Игры масок
Шрифт:
Но всё это произошло ещё до отъезда Сенсеича, и никто из учеников клуба не имел ни малейшего представления о том, чем занимался Тёма весь год.
— Даже не знаю, с чего начать, — задумчиво протянул паркурист. — Я практически не занимался боевыми искусствами. Гулял по крышам, медитировал, прыгал, занимался самопознанием…
— Халявщик, — тихо прокомментировал Костя.
— Также я продолжил занятия цигун, особенно когда получил несколько особенно серьёзных травм. В результате я постепенно
Алекс привычно переглянулся с Машкой, и она ответила таким же удивлённым взглядом. Похоже, всезнающая девчонка тоже была не в курсе занятий белобрысого паркуриста.
— И как успехи? — заинтересовался Сенсеич.
— В течение года я занимался так называемой первой ступенью практики «железной рубашки» — тренировкой соединительных тканей и органов. Ну статика всякая… набивание поверхностей. Боюсь соврать, но я вроде бы начал ощущать подключение к «земле» и обмен энергией «ци»…
— Это называется «укоренение», — напомнил Виктор Михайлович.
— Да, — кивнул Тёма. — Мне сложно судить, потому что я не видел собственными глазами настоящего действия этой техники, но мне кажется, я кое-чего достиг. Я говорю не о картинных разбиваниях черенков от лопат о конечности или напильников об голову, а о более серьёзных техниках.
Сенсеич хитро прищурился:
— Например?
— Я готов продемонстрировать. — Тёма посмотрел на Машку. — Пусть Маша мне поможет, она у нас специалист по всяким режущим штукам.
«Ого! — удивился Алекс. — Это что же он задумал?!»
— Режущим штукам?! — задохнулась от возмущения девушка.
— Ладно, Маша, не пререкайся, — попросил Сенсеич. — Сделай, что просит Тёма.
Все с интересом уставились на белобрысого паркуриста.
— А что он, собственно, просит?
Тёма снял футболку, оголив мускулистый торс с татуировкой в виде дракона на левой стороне груди, и глубоко вздохнул.
— Сделай то, что ты умеешь делать лучше всего. Бери в руку меч и бей.
— Тебя чем лучше зарезать, цзянем или японской катаной? — деловито поинтересовалась девушка.
Похоже, Машка приняла просьбу Тёмы за шутку.
— Возьми катану со стены, — попросил парень, — она лучше заточена.
Девушка почувствовала неладное.
— Ты… всерьёз?
— Конечно, — Тёма ободряюще улыбнулся. — Не бойся, всё в порядке.
Машка подошла к стене с оружием и неуверенно взяла в руки катану. Едва её пальцы сомкнулись на обвитой акульей кожей рукояти, из глаз девушки исчезла вся неуверенность. В них появился тот же отблеск, что сейчас весело играл на клинке.
Если честно, Алекса немного пугало это странное,
— Куда бить? — чуть ли не промурлыкала она.
Тёма встал в стойку «мабу», она же «стойка наездника», и закрыл глаза. Проведя несколько дыхательных упражнений, он скомандовал:
— Бей по спине.
Удар получился не слишком сильным, всё-таки Машка побоялась бить всерьёз, и даже этого вполне хватило… точнее, должно было хватить, чтобы нанести неглубокую рану на всю спину. Но этого не произошло!
— Ничего себе! — выдохнул Данила.
— Здорово! — восхитился Алекс.
— Маша, Маша, — улыбнулся Тёма, не открывая глаз. — А теперь сделай одолжение, ударь меня по-настоящему, а не останавливай лезвие в долях миллиметра от кожи. Ты же не хочешь, чтобы все решили, будто мы сговорились.
Машка покраснела и опустила глаза.
— Но…
— Эх, ладно, опять мне всё делать придётся, — вздохнул Сенсеич, выхватил из рук опешившей девушки катану и без размаха нанёс рубящий удар прямо меж лопаток Тёмы.
Все ученики буквально оцепенели, с трудом веря в происходящее. Сенсеич действительно ударил Тёму мечом, но почему-то не оставил даже царапины!
Алекс не удержался, подошёл и тщательно осмотрел спину Тёмы. За ним подтянулись и остальные. Самое удивительное, что на его коже не осталось даже лёгкого покраснения, как это обычно бывает у всевозможных трюкачей, отдыхающих на ложе из гвоздей или лезвиях мечей. Но одно дело — распределённая статическая нагрузка, и совсем другое — чистый режущий удар остро заточенным клинком.
— Но как же долгая подготовка, медитация и всё такое? — вырвалось у Машки.
— А во время боя ты тоже будешь готовиться и медитировать? — поинтересовался Сенсеич. — Он и так слишком долго готовился, хотя начинающим это и простительно.
«Да уж, — восхищённо подумал Алекс. — Этот вздох и короткую медитацию, занявшую меньше минуты, он называет долгой подготовкой? Да, Тёма — молодец! Монстр просто!»
Виктор Михайлович тоже тщательно осмотрел спину ученика, потрогал мышцы и явно остался доволен.
— Мы с тобой позже тщательно обсудим эту технику. Но в целом молодец! — Он довольно улыбнулся. — Честно, не ожидал.
Остальные ученики настороженно примолкли. Похоже, никто из них не мог похвастать подобными успехами.
— Ну что, — радостно потёр руки Сенсеич. — Кто следующий?
— Можно я! — Машка подняла руку, как примерная школьница.
Сенсеич кивнул.
Девушка вышла в центр зала и принялась расхаживать взад-вперёд, заложив руки за спину, как любил делать учитель.