Игра
Шрифт:
— Правда, что один из охотников — твой бывший? — Катя со спокойным интересом подняла на меня прямой насмешливый взгляд.
На мгновение захотелось придушить её… Или поговорить всё-таки с Костей…
Я вернула ей циничный снисходительный взгляд, усмехаясь уголками губ. Зачем-то уточнила:
— Муж бывший.
Она не опустила глаза, с улыбкой в тон ответила:
— Весело у вас в семье, ничего не скажешь…
— Угу, бывает, — я закусила губу, чтобы сдержать смех.
Наверное, будь она постарше, мы вполне могли бы подружиться. Ибо с такими
— Девочки, пойдёмте уже посмотрим, а… — Маша постучала пяткой по полу, косясь на дверь. — Пока они там реально друг друга не поубивали…
— Ой, иди, — Катя с раздражением пожала плечами. — Я Максу под горячую руку попадаться больше не хочу.
Она демонстративно поболтала содержимым бутылочки, развернулась к смежной комнате, из которой вышла пять минут назад, скрылась в проёме. Блять, интересно, что бы сказал Костя на её умение вилять задницей…
— Я тоже не пойду, — я присела на край скамейки, смакуя свой чай. — Пусть сначала окончательно успокоятся, поговорят… Я вот Косте тоже попадаться не хочу в неподходящий момент.
Маша распахнула глаза.
— Ин, это… он тебя?.. — она указала взглядом на мою разбитую губу.
— Угу, — я откинулась к спиной к стене, пытаясь украдкой рассмотреть комнату, в которой скрылась Катя, но белобрысая девчонка внезапно снова появилась на пороге, и я поспешно отвернулась.
— За что, Ин? — Маша смотрела на меня с неподдельной жалостью.
— Гулять ходила без разрешения, — я беззаботно усмехнулась, не желая зря пугать девушку.
— Костя правда переживал, Ин, — неожиданно за Костика вступилась Ленка. — Мы вообще думали, что он тебя убьёт, когда найдёт…
Я только вздохнула, скептически поднимая брови и разводя руками. Я знаю, что переживал… Его, конечно, это ни разу не оправдывает, но мне, чёрт побери, приятно, когда он так бесится…
Ленка с Машей действительно вышли из комнаты.
Я с вялым интересом разглядывала подставку, на которой Маша грела старую алюминиевую кастрюльку с водой — наверняка они вытащили эту конструкцию из какого-то химического кабинета, где на подобных железных опорах подогревались какие-нибудь реактивы для опытов. Только переделали под собственные нужды, оторвав крепление для сухого горючего и засунув простейшее металлическое устройство в глубокий железный таз, почерневший от копоти. Так себе идея — дымит, наверное, жутко, когда в нём горят дрова, но по сути удобно…
Катя больше не высовывалась из смежного крошечного помещения. Но это и к лучшему — больно дурацкое чувство она у меня вызывает…
Девчонки вернулись буквально через минуту. Судя по выражению их сконфуженных лиц и доносившейся из коридора ругани, девушек просто послали, и совсем невежливо, похоже… Впрочем, неудивительно. Я бы тоже послала любого, кто лезет со своим неуместным беспокойством в неподходящий момент, да.
Маша неторопливо убрала бутылочки на подоконник, освобождая место. Осторожно прикрыла распахнутую деревянную оконную раму, в которой сохранились относительно целые куски стёкол, прислонилась
— Скоро темнеть начнёт, — в её тихом голосе послышалась такая тоска, что невольно запершило в горле…
Однако память тут же услужливо подкинула сцену у токарного цеха, и я бросила на девушку пристальный взгляд — неужели скучает по своему охотнику?! Может, у них свиданка назначена? Я могла бы напроситься с ней и умаслить этого Сергея передать что-нибудь Артёму…
— Домой хочется… — Маша уткнулась лбом в стекло.
Сердце зашлось от тоски, звучавшей в её обречённых словах… Вашу мать, лучше бы она и правда об охотниках думала!
— Маш, не нагоняй опять! — из-за стены послышался недовольный окрик Кати. — Всем тошно, но все молчат.
Маша только вздохнула, опуская голову…
Дверь неожиданно распахнулась. В проёме остановился Макс…
— Ну чего сидим? Все распорядок знают? Или повторить для особо тупых? — он сплюнул на пол, упирая руки в бока и сверля злобным взглядом Машу. — В общий зал, быстро!
А ему в драке неплохо досталось…
— Ну оглохли все что ли?! — он почти заорал в наступившей тишине.
Я с брезгливым недоумением скользнула взглядом по разорванному на мужском плече худи, подняла глаза в лицо Макса, пылающее сдерживаемой яростью. С каким-то холодным безразличием отметила наливающиеся цветом синяки на скулах и веках, тонкую струйку крови из носа, распухшую губу…
Интересно, как там Костик? Надеюсь, хоть немного лучше, ибо мне с ним ещё трахаться, и совсем не хочется при этом испытывать такое же отвращение, как после его памятного возвращения…
— Вы же сами нас прогнали… — Маша обиженно захлопала ресницами.
— Давай, не умничай! — Максик, похоже, с трудом держал себя в руках, плюясь словами от бешенства. — Забирай подруг и вперёд!
— Сейчас придём, — Машка подняла дрожавший подбородок, оборачиваясь на нас. — Поднимайтесь, девочки…
Макс напоследок брезгливо осмотрел нашу компанию, скрылся за стеной…
Неприятное чувство. Будто мы в гостях, но нас тут совершенно не ждали и не рады нашему приезду. Впрочем, чему удивляться? Так и есть по сути… Это только в общих чертах мы все — жертвы, а на деле… На деле каждый сам за себя, Костя прав. И устав этого монастыря, точнее тюремной камеры, лично для меня кажется просто изуверским…
— Придурок, блять, — Катя, появившаяся из подсобки, бросила угрюмый взгляд на полуоткрытую дверь, за которой скрылся Максим. — Как же он достал…
Я поднялась со скамейки, ощущая себя солдатом в строю. Потащилась за девчонками в коридор…
Общий зал представлял собой огромное угловое помещение с большими окнами. Крашенные той же синей краской стены, склад каких-то тазов и чанов в углу… Здесь, по всей видимости, когда-то сушили бельё, ибо и сейчас на высоте вытянутой руки под потолком висела натянутая тонкая проволока и обрывки капроновых верёвок.