Император всего
Шрифт:
— И что же заставило вас так резко пересмотреть свои приоритеты?
— Вы читали труды Великого Хардиля? — министр достал из кармана трубку, екунду посмотрел на нее и, со вздохом, убрал обратно.
— Просматривал, но, признаться, плохо помню.
— Напрасно. Держи друзей близко, врагов, а еще ближе. Союзники — это и то, и другое, поэтому с них вообще нельзя спускать глаз ни на мгновение. Позвольте освежить вашу память?
— Только вкратце и как-нибудь попроще, а то после вчерашнего у меня в голове поселился пчелиный рой. Признаться, я уже и так порядком устал, — простонал Брунадар.
— Извольте. Если вкратце,
— Зачем?
— Признаться, я и сам удивляюсь, почему никто не задал этот вопрос раньше. Но, поразмыслив, я понял, что спрашивать надо не зачем, а почему!
— И почему? — Брунадар уже вовсе потерял нить рассуждений Эль Мизара.
— Хардиль был сумасшедшим!
— Порой мне кажется, что все вокруг сумасшедшие. И я в том числе! — здраво рассудил император.
— Нет, вы не понимаете, он действительно был сумасшедший. Он создал Консорциум с единственной целью — развалить Каберонскую империю. Быть может, за свое заточение на Флоре Альфа 7, а может еще за что-то, это уже не важно, но мы все стали орудием мести в руках давно умершего безумца!
— Пусть так. Ну и что дальше? — Брунадар окончательно запутался. Пчелы в голове принялись жалить, злобно вгрызаясь в мозг. Он уже хотел только одного — чтобы Эль Мизар оставил его в покое. Со своими пространными речами он и сам производил впечатление сумасшедшего.
— Вот именно, что ничего! Империи нет всего чуть больше месяца, и весь цивилизованный мир уже катится к черту! Вокруг хозяйничают дангары. Хардильеры не в силах будут справиться с ними. Грядет война, только вряд ли в ней будут победители. Чем бы все ни кончилось, а хаос и разорение надолго воцарятся по всей галактике. Империя нужна! Причем нужна срочно!
— Не могу с вами не согласиться, — Брунадар проникся мыслью Эль Мизара, только не очень понимал, как этого добиться.
— Да здравствует император! — в гостиную вошли Аскилт и Гитон.
Фарадан выдал им новую форму из своего гардероба, но они не пожелали расстаться с остатками имперской формы. Поэтому Гитон облачился в хардильерские штаны, оставив имперскую куртку, а Аскилт наоборот.
— А вот и ваши генералы! — Эль Мизар не выдержал и все-таки раскурил трубку.
— Генералы?
— Так точно! — гаркнули новоявленные генералы. — Приветствуем министра Эль Мизара!
— Так вы все еще министр Консорциума? — Брунадар решил подколоть хардильера.
— Со вчерашнего дня нет. Вы милостиво пожаловали мне эту должность при своем дворе!
Брунадар вопросительно посмотрел на генералов.
— Так точно! — отрапортовали они.
В этот момент в гостиной появился Алберт, как всегда приплясывая и бормоча что-то себе под нос. "Да здравствует император!" — прокричал он над самым ухом Брунадара, отчего тому стало еще хуже. Затем появился Фарадан. Он нес вино и завтрак. Следом вошла Тайла и остановилась при входе, обозревая всю компанию.
Брунадар тяжело вздохнул. Не так он представлял себе начало своего правления. "О боже, все слишком запутано!"
— Никто не хочет побыть императором вместо меня? У меня еще так мало подданных, а бремя власти уже слишком тяжело!
— Позвольте облегчить ваше бремя, — Тайла подошла и налила ему бокал вина.
"Ну наконец-то мы перешли к неофициальной
Во время завтрака Тайла была необычайно тиха и задумчива. Она вяло ковырялась в тарелке, хотя давно не видела приличной еды. Дело в том, что она подоспела как раз вовремя, чтобы услышать большую часть разговора Эль Мизара и Брунадара. Картина, описанная министром, ей решительно не понравилась. Она представляла себе будущее в несколько ином ракурсе. Но какими бы недостатками не обладал Эль Мизар, а в политической недальновидности его вряд ли можно упрекнуть. Если он решил бросить все, чего добился за многие годы работы на Консорциум — дела действительно плохи!
С одной стороны — можно попробовать сдать всю эту компанию тем же самым хардильерам, а на полученное вознаграждение убраться как можно дальше от всего этого безобразия. В конце концов, и в этой галактике полным-полно затерянных уголков. Хотя, кто может гарантировать, что дангары не доберутся и туда? А существование в одном мире с дангарами ее решительно не устраивало. С другой стороны, пусть Эль Мизар и не сказал, как он предполагает восстанавливать империю, но какие-то мысли по этому поводу у него должны быть, иначе он не ввязался бы в эту авантюру. И что в этом случае светит ей? Тут есть, над чем подумать! Ясно только одно — следует быть повнимательнее к Брунадару. Каким бы придурком он не был, а все ж таки — ИМПЕРАТОР!
Первый вариант был куда более реален. Раньше бы она, не задумываясь, так и поступила. Но сейчас… что-то внутри нее непривычно противилось подобному предательству. "Неужели я старею, раз стала так сентиментальна! Надо получше посмотреть в зеркало!" — злилась она сама на себя.
Еще более вяло ковырялся в тарелке Брунадар. После вчерашнего веселья, его желудок еще не пришел в себя, хотя вино немного усмирило раскалывавшуюся на миллионы частей голову. После второго бокала он смог собрать в единое целое рассыпавшееся сознание и осмыслить, что именно предлагал ему Эль Мизар. До этого момента он уже был готов смириться с тем, что останется императором Брунадаром первым лишь в собственных снах, да перед несколькими несчастными, с которыми свела его судьба в последние дни. У него не было ничего, чтобы вернуть себе утраченное. Но если старый проныра считает по-другому… Эль Мизар не производит впечатления человека, готового броситься в омут сломя голову, не проверив, что ждет его на дне. Наверняка, у него есть готовый план действий. Брунадар никак не мог придумать, как спросить об этом, не проговорившись, что сам не представляет даже с чего начать и не уронить императорского достоинства. Ведь что он за император, если не имеет ни одной идеи, как вернуть собственную империю?!
Эль Мизар не ел вовсе. Во-первых, завтрак ему обычно заменяла чашка кофе и любимая трубка. Фарадан поставил перед ним большой кофейник, откуда министр периодически наливал себе в чашку. От зелья он решил пока воздержаться, ограничившись одной трубкой, что уже выкурил. Он с улыбкой наблюдал, как Брунадар ерзает в своем кресле, то краснея, то зеленея, в зависимости от того, что его мучило в данный момент сильнее — осознание собственной беспомощности или похмелье. Все это было презабавно. Если действительно удастся посадить этого… недотепу на трон, фактически, управление можно будет взять в свои руки. Интересная перспектива.