Иметь и удержать!
Шрифт:
Некоторые мужчины после такой встряски навсегда забывают о походах на сторону, и Джо, правда, на какое-то время, стал примерным мужем. Да, временно. Каждый вечер к восьми он уже был дома, и, если звонил сказать, что задержится на совещании, так оно и было.
Он уезжал в командировки, останавливался в лучших отелях, встречался с клиентами в баре, потом обедал с ними, возвращался к себе в номер один и перед сном звонил Элис сказать о том, как он ее любит.
А потом во время поездки в Данию он познакомился с Ингой, официанткой из кафе, что находилось рядом с отелем. Он познакомился с
Так продолжалось еще четыре месяца.
И вот теперь в его жизни есть Валери. Достаточно эксцентричная, чтобы не поддаваться его обаянию, достаточно опасная, поскольку все делает по-своему и обожает всякие неожиданные выходки.
Он знает, что, с одной стороны, Валери — это безопасный выбор. Слишком искушенная в любви, она понимает, что секс — это не более чем секс, и в этом плане от нее не стоит ждать угроз его браку. Но Элис не глупа, и до вчерашнего вечера, когда Валери явилась в ресторан, затеяв очередную игру, Джо не задумывался о том, насколько у нее может хватить терпения.
Теперь Джо гораздо более осторожен в выборе женщин, и все-таки случаются досадные промахи. И вот, в очередной раз оказавшись на грани провала, он дает себе слово покончить со своими похождениями, остепениться и вновь стать примерным семьянином.
* * *
— Валери. — Он смотрит на нее сверху вниз, зная, что больше никогда не станет спать с ней. — Я больше не могу это делать.
— Я догадывалась, что рано или поздно ты это скажешь, — Валери тянется за халатом, поскольку, при всей своей жесткости и беспощадности, обнаженная, она чувствует себя незащищенной. — Это все из-за того, что я вчера появилась в ресторане? Или я тебе просто надоела? — Она не то чтобы расстроена, ей просто любопытно, и они оба знают, что в ближайшие несколько дней в ее жизни появится очередной Джо, а, может, за дверью уже выстроилась целая очередь таких Джо.
— Ну ладно. Тем лучше. Я хорошо провела время. — Она обхватывает его лицо и целует в губы, нежно поглаживая по щекам. — Ты теперь попытаешься быть преданным мужем?
Джо кивает головой.
Валери улыбается:
— До тех пор, пока не подвернется очередная Валери.
И она отворачивается и ныряет обратно в постель.
— Всего доброго, милый.
— Тебе тоже. — Джо рад тому, что она отнеслась ко всему так спокойно, как настоящий профессионал, и тут же задается вопросом, правильно ли он поступает. Валери видит, что в глазах его зажигается огонек, и качает головой.
— Нет, Джо. Никакого прощального секса. Я предпочитаю рубить концы сразу. — Она посылает ему воздушный поцелуй. — Возвращайся домой к жене и береги ее. Передай Элис привет от меня.
Джо издает вздох облегчения, покидая квартиру Валери. Теперь никаких сомнений. Ее последние слова убедили его в том, что он все делает правильно.
— Я ненавижу эти дурацкие мероприятия. — Элис стоит на четвереньках, телефонная трубка зажата у нее между подбородком
— Я знаю, дорогая, — заискивающе произносит Джо на другом конце провода, — но это всего лишь открытие художественной галереи, и я тебе обещаю, что мы не задержимся надолго.
Когда-то Элис была бы в восторге от перспективы оказаться на открытии художественной галереи. Она бы чувствовала себя избранницей божьей, если бы ей выпал шанс присутствовать на таком гламурном мероприятии, не говоря уже о том, что ей повезло бы увидеть картины, прежде чем их увидят другие, и она могла бы подольше постоять перед каждой, формируя собственное мнение.
Но Элис уже избавилась от прежних иллюзий. Она усвоила, что открытие художественной галереи всего лишь очередная возможность поглазеть на других и показать себя. Что по приходе вам будет тут же предложен бокал шампанского, который поднесет на серебряном подносе официант, а потом придется ходить по залу, разбрасывая воздушные поцелуи всем знакомым лицам, восхищаясь произведениями искусства, к которым на самом деле и подойти-то невозможно из-за большого наплыва гостей.
— Ты обещаешь, что мы после открытия сразу же поедем домой? И никаких других вечеринок? — Она бросает в ведерко кисть и берет кусочек стекловаты.
— Обещаю. Что ты сейчас делаешь, Элис? Что там за шум?
— Я обдираю краску со столика, который купила.
Джо смеется.
— Удивляюсь, почему ты всегда настаиваешь на том, чтобы сделать это самой. Сейчас можно купить какую угодно мебель.
— Потому что мне это нравится, — говорит Элис. Уже в сотый раз. — Ты же знаешь, что я получаю от этого удовольствие.
— Нет, просто ты странная. Ты единственная женщина из всех, кого я знаю, которая получает удовольствие от того, что под ногти забивается грязь и что руки по локоть в краске.
«Это потому, — мысленно отвечает Элис, — что я единственная женщина из всех тебе известных, которая считает, что в жизни есть вещи поважнее маникюра и глянцевых журналов».
— Обещаю, что отмоюсь к вечеру.
— Обещаю, что испачкаю тебя перед отходом ко сну.
— Ты когда-нибудь избавишься от этого школьного юмора?
— А ты этого хочешь?
Элис улыбается, чувствуя себя любимой и желанной, млея от ощущения близости с мужем. Это бывает теперь так редко, но все-таки иногда случаются просветления, в их отношения возвращается легкость. И Джо не кажется таким далеким и чужим, а становится тем самым Джо, которого она когда-то полюбила.
Вот как теперь, когда работа не требует ежеминутного присутствия в офисе, когда деловые командировки не так часты и не так продолжительны.
Когда на работе становится поспокойнее, Джо расслабляется. Он вновь становится любящим веселым супругом, каким был в самом начале их совместной жизни, и она научилась в полной мере наслаждаться такими периодами, поскольку знает, что они наступают ненадолго.
Время от времени до нее доходят слухи о ее муже, но она предпочитает игнорировать их. Неверность — это нечто такое, о чем она пока даже думать не готова.