Имана
Шрифт:
Нет. Не тот человек. Он может прямо сказать и сделать. Все дело в Викторе, наверняка. Других мотивов я не вижу. Зачем держать около себя женщину, которая тебя ненавидит? Не представляю. Нужно быть умалишенным или садистом, чтобы творить такое. Мои размышления и душевные терзания были нарушены Марией, которая тихо вошла и смотрела на меня, как на кролика, подготовленного для жарки барбекю.
– Что случилось, Мария? Почему вы так на меня смотрите? – Сдержанно спрашиваю женщину, которая тяжело вздыхает и совмещает пальцы.
– Ох, Имана, - начала она и
– Я не понимаю, - хмуро отвечаю турчанке, - можете говорить конкретнее?
Мария с еще большей жалостью глянула на меня, от чего мне стало не по себе. Неужели Камран что-то выдумал? Опять меня в каморку какую-нибудь под замок посадят?
– Не понравилась ты Айле, матери хозяина, - женщина вздохнула, - теперь жди беды.
– А я ей и не должна нравиться, - буркнула в ответ, не удивляясь такой реплике, - все равно не задержусь надолго.
Брови Марии поползли вверх, и она поджала губы.
– Если Камран взял тебя в жены, то это навсегда, красавица моя. От него ты теперь не избавишься. – Женщина закивала, а я фыркнула. – Он тебя не отпустит.
Ее слова привели к тому, что мою грудную клетку сдавило болезненным спазмом, и я резко втянула воздух, чувствуя, как тяжело стало дышать. Меньше всего мне хотелось провести в этом аду остаток жизни.
– Накидывай на голову платок, тебя внизу ждут, а то я задерживаю тебя своими нелепицами. – Мария подала мне белую ткань и помогла убрать под нее волосы.
– Зачем? – Спросила ее, выходя из комнаты, и услышала шумные возгласы в районе кабинета. – Ты уверена, что мне нужно туда идти? – Посмотрела на женщину с недоумением, поднимая правую бровь.
– Да, - она кивнула на лестницу, - Камран сказал, позвать тебя.
Мы быстро спустились вниз, и Мария осталась ждать меня на первой ступеньке, а я, проглотив ком в горле, направилась на громкие голоса. Пройдя по коридору, остановилась около открытой двери и увидела, как Камран что-то говорит матери и активно жестикулирует. Женщина смотрит на меня, и от этого взгляда мне хочется провалиться сквозь землю. Те же ледяные глаза, что и у сына, и характер, без сомнения, он тоже от мамочки унаследовал.
– Проходи, Имана. – Спокойно произносит мужчина и протягивает мне руку, на которую я смотрю с нескрываемым подозрением. – Нам всем нужно серьезно поговорить.
– Я не вижу смысла разговаривать с этой женщиной, - надменно отвечает его мать, отворачиваясь от меня, пока я медленно вхожу в помещение, - она не годится тебе в жены. Это такой позор для семьи Догал. А что скажет отец? Ты хоть представляешь, какой скандал будет?
– Айла! – Повысил тон зверюга и притянул меня к себе, схватив за запястье. – Все решено, и мы все с тобой обсудили.
Мужчина цедил каждое слово сквозь зубы, сталкиваясь с разочарованным взглядом матери.
– Тогда тебе стоит хорошо подготовить, - Айла посмотрела на меня свысока, - ее. Времени тебе максимум месяц. Не больше. – Женщина снова посмотрела на сына и покачала головой. – Извини, но на ужин я не останусь.
Айла
– О чем говорила твоя мать? – Выдавила из себя слова, глядя в пол. – К чему меня нужно подготовить?
Камран сжал кулаки и, наверняка, пронзил меня холодным взглядом, но я с усердием рассматривала узор на ковре.
– К свадьбе. – Его слова заставили поднять голову и одарить вопросительным взором. – Это всего лишь светское мероприятие. Показное. Для сливок стамбульского общества.
Глава 5
Большего объяснения я не удостаиваюсь, потому что Камран уходит, не смотря на то, что я стою с открытым ртом. Обернулась, но слишком поздно. Мужчина покинул помещение, оставляя меня самостоятельно додумывать ответы. Все, что сейчас происходит со мной, кажется каким-то кошмаром. Плохим сном, в котором мне уготована главная роль. Я еще некоторое время нахожусь в комнате, где до этого возмущалась мать зверюги. Здесь еще остался легкий шлейф ее сладкой туалетной воды.
Я отрицательно мотаю головой, не желая верить в его слова. Нет! Это походит на бред сумасшедшего. Я не подхожу этому человеку, ни по каким параметрам. Он любит подчинение, а я не променяю свободу. Вадим никогда не навязывал мне свое мнение, не указывал, что и как делать, а Камран все контролирует и решает за меня. Это бесило, выводило из себя и заставляло его ненавидеть.
Если раньше я пыталась выбросить всякие чувства к нему, то сейчас понимала, что с каждой секундой ненавижу зверюгу все больше. Отвратный человек с не менее омерзительными поступками. Словно рабыню на рынке купил! Мозг лихорадочно работал, пока я стояла и смотрела на дверь, которая закрылась за моим персональным мучителем.
И что прикажете мне делать? Ждать указаний? Нет. Я снимаю платок с головы и выхожу в коридор, где нос к носу сталкиваюсь с Марией. Женщина с укором глядит на белую ткань, которую я сжимаю руками.
– Имана, я же говорила тебе, не зли ты хозяина, ради всего святого. – Она тяжело вздыхает, усиливая действие своих слов, но я непреклонна.
В голове уже формируется план, который позволит мне избавиться от ненавистного человека и его влияния.
– Я его и не злю, - пожимаю плечами, - просто делаю то, что хочется МНЕ. – Наигранно улыбаюсь и смотрю на Марию. – Где мои вещи?
– Так, - женщина недоумевает от моего вопроса, - в шкафу вашем все.
– Нет, - улыбка пропадает с моего лица, - МОЯ сумка. Там МОИ вещи. Те, которые я смогу носить, а не это бесформенное тряпье. – Указываю на платье, в котором стою.
– Тише, Имана, - Мария помещает палец на губы и со страхом оглядывается, - вдруг кто-то услышит. Молчи.
– И не подумаю, - брови вопросительно поднимаются, и я делаю пару шагов вперед, желая найти того самого хозяина и потребовать у него свое кровно нажитое, - это вы его боитесь, а мне терять уже нечего.