянька, когда ты слишком близко подходил к берегу Нила, еще плохо державшись на ногах?» – поинтересовалась девушка. «Тутмос», – на мгновение задумавшись, ответил он.
«Да! Ты – это именно ты! – радостно всплеснула руками Клео. – Ты – Тутмос! Тутмос Третий! Но как?! – тут же лицо девушки приняло серьезный вид. – Тебе же больше трех тысяч лет». – Она заглянула ему за спину. Позади древнеегипетского царя стоял открытый саркофаг.
Тут же в голове Клео помутнело. Удивление и испуг ненадолго одолели голод и жажду. Вновь вернувшись, они напали на бедную девушку с удвоенной яростью. Прижав ладонь ко лбу, она отвернулась от ожившего древнеегипетского царя, силясь удержаться на ослабших после длинного и изнурительного пути по пустыни ногах.
Клео уже подумала, что умирает, но вдруг внезапно ощутила, как ее губ коснулось что-то холодное. Она приоткрыла глаза и увидела, что Тутмос протягивает ей небольшой сосуд, до краев полный свежей и чистой воды. Не задумываясь, девушка осушила его, не оставив и капли. С живительной прохладой в ее тело проникли и новые силы. Теперь удовлетворения требовал лишь голод. Прочтя это в ее взгляде, фараон красивой рукой указал ей на проход, ведущий в соседнее помещение. Там Клео обнаружила стол, на котором еле-еле умещались все украшавшие его блюда с разнообразнейшими яствами. Не попробовав и двадцатой части всего приготовленного, она утолила и свой дикий голод.
Конец ознакомительного фрагмента.