Игры масок
Шрифт:
Прилежный студент устало размял пальцы и твёрдым волевым усилием подавил в зародыше рвущийся наружу зевок.
— А теперь, если вы успели всё записать… — Ивцев прошёл мимо Алексея, заглянул в его тетрадь и одобрительно хмыкнул, — перейдём к задачам.
Самая главная польза усердной записи лекций — это уважение преподавателей. Как бы ни хитрили студенты, любой препод отлично знает, кто действительно серьёзно занимается, а кто бьёт баклуши. В девяти из десяти случаев это даёт серьёзное преимущество на экзаменах. А уж если вспомнить, насколько сильно въедаются в память многочисленные знания
Тонкий расчёт позволяет при минимальных усилиях достичь высокой успеваемости, и впереди уже маячат переход на бесплатное обучение и президентская стипендия.
Взгляд Алексея сам собой переместился с тетради на изрисованную парту.
«Йа креведко».
Действительно, «креведко», что-то ты размечтался. Лучше не отвлекайся…
После окончания пары вокруг преподавателя столпились студенты, желающие продемонстрировать расчётно-графические работы, а Алексей неторопливо собрал вещи и отправился на завтрак. Он-то всё сдал давным-давно и получил свои законные зачёты.
В узких коридорах родного университета, как обычно, царила жуткая неразбериха. Студенты толклись возле аудиторий, протирая спинами веселенько-бежевые стены, обсуждая всё, что только можно, и с удвоенной энергией то, что нельзя. Алексей не без труда протиснулся в одну из многочисленных кафешек, терпеливо отстоял очередь и даже каким-то чудом смог отыскать свободный столик.
Пицца и невозможно горячий чай. Классический завтрак студента. Уж лучше это, чем непонятная бурда из старой доброй «совковой» столовой на первом этаже.
— Селин!
«Ну вот, только этого не хватало! — недовольно подумал Алексей. — Не дадут даже расслабиться толком».
К нему за столик подсела троица одногруппников. Стас, Игорь и Женя — местные спортивные звёзды, а ещё жутко наглые и самоуверенные придурки. Правда, девушкам такие почему-то нравятся, что порою заставляет задуматься об изменении имиджа…
Алексей вымучил слабую и почему-то немного виноватую улыбку:
— Привет, ребята.
Игорь цапнул со стола кусок пиццы, а Стас отпил горячего чая из пластикового стаканчика и хлопнул Селина по плечу:
— Подкинь сегодняшнюю лекцию по статистике.
— Конечно, — с готовностью ответил Алексей, доставая из рюкзака конспект.
Медведеобразный Женек выхватил потёртую тетрадь из его рук и быстро пролистал.
— Сколько раз тебе говорить, пиши разборчивей! — раздражённо рявкнул тяжеловес, увидев первую же страницу. — У тебя руки из задницы растут. Подумай о бедных одногруппниках, которым предстоит разбираться в твоих каракулях!
Алексей послушно кивнул, сдерживая довольную улыбку:
— Я постараюсь.
Ага, мечтай. Может, ещё и домашнюю работу за тебя сделать?
— Кстати, ты не посмотришь, что у меня не так в домашней работе? А то Ивцев уже в третий раз заворачивает.
Светловолосый, высокий и накачанный красавец Стас Рогов широко улыбнулся, продемонстрировав идеально ровные белые зубы. Гордость института, победитель чемпионата Москвы по рукопашному бою, он никогда не отличался особенным умом и сообразительностью. Алексей до сих пор не понимал, каким образом такие ребята, как Рогов, умудряются
— Конечно, посмотрю, — вздохнул Селин, а про себя раздражённо подумал: «Придурок, он продолжит тебя заворачивать, даже если вся домашка будет сделана идеально. Просто Ивцев отлично знает, что сам ты даже пример из третьего класса не решишь — очевидно, слишком часто по голове били на тренировках. Пусть сверху тебя и защищают, но это не помешает преподам получать удовольствие от многократных пересдач».
Стас кинул на стол свою тетрадь и поднялся со стула.
— Ну бывай. Завтра я жду от тебя готовую работу.
Троица удалилась в сторону деканата, оставив Алексея заканчивать трапезу. Он поправил очки, убрал в рюкзак тетрадь Стаса и взялся за остатки успевшей остыть пиццы.
Обидно? Немного. Но приходится терпеть… Дело-то уже привычное.
Но спокойно отдохнуть ему не дали.
— Опять эти уроды лекции забрали? — с грустной улыбкой спросил Игорь Смирнов, присаживаясь напротив.
— Угу… — прогукал Алексей с набитым ртом.
Пухловатый низенький парень с явно выраженными еврейскими чертами лица тоже входил в число немногочисленных студентов, пришедших в институт за никому не нужными знаниями. Именно поэтому, а ещё благодаря неповоротливости и тучности, Смирнов стал любимой целью насмешек и издевательств однокурсников. Конечно, Алексею было жаль друга, но где-то на грани сознания частенько проскальзывала подленькая мысль — лучше он, чем я.
— Мне они до сих пор тетрадь по оценке недвижимости не вернули, — сказал, как сплюнул, Смирнов. — Так что не удивляйся, если лекции вдруг таинственным образом исчезнут.
Алексей дожевал пиццу и философски ответил:
— Подумаешь.
— Поражаюсь я твоему спокойствию и пассивности, — с неожиданным жаром сказал Смирнов. — Они считают нас людьми второго сорта! Делают что хотят…
— Я не спокоен, — не согласился Алексей. — А пассивность — самый простой выход из сложившейся ситуации. Вот ты их раздражаешь постоянно своим сопротивлением, и эти придурки получают море извращённого удовольствия, каждый раз заново ломая тебя.
Толстяк некоторое время молчал, уткнувшись в одну точку, потом вздохнул и попытался улыбнуться.
— Тебе нужно было на кафедру психологии идти.
— Я и собирался… — по инерции ответил Алексей, но вовремя прикусил язык. — В общем, я просто осознаю своё бессилие и не хочу усугублять ситуацию.
Смирнов грустно вздохнул.
— Да… Бессилие… — Он с силой сжал кулаки, и его взгляд затуманился. — Если бы я только умел драться.
— Брось, — поморщился Алексей, небрежно вытирая губы салфеткой. — Зачем? В нашем мире уже давно правит не грубая сила, а ум. Спустя несколько лет эти уроды будут приходить к тебе на поклон и просить работу или деньги в долг.