Имортист
Шрифт:
– Да чем угодно, но только поскорее остановить это растущее стадо быдла! Затопчут, уже затаптывают остатки не то что культуры, вообще человека в человеке!
– Остановим, – пообещал Потемкин. – У нас столько злости накопилось… а сотня имортистов стоит миллиона из этого жрущего стада, что смотрит телешоу! Остановим. И загоним обратно в стойла.
– В хлев, – поправил Романовский.
– Что? – переспросил Потемкин.
– В хлев, – повторил Романовский. – Стойло и хлев хоть и близкие понятия, но все же свиней загоняют в хлев. Что скажете, господин президент?
Они снова церемонно обменялись рукопожатием, раскланялись, аристократы хреновы, я буркнул:
– Вы и так уже все за меня решили, где уж мне пристраиваться?
Их лица преисполнились сочувствия. Романовский прерывисто вздохнул, а Потемкин поднялся и крепко пожал мне руку:
– Держитесь, господин президент. Я понимаю, насколько это вам…. Не скажу, что обязательно противно, но все же это дело, которым имортисту заниматься не хочется. Однако вы не только имортист, но еще и президент огромной страны.
– К черту, – ответил я вяло.
Силовики обменялись со мной долгими рукопожатиями с потряхиванием ладони, видимо, это означает более высокую степень дружелюбия, искренности и поддержки. Все хорошо идет, подумал я устало. Все на моей стороне. Все хорошо. Даже как-то слишком…
Потемкина оставил в маленькой комнатке за компом, если возникнут вопросы, спрашивайте, Гавриил Дементьевич, сразу, не стесняйте себя, прикрыл дверь, пусть не отвлекается, силовики и Романовский отбыли, сам минуты три посидел в одиночестве. Мысли поскользили, как муха на лысине, о культуре и прочих цветочках, затем нырнули к тревожному обмену мнениями о военном положении в мире. Похоже, чем больше вникаю в эту проблему, тем яснее, что новейшая теория «бесконтактной войны» придумана человеком, который вообще не покидал квартиру даже там, в Штатах, не выходил на улицу, не получал по морде от пьяного негра, а только сидел за пультом мощного компьютера и упивался полнейшей властью над виртуальными людьми. Что скажет, то и делают, канальи. Велит принимать позу подчинения от вот такого щелчка пальцами – принимают, велит стать в позу римлянина, завязывающего сандалии, когда ткнет пальцем вот в эту горячую клавишу, – тут же выполняют все беспрекословно и даже с ликующими воплями и бросанием чепчиков.
Как будто он не с Россией собрался, Мальбрук походный, воевать, а с отколовшейся Калифорнией, где, кстати о птичках, белых уже не просто меньшинство, а быстро тающее совсем уж сексуальное меньшинство: испаноговорящих, которые относят себя не к белым, а к «бронзовым людям», там пятьдесят семь процентов, да плюс двадцать три процента негров… Но это их проблемы, а пока можно сказать с уверенностью, что мы не Калифорния, а скифы мы, и азиаты – мы!.. Если вот так в мгновение ока разрушить всю нашу связь, остановить работу компьютеров, отключить мобильники, разбомбить все железнодорожные станции и ПВО, мы это заметим разве что на третий день, а поражение, конечно же, не признаем, так как не увидим. А когда им вынужденно придется эти земли оккупировать, то начнется партизанская война… Не такая героическая и красивая, как у чеченцев, но нас побольше, и можем с нашей бесшабашной и безбашенной ментальностью хоть сибирскую язву запустить в водопровод, хоть холеру, хоть взорвать станцию переливания
Правда, основную ставку эти хитрозадые вояки все же делают на то, чтобы еще раз попытаться убедить Россию в том, что она снова побеждена, как уже удалось ей доказать, когда она была еще не Россия, а СССР. Правда, второй раз не пройдет или пройдет вряд ли, так что сейчас вся мощь информационного оружия нацелена на то, чтобы доказать, что Россия не противник, никаких недоразумений, тем более – войны, между Россией и США уже давно нет, мы не противники, а партнеры. Ну, те самые, как Леня Голубков из МММ и простодырое население…
Но инфооружия у США хватает, как и талантливых полководцев: другая армия дипломированных пропагандистов, не менее оснащенная, умело доказывает России, что даже и новая война между Россией и США уже была, была, и эта война тоже… проиграна Россией. Так что извольте в позу подчинения, а мы, как цивилизованная страна, особо унизительных требований не предъявим, мы ж демократы, мы вас планируем использовать, как пушечное мясо в предстоящей схватке с Китаем…
Парадоксально, но штатовцы, делая упор на новейшие технологии, все-таки терпят поражение на самом суперновейшем поле сражения! Да, на этом самом, на поистине необъятном поле Интернета! Уж его-то, несмотря на все попытки, ну никак не удается подчинить ни Штатам, ни даже всему западному миру. Интернет слишком велик и воистину свободен. Там каждый может сказать свое слово, и если это слово имеет ценность, сразу же обрастает комментариями, цензуры нет, и даже если туда сразу же бросить толпу пропагандистов, их убедительные аргументы все равно подвергаются беспощаднейшему анализу, плюс знатоки тут же приводят противоположные версии с других сайтов, дают линки, все легко проверить, мысль тут же освобождается от шелухи… Нет, не становится кристально ясной, как у Господина Бога, но иммунитет у инетчика к пропаганде велик, а опыт юзера позволяет от сайта-дезинформатора одним кликом мышки перенестись на сайт разоблачителя слухов, в голове сразу же настанет хотя бы некоторое равновесие.
На необъятном столе высится кувшин из тонкого прозрачного стекла, заполненный до половины оранжевым соком, рядом блестят гранями два тонкостенных стакана. Налил один до половины, сок прохладный, необычный, выпил с жадностью и налил еще. Александра заботится, думаю, еще не отравила: помимо прочих проверок о благонадежности, за всеми действиями следят десятки телекамер, ее пальцы ни на миг не остаются без фиксации.
Тронул мышь, скринсейвер исчез, Александра вскинула голову.
– Да, господин президент?
– Когда это ты ухитрилась занести?
– Ах, господин президент, вы совсем меня не замечаете!
– Если ты человек-невидимка… Что за сок?
– Это врач президента порекомендовал… весьма настойчиво, – ответила она с некоторой тревогой. – А что? Обыкновенный морковный…
– Да? – удивился я. – Ловлю себя на неизжитом низкопоклонничестве перед гнилым Западом. Решил было, что какой-то хрюкт экзотик из самых дальних заокеанов. Спасибо!
– Это вам спасибо, – ответила она и добавила с женским ехидством: – Что не ударили.
Экран погас, взгляд опустился на листок, где я, пренебрегая возможностями компа с его встроенным тестовым редактором, все еще записываю законы, правила и требования к имортисту. Все пишется вперемешку, потом все надо перенести в файл и разнести по основным частям. Сейчас же это пока основные столбы с еще не снятой корой и даже не обрубленными сучьями, а не ровная стена несокрушимой веры и учения, точнее – вероучения. Тоска берет, когда вспомнишь, что Коран был написан одним человеком, в таком виде существует и доныне… но стоит напомнить, что сам Мухаммад не считал ислам отдельной религией, а всего лишь подправленным и очищенным иудаизмом. А подправлять и подчищать намного проще, чем создавать действительно новое…