Immortality
Шрифт:
Меня чуть не вырвало. Я еле удержалась, чтобы не вскочить и не разорвать этого подонка на месте, размазывая его внутренности по креслу. С каким удовольствием я оторвала бы его эрегированный член и запихала в эту широко раскрытую слюнявую глотку.
Перед глазами возникли красные круги, и я начала ощущать в своём теле вибрацию. Никогда раньше я не испытывала потребности выплеснуть ярость. Она жгла меня кислотой, заставляя мышцы сокращаться, а дыхание с шумом вырываться из горла. Я чувствовала себя одновременно и быком, перед которым развёрнута красная мулета, и
Испуганный вскрик справа заставил меня дёрнуться. Открыв глаза, я посмотрела на Винса. Он смотрел в мою сторону.
Нет! Стоп! Он смотрел на меня.
Не сразу до меня дошло, что я стала видимой. Мой щит упал, а я даже этого не заметила.
Именно эти несколько секунд растерянности стали определяющими в том, что случилось дальше.
Пока я таращилась на Винса, то, что происходило вокруг, выпало из моего сознания. На периферии зрения я отметила, как трое других парней вскочили со своих мест. Одновременно раздались две команды «стоп!» и «свет!», и чья-то горячая, воняющая пивом туша придавила меня к креслу. Голова запрокинулась под неудобным углом. Влажные толстые пальцы стиснули горло, мои глаза рефлекторно закрылись.
От шока я даже не сопротивлялась. И как же хорошо, что я уже давно не нуждалась в воздухе. Будь я человеком, асфиксия наступила бы незамедлительно.
– Кто это, Рик? Кто это, мать твою?
Визгливые крики Винса доносились до меня через студенистое тело, как через вату.
– Я не видел когда она вошла. Раз - и как будто всегда здесь сидела. А глаза страшные такие!
– Кто там, Бугай? – раздался нетерпеливый голос Сэла. – Да отцепись ты от неё, дай посмотреть.
Студенистая туша медленно отлепилась. Я открыла глаза и встретилась взглядом с поросячьими глазками Бугая, глядящими на меня со злобой и изрядной долей страха.
– Ты кто такая? Как сюда попала?
Четыре огромные фигуры стояли надо мной с одинаково глупым выражением лица. Мальчиков застали врасплох, и пока они не знали, что с этим делать. Пройдёт пара секунд, прежде чем кто-то из них сделает мне больно. А в том, что так и будет, я не сомневалась.
Я поставила на Рика и оказалась права.
– Тебе понравилось кино?
Его водянистые голубые глаза смотрели на меня без страха. Он склонил голову набок, как делают маленькие дети и животные, проявляя интерес к какому-либо явлению. Рик не был ни тем, ни другим – он был настоящим психом.
Подойдя вплотную, он стал медленно ко мне наклоняться. Его глаза впились в моё лицо, а руки взялись за подлокотники, заключая меня в ловушку. Шансы, что я выберусь из этого кресла без потерь, катастрофически приближались к нулю.
Зрачки
– Вы все ответите за это.
– Да неужели? – Тонкие губы скривились в усмешке.
– И кто нас призовёт к ответу? Уж не ты ли?
Вокруг раздались смешки. Краем глаза я увидела, что Сэл обошёл меня, становясь сзади, готовый в любую минуту прийти на помощь своему вожаку.
– Ты так и не ответила. Тебе понравилось кино?
Во рту у меня скопилось достаточно яда, чтобы я смогла сделать смачный плевок в эту ухмыляющуюся рожу. В то же мгновение руки Сэла в борцовском захвате придавили меня к спинке кресла.
– Расцениваю это как нет.
– Рик медленно провёл по лицу рукой, размазывая по себе мою ядовитую слюну. Я пожалела, что вместо неё не могу вырабатывать серную кислоту. – Что ж, тогда мы запишем новый фильм. Винс, принеси камеру.
Этого было достаточно, чтобы в следующее мгновение одним неуловимым движением выскользнув из захвата Сэла, я впечатала свой каменный кулак в подбородок Рика. Он перелетел через спинку стоящего впереди кресла и, свалившись в проход, больше не шевелился.
Я вскочила на ноги. Чистый адреналин только что был впрыснут в моё сердце, и я хотела ещё.
– Кто следующий, ублюдки?
С рёвом на меня кинулся Бугай. Я отбросила его от себя, как резиновый мячик, спасовав его тело прямо на брата. Не удержавшись на ногах, Винс рухнул, погребенный под необъятной тушей.
Я обернулась к Сэлу. В его руках сверкнуло лезвие ножа.
– Что ты скажешь на это, карате-сучка?
– Что через секунду я отрежу им твои яйца.
– Какая смелая. Ну, давай, наступай.
Нас разделяло всего одно кресло, и, перелетев через него, я рванула прямо на выставленный нож. За мгновение, как сталь коснулась меня, я увидела в глазах Сэла ужас. Этот ублюдок, размахивающий ножом, никогда в жизни не убивал, и от мысли, что сейчас он перейдёт эту черту, Сэл по-детски наложил в штаны.
Нож должен был пропороть мне живот, но всё, что я почувствовала, как сталь гнётся от прикосновения к моему каменному телу. Мы с Сэлом упали в проход, и я услышала, как от удара об пол клацнули его зубы. Я приземлилась ему на грудь, придавливая всем своим весом. Он с ужасом таращился на меня, не в силах вздохнуть, всё ещё сжимая в руке погнутый нож. Одним стремительным ударом я раздробила ему запястье. Нож выпал из скрюченных пальцев. Сэл заорал от боли.
Он орал и орал, извиваясь подо мной, и я питала свою ярость его страхом и болью.