Игры с дьяволом

Али Вали

– Этого ты боишься? Что я так не смогу?

Эмма смотрела через стекло, и заметила, что маска сдерживаемой боли на лице Кейн вдруг изменилась, выразив какую-то иную боль. Эмма почувствовала необходимость войти внутрь и узнать, о чем они говорят.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Кейн.

– Что я буду использовать кулаки и потеряю людей, которых люблю? Эмма ушла, потому что ты избила Дэнни. Это случилось потому, что ты не контролировала свой гнев?

– Нет, Хэйден, – сказала Эмма, – Кейн не разозлилась, не подумав. Она думала

сердцем. Кто-то обидел меня, и она отреагировала так, потому что любила. – Эмма схватилась за ручку двери. Не в первый раз она слышала разговоры Кейн с Хэйденом, и каждый раз восхищалась глубиной уроков, которые Кейн преподносила ему. Но сегодня Кейн пыталась исключить из жизни Хэйдена то, что делало ее саму такой особенной. Особенность, которая захватила в плен сердце Эммы с самого начала и которая сделает когда-нибудь ее сына особенным человеком для кого-то – страсть Кейн.

– Эмма, давай не будем забивать ему голову этими глупостями. – Кейн уже почти шептала.

– Нет. Я не хотела подслушивать, но ты так отчаянно пытаешься стереть из жизни то, что так важно.

Хэйден немного отодвинулся, когда Эмма подошла ближе и положила руку на лоб Кейн.

– Я же знаю тебя. Ты особенная именно потому, что ты всегда готова драться за тех, кого ты любишь. – Кожа Кейн была слишком теплой на ощупь, и Эмма решила, что пот на лбу выступил из-за боли, которую она видела в синих глазах. –

Я

ошиблась, а не ты. Я знаю, чего ты хочешь для Хэйдена, и я хочу для него того же.

Резкий ответ уже висел на языке Кейн, но она промолчала и поддалась желанию закрыть глаза.

Эмма одержала еще одну маленькую победу.

– Хэйден, ты не мог бы пойти присмотреть за сестрой? – спросила она.

В дверях его встретила медсестра, которая показывала на табличку со словами «часы посещений».

Он покачал головой. Он понимал, что сейчас их нельзя прерывать.

Кейн проснулась от легкого прикосновения, когда Эмма протерла ее влажным полотенцем. Кейн вспомнила, как болела гриппом, когда они были вместе. Тогда это прикосновение заставляло ее чувствовать себя такой любимой, а теперь оно подчеркивало, какой потерей стала для нее Эмма. Когда Эмма ушла, воспоминание о теплой коже, прижимающейся к ней, будило ее по ночам. Кейн понимала, что может без труда удовлетворить физиологическую потребность, но ее сердцу нужна была только Эмма.

– Тебе не обязательно это делать.

Ее голос остановил Эмму, соски которой напряглись так, что ей захотелось спрятать грудь от Кейн. Мягкий тембр напомнил ей о том, как она проводила ночи в постели с Кейн.

– Я пользуюсь твоим ослабленным состоянием, так что лежи тихо.

– Знаешь что, коротышка?

– Наверно, тебе стало хуже. Ты, наверно, бредишь, раз думаешь, что ты можешь так меня называть, – поддразнила ее в ответ Эмма.

– Я начинаю думать, что ты получаешь удовольствие от того, что мне ничего

не остается, как поддаваться твоим уловкам.

– Я уже говорила, что поменялась бы с тобой местами. Если ты хочешь, я позову кого-нибудь другого, чтобы он позаботился о тебе. Я не пытаюсь на тебя давить.

– Я не сказала, что хочу, чтобы ты остановилась.

Синие глаза открылись и пронзили Эмму насквозь взглядом, которого она давно не видела. Кейн смотрела на нее, не моргая.

– Как насчет того, чтобы заключить небольшую сделку, пока мы не вернемся к нормальной жизни?

– Что ты хочешь сказать, Кейн?

– Ну, у нас одна фамилия и общие дети, так что, почему бы нам, не быть друзьями?

– С удовольствием. Со временем ты увидишь, что я сказала тебе правду. Я здесь, и я больше никуда не уйду.

Кейн поддалась усталости и закрыла глаза.

– Не все сразу, милая. Не будем торопиться.

Эмма гладила ее по волосам, и Кейн умиротворенно заснула.

Меррик сидела за столом Кейн, занимаясь делами, когда зазвонил телефон. Они вернулись из клиники только тогда, когда медсестры все-таки выгнали Эмму из палаты.

– Раньон, – буркнула она в трубку.

– Меррик, это Блу из клуба. – Голос звучал так, будто человек задыхался.

– Что происходит? – Она откинулась на стуле и посмотрела в окно. Шестеро охранников сидели на заборе недалеко от нее.

– Кто-то взорвал здание.

Старший сын Джованни стоял в двух кварталах от клуба, все еще держа в руках детонатор. Они разнесут все, что принадлежит Кейн, чтобы она поняла, что ей негде спрятаться, и они не остановятся, пока не уничтожат всех Кэйси. Эта блондинистая сучка, которая посмела дотронуться до его сына, заплатит за это полнейшим унижением, а потом он сам лично перережет ей горло. Он ухмыльнулся, представив, как заставит Кейн смотреть, как он насилует ее драгоценную женушку, а потом убивает ее.

– Тик-так, Кэйси. Ваше время истекает, и секундомер в моих руках.

Продолжение следует.

Об авторе

Кубинка по рождению,

Али Вали

сохранила семейные традиции и язык, и успешно использует это в своих историях. Любовь к чтению привил ей ее отец, который читал ей стихи и рассказы перед сном.

В 2000 году Али решила изменить свою жизнь, занявшись новым для себя делом: начала писать книги.

Она обнаружила, что ее жизнь в Луизиане и руководство некоммерческим предприятием дает ей достаточно материала, который можно использовать в романах и рассказах. Соединяя воображение и жизненный опыт, она создает персонажей, которые становятся очень притягательными для читателя. Али утверждает, что поддержка со стороны читателей вдохновляет ее на оттачивание писательского мастерства.