Игры масок
Шрифт:
Второй милиционер, выглядевший не намного моложе напарника, лениво выбрался из-за руля и достал с заднего сидения автомат. Толстяк наверняка гораздо добродушнее напарника, но на лице читается смертельная скука. Этому вообще все по фигу.
Алекс от всей души выругался.
Судя по настрою ДПС-ников, так просто от них не отделаешься. Хорошо он хоть паспорт с собой на ночную прогулку взять додумался…
— Эй, а это кто там лежит?! — удивился первый, глядя на лежащего в траве Славика. — Я проверю,
«Славик! — опомнился Алекс. — Ему срочно нужен врач!»
— Мужики, там лежит без сознания мой друг. Я… на нас напал… В общем, мы столкнулись с тем самым насильником, о котором говорили по телевизору…
Первый пошёл проверять лежащего на земле Славика, а толстый мент лениво усмехнулся:
— Мне казалось, он по девушкам специализируется.
«М-да… Девушка-то сейчас, наверное, уже благодарит своего спасителя… Васе все лавры достанутся, а мне и Славику соответственно отсидка в милиции и больничная палата».
Глава 9
ОВД «Битцевский парк», глубокая ночь.
Странно, но Алекс впервые в жизни оказался в отделении милиции. Ну не считая процедуры получения паспорта, конечно. Несмотря на то что специфика его увлечений предполагала постоянные конфликты с правоохранительными органами, до этого момента Алексу всегда удавалось вовремя сматывать удочки. И особенно обидно попасть в милицию не за очередную шалость, а по глупой ошибке.
Алекс в сердцах ударил здоровой ладонью по стальным прутьям.
А теперь он сидит в КПЗ. И главное, за что?! Якобы за нападение на своего же друга! Конечно, Вася и спасённая девушка скоро доберутся до участка и всё объяснят, но ведь родителей-то уже вызвали! И Алексу очень долго придётся рассказывать, что он делал посреди парка в три часа ночи.
— Эй, парень, ты чего разнервничался?
Хриплый насмешливый голос принадлежал волосатому, дурно пахнущему толстяку, вольготно разлёгшемуся на единственной скамье.
— Отвали, — коротко бросил Алекс.
Как ни странно, сосед по камере действительно притих.
Селин криво усмехнулся сквозь решётку. М-да, это только в фильмах герой попадает в камеру и ему тут же приходится доказывать «крутость» у местной братвы. Алекса же встретил лишь одиноко сидящий в камере бомж. Мужчина неопределённого возраста был одет в нечто среднее между горой вонючих тряпок и… ворохом очень, очень вонючих тряпок. В первые мгновения у Алекса даже глаза заслезились, а потом ничего, попривык. Васе и Славику сейчас наверняка гораздо хуже, тот урод их здорово приложил.
Селин с силой вцепился обеими руками в стальные прутья, получая извращённое удовольствие от отрезвляющей боли.
Обожжённая плевком зеленоглазого маньяка рука продолжала жутко болеть
— Урод! — прошипел сквозь зубы Алекс. — Мутант хренов.
Вот так тренируешься, тренируешься изо всех сил, доводишь себя до изнеможения на пути к совершенству… А потом встречаешь на своём пути непонятного зеленоглазого маньяка, насильника или вора в цивильном костюмчике, и понимаешь, что против них ты — никто.
«Алекс, признайся себе: ты полное ничтожество, не способное защитить даже собственных друзей! — Он вновь и вновь воспроизводил в памяти странные события последних двух дней. — Эти зеленоглазые… Чёрт! Что же это за глаза у них такие? Может, они наркоманы? Наширялись какой-нибудь гадостью, вот и не чувствуют боли…»
— Что, парень, не нравится местная атмосфера? — хрипло засмеялся из-за спины бомж.
Алекс резко обернулся:
— Покаркай мне здесь ещё!
Толстяк противно крякнул, поднимаясь со скамейки и медленно доставая из многочисленных одёжек жалкое подобие ножа.
— Малец, ты… кхе…
Прежде чем он успел сделать хотя бы шаг, Алекс провёл быстрый и точный удар ногой с разворота в голову бомжа.
Раздражение наконец-то нашло выход, и мужчина кулём рухнул на пол.
В камере воцарилась тишина.
— Лучше бы здесь сидели завзятые бандиты, а не эта шушера, — процедил сквозь зубы Алекс. — Хоть было бы на ком душу отвести!
К счастью, его слов никто не услышал. Алекс просидел в камере около часа, прежде чем за дверью послышались шаги и громкие возгласы.
— Наконец-то! — без особого облегчения буркнул он. — Ну сейчас начнётся…
— Какой кошмар! — возмущённо вскричала Маргарита Селина, едва перешагнув порог изолятора. — Я никогда и подумать не могла, что буду забирать собственного сына из милиции!
В голове Алексея пронеслась глупая мысль: «А чужого сына, значит, из милиции забрать — это запросто?»
— Ма…
— Молчи! Нам с тобой предстоит очень серьёзный разговор! — Она покосилась на стоящего рядом милиционера и выразительно добавила: — Дома.
Отец молча стоял рядом, и взгляд его обычно по-доброму мягких карих глаз сейчас не предвещал ничего хорошего.
Алексей тяжко вздохнул, уперев взгляд в пол. Судя по настрою предков, на этот раз обычной головомойкой он не отделается. Лишение карманных денег, домашний арест… а то и что-нибудь похуже, вроде лишения компьютера.
Зазвенели ключи, и дверь камеры неохотно распахнулась.
— Вам ещё нужно дать показания, — вяло сообщил милиционер. — Следователь в комнате 23, это на втором этаже, налево от лестницы.