Игрок
Шрифт:
– Дашенька, но ты же не двужильная. И...
– она повела рукой вокруг себя и как-то сконфуженно пожала плечами.
А Даше уже в который раз за сегодня стало больно.
Да, она знала, что сейчас мучает маму, о чем та не решается говорить. Как раз незадолго до смерти папа взял большой кредит на развитие бизнеса и ипотеку. Думал, им подарок на свадьбу - квартиру. А вышло - инфаркт - и все, папы не стало.
Бизнес им с мамой удержать не удалось, фирма обанкротилась, кое-как смогли погасить кредит и раздать крупные долги, правда, пришлось срочно продать много чего.
Все разом свалилось на Дашины плечи.
И именно тогда Тимур от нее отказался. Собственно, в тот момент она от слез света белого не видела, какая уж тут свадьба. Сначала свадьбу отложили из-за похорон, а потом жених как-то так незаметно слился, а вместе с ним исчезли из их жизни и все его дружки.
Теперь Даша понимала, нафиг Тимуру нужно было взваливать на себя чужие проблемы. И невеста ему другая нашлась на удивление быстро, женился, пары месяцев не прошло. Даже ее скудного житейского опыта хватило понять, что он, скорее всего, встречался с обеими. Спал с Дашей, красивые слова говорил о любви, цветы дарил. И при этом успевал на два фронта.
Гадко и унизительно. Ее передергивало при мысли о том, что он был с кем-то, а потом приходил к ней. Но все же лучше так, чем узнать об этом потом, когда они были бы глубоко женаты.
Ну а что Даша на тот момент уже была беременна, так теперь свободный мир. К тому же, он не отказывался помогать деньгами. Если это его ребенок. Если сможет и когда сможет.
Она бы умерла, но не взяла у него ни копейки.
В декрет уходила из института, успела-таки получить и декрет, и диплом. Просто... К сожалению, Даша оказалась тогда слишком молода и не готова к жизни. Наверное, потому все так со скрипом и шло. Но это ничего, надо думать о хорошем, любой опыт идет в актив, даже негативный.
– Мама, я справлюсь. И зря ты беспокоила этого Рудика, - проговорила она и хотела встать.
– Подожди, девочка моя, ты же не дослушала!
– воскликнула мама.
– Речь совсем о другом.
Хотелось уйти, но Даша все же задержалась.
– Мы просто поговорили, - оправдывалась мама.
– Даже не я начала про работу. Он сам.
Сам? Это уже интересно, Даша замерла, сцепив руки в замок.
– Это он первый заговорил о том, что одному его хорошему знакомому в фирму требуется человек, который займется делопроизводством и бухгалтерией, - продолжила мама.
Хорошему? Не ассоциировались у Даши друзья бывшего жениха ни с чем хорошим. Она скептически поморщилась, а мать пояснила:
– Просто, у этого знакомого раньше сестра всем занималась, а теперь сестра внезапно вышла замуж. Слово за слово, ну и вот... Вот, - и протянула Даше бумажку, на которой был записан телефон и имя.
– Девочка моя, может, попробуешь?
Бумажка, конечно, не кусалась, но Даша почему-то взяла ее с опаской.
Имя,
Сложила листочек вдвое и положила в карман. Мама все это время следила за ней, затаив дыхание.
– Хорошо, я попробую, - проговорила Даша.
– Но сначала нужно разобраться.
– Да. Да, конечно. Да, - засуетилась мама, проводя ладонью по волосам.
– Конечно.
В ее голосе читалось и облегчение, и неимоверная усталость. Даше вдруг стало стыдно.
– Давай спать, - сказала она и обняла мать.
– А ты?
– А я тут приберусь и тоже.
Потом поняла, чего именно мама от нее ждет, и добавила:
– Я попробую. Завтра.
Оставшись одна, Даша нахмурилась. Растревоженные разговором мысли надо было как-то привести в порядок. Она быстро собрала с пола крупные обрывки фотографий и ссыпала в урну. Принесла из кухни веник и совок и собрала оставшийся на полу мелкий мусор.
Ну вот, теперь глаза не видели этих огрызков прошлой жизни, как будто ничего и не было. Если бы можно было все это так же выбросить из памяти и из души! Просто забыть и жить дальше. Даша резко выдохнула и убрала коробку с документами. Потом еще какое-то время постояла в центре пустой комнаты, прислушиваясь к себе, и пошла к сыну.
Ей необходимо было обрести спокойствие. Что и говорить, эта бумажка с телефонным номером здорово поколебала ее душевное равновесие. Потому что ее поманило вдруг странной надеждой. А нельзя было тешить себя несбыточными надеждами.
Еще и тревога. Непонятная, внутренняя, глубинная.
Ей нужна была уверенность, чтобы иметь силы биться с бюрократией, с человеческой черствостью, с соцобеспечением, с тучей проблем, вылезающих ежедневно. Жизнь быстро научила Дашу, что рассчитывать надо на худший сценарий. Зато если вдруг случится что-то хорошее, сюрпризом будет. К сожалению, приятных сюрпризов было мало, все больше разочарования.
И все-таки трудно побороть это в себе. Наивную надежду, что все наладится само собой. Надо просто знать, что рано или поздно все будет хорошо, работать для этого и не позволять себе распускаться.
Малыш спал в кроватке. Даша постояла, глядя на него, а потом присела рядом, опустила руки и оперлась щекой на решетчатую стеночку. Маленькая пухлая лапка высунулась из под одеяльца. Выпуклый лобик, широкие бровки. Ее медвежонок.
Спазм в горле.
Надо укладываться, пока она тут не разревелась и не разбудила ребенка.
Да и поздно уже. Завтра ей надо было с утра с малышом на анализы, потом еще на прививку, ей районный педиатр и так пошла навстречу, приберегла вакцину, потому что вовремя не сделали, Максимка болел.