Император
Шрифт:
Ошеломленный Маркус не поверил собственным глазам. Сарги отступили! Одна неудачная атака, и отряд в целую сотню огромных, сильных саргов, просто – напросто, ушел обратно в лес. Магистрат покачал головой, явно осознавая, что прожив на свете пятьдесят лет, он все еще ничего не знает о мире, в котором живет.
***
Стоя на краю поляны, почти у самых деревьев, Сархаш наблюдал за осадой людского поселения. Внешне лицо – морда командира саргского отряда не выражала никаких эмоций, хотя больше всего сейчас ему хотелось выпустить когти и
С самого начала все пошло не так. Сначала, когда, даже не добравшись до общины, еще в лесу Сархаш почувствовал искомую самку, от которой исходил запах странной магии, он решил, что ему улыбнулась удача. А потом проклятое человеческое существо, не только сумело сломать его ментальный контроль, но и подло заманило его в засаду. Пришлось подключить отряд, чтобы отбиться от каких-то пауков!
Затем, млекопитающее, судя по всему, сумело добраться до своей общины и предупредить остальных. Что ж! Осада, так осада.
После провала первого штурма Сархаш приготовился лично возглавить следующий. Незачем тянуть и понапрасну терять бойцов.
Поставленный на тело щит отобьет стрелы, он без труда сумеет ментально подавить вражеских командиров и, пробившись к воротам, усиленным магией ударом когтистой лапы с легкостью снесет их с петель.
Сарг собрался было выйти к бойцам и начать формировать отряд, когда его разума, в очередной раз, коснулось чужое сознание. Чужое и незнакомое! И не просто коснулось, но буквально сдавило в тиски, сходу пресекая любую попытку сопротивления. Изо всех сил стараясь защититься, Сархаш попытался обнаружить враждебное сознание.
И в какой-то момент ему удалось.
Перед мысленным взглядом сарга предстал, покрытый цветами, высокий холм, на холме стоял, одетый в серую тунику, сид и смотрел прямо на него.
Едва их взгляды встретились, Сархаш буквально сжался внутри собственного разума, почувствовав силу древнего существа. Сам он будто превратился в мелкого муравья, в муравья, над которым был занесен чей-то сапог.
Внезапно, видение изменилось. Сархаш будто со стороны увидел лесную поляну, защищенную частоколом общину и своих, штурмующих частокол, бойцов. Он увидел, как темнеет небо, как над ним собираются грозовые тучи. А через несколько секунд, с неба в воображаемых саргов ударили молнии, одна, две, три… десятки. И вот на месте сотни саргов валяются искореженные, обгоревшие трупы…
Так же внезапно как появилось, чужое сознание вдруг исчезло. Не выдержал, Сархаш, все- таки, зашипел, срывая злость и досаду. Он понял все и сразу.
Странный сид, способный с легкостью уничтожить и его и его бойцов, вместо этого, давал ему шанс (первый и последний) отступить с честью. Отдав мысленный приказ командирам десятков, Сархаш первым направился в сторону леса.
Дома его ждало наказание за провал.
Глава 4
Пробуждение было внезапным и
– Лежи девочка, – резко одернул ее знакомый голос. – Тебе нужен покой.
Тут же одна рука Тарии, с неожиданной силой, придержала ее за плечо, а другая поднесла к губам чашку с дымящимся отваром. Напоив девушку, видящая решительно уложила ее обратно на подушки. И все же та, борясь с подступающей сонливостью, нашла в себе силы задать волнующие ее вопросы.
– Мы отбились, – с улыбкой произнесла Тария, – и главное – отбились без потерь. Давненько уже такого не было, – она тепло взглянула на девушку.
– Там был сарг, – начала Луция, с содроганием вспоминая все, что произошло с ней в лесу, – большой, с зеленой чешуей, крупнее остальных…
Несмотря на предписание наставницы, она чувствовала потребность рассказать ей все, что с ней произошло, освободиться от этого.
Тария молча выслушала невольно сбивчивый рассказ ученицы. В какой-то момент она взяла ее за руку и погладила по плечу.
– Да уж, – тихо произнесла она, – когда рассказ подошел к концу, – такое не каждый день услышишь. Твои силы, действительно, растут.
– Не думаю, что на твоем месте я бы отбилась от атаки саргского вожака, по крайней мере, застань он меня врасплох, – она тепло улыбнулась и продолжала:
– Благодаря тебе, милая, наши успели вовремя подготовиться к обороне. Даже думать не хочу, что бы было, застань нас твари врасплох. А ты от них отбилась, сумела сбежать и добраться до общины.
– И знаешь, может дело тут и не только в твоих силах, – она погладила смущенную девушку по животу, – если подумать, сегодня твой малыш нас очень выручил.
***
Плавно текли дни, постепенно сливаясь в месяцы.
Жизнь общины текла своим чередом, как и жизнь двух видящих, к которым сородичи уверенно стали причислять Луцию, особенно после предотвращенного с ее помощью саргского набега. И время вносило в эту жизнь свои неумолимые перемены.
Заметно округлившийся живот мешал Луции нормально двигаться, не говоря уже о чем-то большем. Работу по дому она делала с трудом.
Помощи из общины, несмотря на ее новый статус (как подозревала девушка, с легкой руки магистрата), не было, она ее и не просила, не желая унижаться, выслушивая отказ.
У нее были все причины подозревать, что ее бывшая семья найдет повод для отказа, при полной поддержке общины, не желавшей появления на свет полукровки.
А если нежеланный полукровка вдруг не родится (ну бывают же иногда при родах и такие несчастья), магистрат, опять же, при негласной поддержке всей общины, сможет сделать вид, что ничего страшного не случилось, и попытаться помириться с дочерью, читай – прибрать к рукам новую видящую.
Ждать помощи не приходилось и от Тарии. В последние несколько недель старая видящая уже не слезала с койки и все чаще отказывалась от еды и воды.