Шрифт:
Что, черт возьми, тут происходит?
В просторном помещении было дымно от чадящих светильников, толстые деревянные балки, поддерживающие потолок, покрывал толстый слой копоти. В зале яблоку негде упасть, на грубо сколоченных скамейках сидели по трое-четверо. Пышнотелые девушки, разносящие еду и непонятный напиток в кружках, буквально сбивались с ног. Посетители горланили песни, хохотали, ругались, требовали еще кружку, и все это сливалось в сплошной гул. Пахло потом и пригоревшим мясом. Через
Что это, осознанное сновидение?
Я потер глаза. Потрусил головой и ущипнул себя. Фиг там. Ничего не изменилось.
Зал не исчез, но был по-прежнему забит мужиками в полотняных рубашках, жилетах и высоких сапогах, а также сомнительного поведения дамами с глубокими декольте и длинными юбками. Никто не выглядел удивленным, только я, как дурак, сидел с открытым ртом.
Средневековая таверна? Какого черта мне снится такая ерунда!
Я закрыл рот и встал, чтобы выйти отсюда. Сон или нет, но дышать зловонными парами не хотелось.
– Эй, куда собрался?
Здоровенный детина, одетый побогаче остальных и со шпагой на поясе, перехватил меня за плечо и загоготал. Хватка была крепкой, и плечо болело. А мне казалось, во сне боли нет. Его спутники разразились одобрительными криками. Я сбросил руку с плеча и сделал шаг назад. Детина, ухмыляясь, обнажил клинок. На стали заиграли блики света. Я огляделся, ища, что можно использовать вместо оружия и стараясь сохранять трезвость мысли. По телевизору как-то слышал, что главное в таких ситуациях – не паниковать и продумывать свое поведение на два шага вперед.
Я толкнул стол в сторону неумело размахивающего шпагой амбала. Тот свободной рукой отпихнул его и, сделав выпад, почти достал меня клинком. Нет, это уже совсем мне не нравится.
Я уклонился от еще одного выпада, но зацепился ногой за скамью и упал. Кончик шпаги вдруг оказался слишком близко. Секунда – и пятьдесят сантиметров стали войдут в мое тело. Это не мужественно, но я зажмурился. На руку закапало что-то горячее.
Я открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как из брюха амбала быстро исчезает чья-то шпага, и откатиться в сторону от падающего на меня тела.
В этот же момент в таверну вошли трое в черном и одновременно повернули головы в мою сторону.
Сердце пропустило удар, другой.
Меня схватили за шиворот и поставили на ноги. Я не мог оторвать глаза от крови, текущей из раны на животе детины. Она казалась такой реальной! Как и болезненный хлопок по плечу.
– Эй, послушай меня. Нам нужно бежать, и очень быстро, прямо в это окно. Понял?
Я повернул голову и уперся взглядом в пару синих холодных глаз.
Неизвестный ловко схватил стол и бросил в собирающихся напасть спутников убитого, ногой высадил стекло, и мы выпрыгнули из таверны. На улице было темно, мой спутник тащил меня за рукав куда-то вбок. Возле дерева была привязана
– Руку давай! – бросил он мне.
– Что?
– Не тормози! Руку, быстро!
Я протянул руку, и меня закинули назад.
– Что происходит? – спросил я с трудом, поскольку лошадь неслась галопом и приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не упасть. В седле я сидел первый раз в жизни и вынужден был цепляться за широкую спину сидящего впереди. Унизительное положение.
– У нас неприятности, – лаконично пояснил он, мотнув головой назад.
В темноте я ничего не разглядел, но интуитивно понял, что за нами погоня.
Ну и сон!
Запахи были такими реальными! Не знал, что во сне можно их ощущать. От лошади несло потом, а ночной воздух пах сырой землей и травой.
Лошадь мчалась вперед, слышен был стук копыт, и шумное дыхание животного, и какие-то приглушенные хлопки. Синеглазый выругался, когда лошадь под нами превратилась в дым и мы кубарем покатились по влажной земле.
Лошадь превратилась в дым?!
Переварить это событие мне не дали и снова потащили куда-то.
– Сюда, быстрее!
Огонек впереди, деревянный забор, в нем дверь, подвесной фонарь отбрасывает дугообразную тень. У меня уже сбилось дыхание от бешеной гонки. Мой спутник с размаху ногой распахнул дверь, и по глазам ударил яркий свет. От неожиданности я остановился, открыв рот, оглушенный уличным шумом. По обе стороны широкой улицы возвышались небоскребы, вокруг спешили потоки пешеходов, в зеркальной витрине рядом я видел свое отражение. Что это? Похоже на Нью-Йорк, центр Манхеттена. Меня толкнули.
– Что ты стоишь, как столб!
– Эй, парень, посторонись! – заорал продавец хот-догов, прокатив рядом свою тележку.
Незнакомец схватил меня за руку.
– Что ты стоишь? Быстрее!
– Но… Но как… Что вообще… – на бегу тяжело формулировать свои мысли четко. – Город?
– О, не обращай внимания, такое бывает, – небрежно махнул рукой он, и мы снова помчались, расталкивая людей, а вслед нам неслась ругань.
На синеглазом теперь был дорогой деловой костюм, а на мне – легкая куртка и джинсы.
– А, такси! Вот и отлично!
Незнакомец втолкнул меня в машину на заднее сиденье, а сам быстро выкинул водителя и сел за руль. Мы ловко влились в поток машин.
– Ты как там, нормально? – поинтересовался он, не переставая бросать цепкие взгляды в зеркало заднего вида.
– Я не понимаю, что тут творится!
– Вот как? Но никто, кроме тебя, этого знать не может.
– Почему мы бежим?
– Потому что я хочу, чтобы ты выжил. О, черт! Таки нашли нас. Держись!!!
Незнакомец вывернул руль так резко, что я впечатался в противоположную дверцу, не успев даже выругаться. Вокруг протестующе загудели, когда наша машина сошла с дороги и поехала по тротуару.