Игра
Шрифт:
– Считаю, но у всех свои преимущества. И их я считаю нашей сильной стороной.
– А кого же слабой?
– хитро посмотрел в глаза, распутывая ногу.
– Женю. От него никогда не знаешь чего ожидать.
– Хм, - опустил взгляд.
– Как по мне, Денис не лучше, - перешёл на вторую конечность.
– Просто он с тобой справиться не может, вот ты и считаешь его слабым. На самом деле, ему иногда сносит крышу, в попытках доказать нам, какой он незаменимый.
– И зачем? Так в команде хочет остаться?
– выровнялся, начав скручивать
– Нет, там другая причина, - поднялся и отставил стул назад, потянулся.
– Хочет впечатлить кого-то?
– Ага, - кивнул.
– Хах! Интересно кого.
– Если я скажу, - посмотрел на него, положив руки на талию, - ты не поверишь.
– Хах! Да мне интересно. Он же может клеится к кому угодно.
– Вот когда он сам признается всем - тогда и узнаешь, - подошёл к полке, взял очки и надел.
– Хах, ладно, - скрутил верёвку и вручил ему.
– Надеюсь, в этом году будет не хуже предыдущего.
– Если будут свирепые - нам точно будет весело.
– Что за свирепые?
– спросила Майя.
– Оо...
– повернулся к ней Никита.
Антон начал собирать все банки с полки.
– Ты их услышишь, а может и увидишь. Это две такие псины...
Знакомый толкнул его предплечьями, держа в объятиях все бутылки. Никита вышел и отошёл в сторону, продолжая рассказывать:
– Что разорвут на части без вопросов. Они накидываются только один раз, после разрывают на части как бешеные.
– И как с ними справляться?
Антон расставлял всё на поднос.
– У нас там своя техника. Но каждую из псин нам нужно успокаивать всем вместе.
– Как раз, - начал знакомый, - пока они этим занимаются, - взял поднос, - их можно всех переловить.
– Ага, - скептически посмотрел на него.
– Интересно как ты это будешь делать, если эта тварь зубастая и на тебя напасть может?
– Вырублю её.
– Я с радостью посмотрю на это. Там же каждая силой как ты.
– Но Нильс же с ними как-то справляется.
– Мне вообще интересно как он их кормит, - сложил руки на груди.
– Или он конечности отращивать может или у него в лаборатории каждую неделю минус лаборант.
– Не думаю, что он их там держит.
– Да мне самому интересно. Спроси у него.
– Спрошу, - пожал плечами и направился к двери, - но потом. Откройте мне.
Никита подошёл и открыл нараспашку, повесил верёвку на место, взглянул на Майю:
– Это наш зал, давай на выход.
Та направилась сразу за недавним знакомым. Никита тоже вышел, прикрыв за собой. Примерно в это время послышался щелчок входной двери. Антон, лишь услышав это, мгновенно оказался на несколько метров впереди, очутившись уже на територии их команды. Данное удивило Майю. Никита просто следил за входом. Довольно скоро, на ковровой дорожке, перед выходом, показалось солнце, кто-то зашёл и оно сразу пропало. Все посмотрели на лестницу, любопытствуя кто же там. Оттуда же спрыгнул весёлый Денис, что всё ещё был в жёлтой мастерке с белыми полосами, штанах карго и с чёрным рюкзаком
– Стой!
Ден же бросил рюкзак вперёд и на пол, дав ему приземлиться почти у стены и прыгнул на своего приятеля:
– Никитос!
– крепко обнял за шею, упираясь ступнями в дверь.
– Воу!
– взял его за локти и убрал руки с тела.
– Отстань!
– Та ладно тебе!
– спрыгнул на пол и резво обернулся.
– Антоха!
– развёл руками.
– Иди в жопу!
– боязно откликнулся тот и обнял все бутылки, прижимая к себе.
– В твою, красавчик?
– подмигнул ему, поставив кулаки на бёдра.
Знакомый вздрогнул:
– Не трогай меня, псих!
– с нечеловеческой скоростью попятился назад, ударился спиной о стену, прижимаясь к ней, открыл свою дверь и скрылся.
Денис взглянул на новенькую:
– Привет, - весело кивнул ей.
– Привет, - практически без эмоций ответила та.
– Эй!
– радостно направился к ней.
– Чего такая хмурая?
– подошёл.
– С чего ты взял, что я хмурая?
– Хорошо, - упёрся ладонями в колени и нагнулся, став лицами на одном уровне.
– Почему невесёлая?
– поцеловал в щёку, продолжая широко улыбаться.
– Не целуй меня.
– Почему?
– поцеловал в другую щёку.
– Мне не нравится.
– Давай любить друг друга!
– выровнялся, крепко обнял её и поднял над землёй, радостно покручиваясь на месте с закрытыми глазами.
– Нет, - спокойно выдала Майя и превратилась, став чёрным, газообразным духом, с белыми светящимися глазами.
В таком виде она спокойно прошла сквозь его руки, спустилась на землю и приобрела первоначальный вид. Денис озадачился, взглянув на её перемещение.
– Я не хочу обниматься. И не надо меня любить.
– Всех надо любить!
– подбежал к ней, снова крепко обнял, поднял над землёй и начал исцеловывать всё лицо.
– Да что ты пристал к ней?
– послышалось из-за спины.
– Я любовь показываю!
– продолжал радостно её целовать.
– Мне 15 лет, - спокойно выдала та, прикрывая глаза от поцелуев.
– И что?
– весело посмотрел на неё.
– Я же не в губы, - поцеловал нос.
– Давай! Улыбнись!
– радостно потряс её из стороны в сторону.
– Я не хочу.
– Мм, - выкатил губу.
– Какая ты угрюмая. Не будь угрюмой, - снова начал исцеловывать с широкой улыбкой на лице.
Какое-то время Майя терпела, а после, сказала:
– Остановись.
– Не-а! Только когда улыбнёшься.
– Я не хочу улыбаться, - превратилась, удалилась в таком виде на пару шагов, спустилась на пол и вернула человеческий облик.
– Не трогай меня, - повернулась и зашла к себе в комнату.
Денис озадаченно обернулся, всё ещё держа руки как в объятиях и посмотрел на друга: