Игры сердца

Эшли Кристен

Возникла пауза, затем:

— Согласна на сделку с тобой, Фин.

— Хорошо, — пробормотал он, затем повесил трубку и выключил свой телефон.

Его взгляд вернулся к мистеру Хейнсу, и он понял, что тот все слышал, когда кивнул Фину, но сделал это только один раз.

Затем он отвел взгляд.

Рис прижалась ближе, и он посмотрел на нее сверху вниз.

В ее глазах была та же боль.

Боже, неужели у него в глазах такая же боль?

— Ты в порядке? — прошептала она.

— Нет, — ответил он.

Она улыбнулась

неубедительной улыбкой, прижалась еще ближе и уточнила:

— Нет, Фин, я имею в виду твою тетю Дебби.

— Нет, — повторил он.

Она выдержала его взгляд, затем опустила голову так, что ее лоб прижался к его груди. Затем руки скользнули вокруг его талии, голова повернулась так, что щека легла ему на грудь, и она крепко прижалась к нему.

Господи, у него болело в груди, словно от ожога глубоко внутри. Иногда становилось так жарко, что ему становилось трудно дышать.

Его глаза уловили движение, и он увидел Ноу с бледным лицом, вставшего со своего места. Подошел к отцу. Коснулся руки отца. Затем приблизился, наклонился чуть-чуть вперед, обнял его. И Фин видел, как Ноу обнимает мистера Хейнса, его руки обнимают мистера Хейнса за талию, руки мистера Хейнса обнимают Ноу за плечи, одна из его больших рук на затылке Ноу, прижав лицо Ноу к шее.

Фин знал, что Ноу или плачет, или близок к этому. В том дерьме, которое произошло, Фин его не винил.

Но даже когда мистер Хейнс продолжал обнимать своего сына, его голова была поднята, а глаза устремлены на дверь, будто он мог заставить кого-то появиться там, уставившись на эту чертовую дверь. Он смотрел на нее почти с тех пор, как они сюда приехали. И он тогда обнимал своего сына и обнимал его сейчас.

Фин опустил подбородок и тихо позвал:

— Детка.

Рис подняла голову, и ее глаза обратились к нему.

— Иди к своему отцу и Ноу, — приказал он, и ее взгляд переместился на отца и брата. Затем он увидел, как задрожали ее губы.

Видя это, сидя там, где он сидел прямо сейчас, ожидая того, чего он ждал, он чертовски надеялся, что больше никогда в жизни не увидит Брэндона, Троя и Джеффа. Он пообещал своему дедушке и мистеру Хейнсу не мстить, но, сегодня увидев их снова, он подумал, что освободился от данного обещания.

Рис, наконец, кивнула, высвободила руки из его объятий и встала. Он смотрел, как она идет к своему отцу и брату, подойдя, зарылась лицом в шею отца. Как будто они делали это каждый день в своей жизни, естественным образом она вписалась в их компанию.

Он так пристально смотрел на них, когда его взяли за руку и сжали, это стало для него полной неожиданностью. Он посмотрел в ту сторону, ожидая увидеть бабушку.

Его мама пересела на освободившееся сиденье рядом с ним.

Он пристально посмотрел на нее, она ничего не сказала. Просто крепко держала его руку, положив ее себе на ногу. Примерно через секунду Кирби подошел и сел с другой стороны от матери. Она тоже взяла его руку и положила ее на другую

ногу.

Что ж, она вышла из своего состояния зомби. Окончательно. Она снова стала его мамой. Хорошая, все время совершающая мамины вещи, маленькие вещи и, как сейчас, большие.

По крайней мере, это было хорошо.

Взгляд Фина переместился на бабушку и дедушку, сидевших вместе, голова бабушки покоилась на плече дедушки, ее рука у него на животе, их глаза были устремлены на Фина, его маму и Кирби.

Фин кивнул подбородком.

Бабушка улыбнулась совсем невеселой улыбкой. Дедушка сжал губы и посмотрел на свои колени.

В груди Фина начало гореть.

Он посмотрел в пол. Он решил, что Бог не будет возражать, если Фин будет смотреть на пол.

«Пожалуйста, прошу тебя, пусть с ней, моей тетей Дасти, все будет хорошо», — молился он.

Бог не ответил. Он никогда не отвечал. Но его родители ни один раз говорили ему, что Бог всегда слышит.

Поэтому Фин очень надеялся, что он услышал его просьбу.

* * *

Алек Колтон вошел в комнату ожидания и увидел Майка, стоящего там, обнимающего за плечи свою дочь, которая прижалась к нему, обеими руками крепко обхватив отца за талию, его сын стоял рядом.

Майк посмотрел прямо на него.

Затем он наклонил голову и что-то тихо сказал Рис.

Она подняла голову и посмотрела на своего отца, когда Колт приблизился к ним. Затем ее взгляд упал на Колта. Ноу подошел к отцу, взял сестру за руку и мягко отвел ее в сторону.

Колт остановился в футе от Майка, и они оба наблюдали, как Ноу подвел Рис к Финли Холлидею. Она села, и Фин мгновенно обнял ее за плечи, крепко прижав к себе. Ноу присел рядом с ней, все еще крепко прижимаясь к Холлидею, Кларисса взяла брата за руку.

Колт посмотрел на Майка.

— Я так понимаю, новостей нет, — тихо произнес он.

— Нет, — немедленно ответил Майк напряженным голосом.

Колт кивнул. Он думал, что это было не очень хорошо. Прошло уже несколько часов.

— Ну, у меня есть кое-какие новости, — сказал он Майку.

Майк выдержал его взгляд, но не сказал ни слова. И Колт должен был признать, что ему пришлось потрудиться, чтобы удержать взгляд своего друга, если учесть, что он прочел в нем.

— Трой Пигготт у нас, — тихо сказал Колт и увидел, как напряглось тело Майка.

— И? — спросил Майк, пристально глядя на него.

Он знал, что это было еще не все.

— Ну, мы поймали его, но есть ситуация, — сказал ему Колт.

— Какая ситуация? — спросил Майк.

— На самом деле не мы его поймали. А Райкер и Кэл.

Майк сделал долгий, глубокий вдох.

Затем выдохнул, пробормотав:

— Черт.

— Райкер, бл*дь, прямо свихнулся, — продолжал Колт.

— Господи, он знал Дасти, — заявил Майк.

— Таннер говорит, что у Райкера извращенное чувство справедливости, — объяснил Колт.