Игра
Шрифт:
— Не думайте, что ваш ответ оттолкнет меня, каким бы он ни был. Вы ищете богатства? Или хотите отомстить опекуну? Желаете дать отпор его попыткам навязать вам свою волю? Впрочем, возможно, вам просто необходима эта борьба для самоутверждения?
Сабрина закрыла глаза и спросила, стараясь казаться спокойной:
— Почему вы ищете во всех моих устремлениях что-то гадкое и недостойное?
— Потому что, — зашептал он ей в самое ухо, — жизнь сама по себе — отвратительная штука, а мотивы, побуждающие
Сабрина отрицательно покачала головой:
— Возможно, все это так. Но не в случае с моим братом. Черный Джек отступил назад. Расстояние между ними увеличилось, а начавшая было возникать интимность исчезла.
— Откуда столь горячее и внезапное участие к родственнику? — усмехнулся Черный Джек. — До сегодняшнего дня вы беззаботно развлекались в Бате среди поклонников графини Лавлейс и ее карточных партнеров. Кстати, и те и другие обожают сплетни.
Глаза Сабрины стали круглыми от изумления.
— Откуда вам это известно?!
— Попросите фокусника раскрыть вам тайны его искусства.
— Вы наводили обо мне справки!
— Я делал куда больше: внимательно следил за вами. За каждым вашим шагом. Был вашей тенью в течение последних недель, почти ни на шаг не отставая.
Он сказал это таким небрежным тоном, что Сабрину затрясло от страха.
— Тогда почему вы ни разу и ничем себя не проявили?
— А вы думаете, что я этого не делал?
По мере того как Черный Джек говорил, тон и тембр его голоса казались Сабрине все более знакомыми.
— Наверное, гордость не позволяла вам меня замечать, — снова усмехнулся он.
Нет, этого не может быть!.. Но голос очень похож на… Нет, невероятно!.. Или все же…
— Дарлингтон! — непроизвольно вырвалось у нее.
— Пошевелите дрова в камине, мисс. Тогда станет лучше видно.
Сабрина почти машинально взяла кочергу. Еще не тронутое огнем полено ярко вспыхнуло и освети-ло комнату. Человек в маске сделал шаг вперед, чтобы свет упал на него. Сабрина подняла голову и… осталась стоять неподвижно с кочергой в руке.
Человек в маске был одет в костюм для верховой езды. На ногах блестели отменно начищенные сапоги со шпорами. Волосы отливали золотом при мерцающем свете камина.
Острый приступ разочарования поразил Сабрину в самое сердце. Она чувствовала, что вот-вот разрыдается, и пыталась сдержать слезы.
— Негодяй! Вам, видно, доставляет удовольствие делать из меня посмешище!
— Нет. Я просто подумал, что пришло время вам узнать, кто на самом деле тот человек, которого вы встретили несколько недель назад на дороге и приняли за Черного Джека.
— Вы хотите, чтобы я поверила, будто…
— Совершенно верно!
Дарлингтон вышел на середину комнаты. При свете камина он выглядел
— Я украл кое-какое количество фунтов у вашей экономки. Ведь именно ею была та женщина, которая сопровождала вас в поездке?
— Нет, я вам не верю!
Дарлингтон стоял на расстоянии вытянутой руки. На лице его играла довольная улыбка.
— Прикажете вас еще раз поцеловать? — издевательским тоном сказал он. — Может быть, это кое-что вам напомнит. Хотя я готов признать, что все события той ночи гораздо глубже врезались в мою память, чем в вашу.
У Сабрины от неожиданности и изумления приоткрылся рот, но она не могла произнести ни слова. Неужели этот человек говорит правду? Мог ли Джек Дарлингтон, английский лорд, ограбить карету, в которой она ехала? И почему он это сделал?
— Почему? — повторила она свой вопрос вслух.
— Желаете знать, почему я решил вас ограбить? Извольте! Причина достаточно обыденна. Но именно она подчас толкает человека на грабеж. Мне срочно понадобились деньги, которых не было. Вот и весь секрет!
— Но вы ведь виконт! И получили в наследство обширные владения.
— Не такие уж обширные. Наследство тоже не столь уж богатое. Если говорить начистоту, то все это очень печальная, хотя и романтичная история. Возможно, она найдет отзвук в вашей нежной душе и добром сердце.
До прошлого года я был отверженным сыном безумца. Брошенный и лишенный средств к существованию, я жил на острове, где единственным развлечением для человека в моем положении были пьянство и игра в карты. Совершенно неожиданно на меня свалилось наследство вместе с титулом. Так перед смертью распорядился мой горе-отец…
Но старые привычки умирают очень медленно. Деньги безумного родителя отягощали мои карманы. Поэтому я решил жить в новом качестве так, как считал удобным для себя. И увы, очень в этом преуспел. От одного дня получения ренты я едва дотягивал до следующего. Порой у меня в кармане не оставалось ни фартинга. Я превращался в самого настоящего нищего и влачил полуголодное существование.
В словах Дарлингтона и тоне, которым он говорил, Сабрина почувствовала горькую правду.
— С вашей стороны так вести себя было по меньшей мере неразумно! — сказала она.
— Вот именно! Это урок, который я никогда не повторю в будущем! Что ж, дорогая, вот вы и узнали все мои тайны.
— Итак, вы и есть Черный Джек — гроза больших дорог?
— За всю свою жизнь я ограбил всего одну карету. Вашу!
— Но если Черный Джек — это вы, то кто сейчас сидит в тюрьме Бата?
— Уже никто. Я освободил несчастного узника, как вы и просили.
— Что?! — воскликнула Сабрина, изумленная и даже шокированная этим признанием. — Но я просила освободить настоящего бандита!