Иметь королеву
Шрифт:
Глава 21
ПОВОРОТ ОВЕРШТАГ
«Если человек дурак, то это надолго», — именно такой была первая мысль, пришедшая в голову Владимиру, когда он открыл глаза. Ей предшествовал чувствительный тычок в область копчика, переворот на сто восемьдесят градусов вокруг своей оси и бессмысленное созерцание шнурованных десантных ботинок сорок пятого размера. Покрываясь жарким потом, Владимир провел взглядом по пятнистым брюкам, широкому солдатскому ремню,
— Подъем, — равнодушно сказал ПОшник. — Минута сроку, форма четыре.
Полагая, что минута — время достаточное, чтобы сначала оглядеться, а потом уже встать, Владимир осторожно поискал взглядом свое оружие — бомжовский «бокфлинт».
— Мне долго ждать? — вопросил ПОшник через пять секунд. — Я, блин, тебе кто — няня Ирина Родионовна?
Последовавший за этим изыском пинок в коленную чашечку заставил Владимира поторопиться. Он вскочил на ноги и увидел на пороге комнаты еще одного громилу, на плече у которого висела «боковуха».
«Если человек дурак, то он обязательно уснет в самом опасном месте и продрыхнет до обеда», — подумал Владимир. Он стал соображать, как выпутаться из сложившейся ситуации. Быстро перебрал в уме все возможные и доступные способы и, спускаясь по лестнице вслед за ПОшником на первый этаж, как можно доброжелательней произнес:
— Мужики, если вы кого-то ищете, то только не меня. Я здесь человек пришлый. Отдыхающий я. Санаторий «Калчи» знаете? У меня путевка, язва, семья. Работаю инженером. В ваших разборках не участвую. Вы бы меня отпустили.
Они вышли на улицу, и Владимир сразу поскучнел, поняв, что дурочку гнать бесполезно. Вся центральная часть Калчей была запружена ПОшниками. Возле крыльца томились пятеро грязных, заросших щетиной мужиков и одна дамочка неопределенного возраста. Владимир догадался — облава, и сейчас их могут повести на допрос, а могут запросто расстрелять.
«Нет, расстрелять не должны, — решил он, присоединяясь к задержанным. — Из-за вшивой кучки лиц неизвестной масти задействовать такую массу людей. Они кого-то ищут — наверное, в связи с ночной перестрелкой».
Владимир вспомнил про рюкзак с биноклем, пластиковой взрывчаткой и потрепавшейся картой, и сумрачное состояние его превратилось в тоску. Попробуй теперь отболтайся, что ты не спецназовец, а простой отдыхающий.
— Быстро строиться! — рявкнул комПО и для убедительности добавил: — Мудаки.
Великолепную семерку построили, подравнивая жиденькую колонну пинками и матюками. Пропустив вперед себя, как и полагается воспитанным людям, лицо женского пола,
Вели их недолго — по крайней мере, когда показались аккуратно подстриженные кусты и багровые фасады коттеджей, Владимир так и не успел придумать убедительного объяснения предметам, оказавшимся в его рюкзачке. Возле забора их уже ждали трое охранников.
— Где вы их насобирали? — брезгливо сказал один, кивнув на сбившихся в кучу пленников. На помойках, что ли?
— Товар что надо, — захохотал комПО. — Ты на бабу посмотри! Стал бы?
— Если встал бы, — отшутился охранник. — Погоди, сейчас самого приглашу.
Закуривая сигарету, из дверей вышел Мещеряков. С крыльца окинул всех семерых быстрым взглядом и тут же приказал комПО:
— Второго, третьего и пятого справа — к е… матери. Бабу туда же. Типичные «санитары». С остальными малость побеседую. Надо знать, чем живут народные массы.
Указанных людей выволокли из кучки, надавали напоследок пинков и приказали топать обратно в Калчи. Не веря своему счастью, те трусцой припустили по дороге в поселок. Адъютант неторопливо подошел к оставшейся троице.
— Ну что, народ? — спросил он. — Как жизнь в Калчах? Ничего себе?
Оба соседа Владимира, перебивая друг друга, начали убеждать адъютанта, что они спокойные и мирные люди, никого не трогают, а просто сидят себе тихонько в погребе, по ночам ловят рыбу и питаются ею, и их надо, конечно же, немедленно отпустить.
Владимир стоял молча и ясно чувствовал, как он отличается от двух камчадалов. Адъютант, конечно, тоже понял это.
— Заткнулись, — сказал он пленникам. — А ты кто таков?
— Отдыхающий, — сказал Владимир. — Санаторий «Калчи». Болезни органов пищеварения, язва, короче. Нахожусь здесь уже вторую неделю. Вот и все.
— Обыскали? — спросил Мещеряков командира подразделения охраны.
— В карманах ничего нет, — ответил тот. — А вот в рюкзачке интересные вещи имеются. И ружье при нем находилось.
— Да этих ружей, — позволил себе усмехнуться Владимир, — в брошенных домах на батальон хватит. И рюкзак там же подобрал.
Адъютант взвесил в руке его пожитки, расшнуровал завязку и заглянул внутрь.
— Интересно, — сказал он, доставая бинокль. — Импортная штучка, дорогая.
— Мне тоже понравилась, — сказал Владимир. — Я как увидел, прям руки затряслись. Ну скажите, неужели бы вы такую не взяли?
— Взял бы, — согласился Мещеряков. — А это что такое?
Он извлек из рюкзака «шоколадку» и стал вертеть ее в руках. Владимир напряженно следил за его действиями.