Иллюзии
Шрифт:
– А вы не болтливая, – усмехнулся мужчина. – Вот бы моя жена также мало разговаривала, а то вернёшься домой, она присядет на уши и давай надоедливо жужжать, как муха. И если бы умное что говорила, а то просто сплетни по соседям собирает и вываливает мне.
Сания покосилась на круглое, будто шанежка, загорелое, обветренное лицо водителя, и слабо улыбнулась. Она ощущала сильную физическую и моральную усталость, сейчас ей хотелось одного: спрятаться от всех и просто лежать, ни о чём не думая.
Водитель открыл дверь, сунул голову в салон «Лады».
– О, нормально.
Сания села в машину. Положив голову на спинку сиденья, закрыла глаза.
– Вижу, вам ещё плохо. Стоило послушаться меня и сразу вернуться домой. Охранник сказал: вы хотели снять домик для семьи на выходные?
Сания, приоткрыв глаза, кивнула.
– Ох, и глупые вы иногда существа, женщины, совсем не бережёте собственное здоровье, – произнёс водитель, бросив взгляд на лицо пассажирки, сравнявшееся по цвету с белым листом бумаги. – Потерпите ещё немного, нам повезло: впереди чистая без пробок дорога, скоро будете дома.
Через полчаса водитель остановил «Ладу» у дома Мечниковых. Не удержавшись от напутствия, он порекомендовал Сании беречь себя. Уже по привычке кивнув, она протянула ему деньги.
Дети играли в бадминтон меж натянутых бельевых верёвок на площадке для белья. Помахав матери ракетками, они продолжили игру. Сания вошла в дом, посмотрела на часы, время неумолимо двигалось вперёд – до прихода гостей оставалось три с половиной часа. И хотя сейчас ей меньше всего хотелось отмечать день рождения мужа, она не могла отменить вечеринку. Не в её характере вовлекать других людей в свои неприятности. Родители мужа, друзья и родственники обязательно бы заинтересовались, почему сначала пригласили, а потом отказали в празднике. Сания набрала в телефоне сообщение знакомому отоларингологу, работающему у них в санатории.
Я испытала стресс, у меня совершенно пропал голос. Что мне делать в этом случае?
Через пару минут врач ответил:
Нарушение в речевом аппарате называется афазией. Для этого прежде всего нужно устранить источник стресса и как можно быстрее начать лечение. В этом случае применяются: расслабляющие ванны, массаж, ингаляции и дыхательные упражнения. Но прежде всего, нужно явиться ко мне на обследование.
Прочитав ответ, Сания усмехнулась: устранить источник стресса довольно сложно, придётся как-то справляться самой.
Я поняла вас. Если это возможно, завтра хотела бы прийти к вам на приём.
Доктор быстро ответил:
Возможно. Жду вас в девять часов. А сейчас примите любой натуральный препарат на травах: настойку валерианы или Персен.
Сания достала аптечку из шкафчика на кухне, отыскала настойку валерианы, вылила половину пузырька в стакан, залпом выпила. В горле сразу запекло. Пришлось запивать водой. Она не стала убирать пузырёк с валерианой, просто отставила его в сторону, собираясь чуть позже, если понадобится, употребить ещё.
– Мам, – закричал, вбегая на кухню Илья. – Ребята позвали играть в футбол на стадион. Можно?
Сания, забыв, что не может говорить, попыталась ответить сыну и не смогла.
– Мам, ну ты чего? – приняв её молчание за отказ, обиделся
Сания отправилась в гостиную, отыскала в ящике стола альбом и фломастер. Вырвав листок, быстро написала на нём текст.
Сынок, у меня заболело горло, я совсем не могу говорить. Объясни это и сестре. Я не возражаю, можешь идти на стадион. Только вернись вовремя.
Илья, отправившийся следом за ней в гостиную, тянул своё ну ма-а-ам. Когда она стала писать, он вытаращился на неё в изумлении.
– Что, совсем, совсем не можешь говорить?
Сания кивнула. При этом она подумала, что сегодня придётся делать это ещё много раз.
– Это надолго? – сын изумлённо смотрел на её рот.
Сания развела руками.
– Тогда мне лучше остаться дома?
Сания покачала головой.
Илья неуверенно, оглядываясь, пошёл к выходу. В окно гостиной Сания видела, как он, приблизившись к сестре и её подругам, возбуждённо заговорил. Через минуту Мия вбежала в дом.
– Мама, Илья сказал правду?
Сания показала на листок и вся сцена с объяснениями повторилась вновь.
Дочь, если будет нужна помощь, я тебя позову, пока можешь быть с подругами, – написала она на листке.
– Ладно, – согласилась Мия. – Я буду в беседке с девочками.
Сания облегчённо выдохнула, ей так хотелось остаться одной и хоть немного подумать. Она посмотрела на ухоженный газон во дворе, на беседку, увитую вечнозелёным плющом, не поддающимся никаким морозам, на площадку для барбекю под яркой жёлтой крышей и заплакала. Она любила этот дом и подворье, доставшееся им с Марком от его бабушки в наследство. Старушка так любила единственного внука, что ещё при жизни всё переписала на него. За два года они полностью отремонтировали старый дом. Вместо огородных грядок появилась удобная зона отдыха. И хоть дому исполнилось больше восьмидесяти лет, после ремонта он выглядел, как новенький. Его толстые стены хорошо защищали от холода и не пропускали внутрь летнее пекло. Даже в самую жару в комнатах было прохладно. Сания плакала не о доме, а том тёплом, родном, домашнем очаге, хранящем в себе их семью, и как она думала раньше: счастливую семью.
Рыдать беззвучно оказалось мучительно и больно. Слёзы, льющиеся по её щекам, ничуть не умерили её боль, не остудили сердца, горящего обидой. Сания приняла холодный душ и принялась за готовку, времени оставалось совсем мало. На последующие полтора часа она выбросила из головы все мысли о Марке, потому что едва успевала к приходу гостей.
Накрыв кастрюли с готовыми голубцами и перцем полотенцами, она сунула в духовку рулеты из курицы с грибами и маринованной морковью. Теперь можно было передохнуть и выпить чаю. Марк опаздывал, давно нужно было развести огонь для появления углей, чтобы сразу по приходе первых гостей, выложить шампура на мангал. Сания как могла привела в порядок лицо, надела любимое, синее, шёлковое платье в мелкий чёрный горошек, повязала поверх него красивый фартук.