Империя 2

Розальев Андрей

Один из пожарных, молодой парень, поднял голову к небу:

— Капитан… подсос, — негромко сказал он.

— Что это значит? — услышала его женщина с младенцем.

Воронов мрачно посмотрел на небо, потом в сторону дальнего от въезда края деревни:

— Это значит, что всё. Не успели.

Я тоже посмотрел вверх и понял, что, пока мы разговаривали, ветер сменил направление.

И тут дымовая завеса ненадолго разошлась. И мы увидели…

Там, за домами, на кромке леса взметнулась настоящая стена огня — чёрно-оранжево-красная,

высотой до облаков. Она неслась на нас, пожирая лес, как цунами. В тот же миг дальние деревенские дома вспыхнули, как спички, хотя огонь даже ещё не добрался до них.

Толпа замерла, заворожённо глядя на невиданное зрелище. Во внезапно наступившей тишине отчётливо было слышно, как какая-то бабка прошептала:

— Да это же конец света…

А потом с неба, вращаясь, упала горящая сосновая ветка.

— В машины! Пойдём на прорыв! — заорал капитан.

Но никто его уже не слышал. Женщина, которая только что кричала про полив, вдруг завизжала, бросила ребёнка на руки опешившему мужу, схватила фикус в кадке и опрометью бросилась куда-то в сторону. Маленькая девочка, рыдая, прижала к себе шипящего котёнка, пока её родители орали друг на друга, выясняя, кто забыл документы. Двое стариков, поняв всё без слов, просто обнялись, прижавшись щека к щеке, и закрыли глаза.

— ТИХО! — мой усиленный магией голос ударил по площади, заставив всех замереть на месте.

— Слушайте сюда! — я шагнул вперёд. — Я граф Каменский. Маг, и со мной ещё два мага. Капитан прав: единственный шанс — прорываться! И мы прорвёмся! Лично я здесь сдохнуть не собираюсь! Мой пикап пойдёт первым. Всех детей — ко мне в машину! Живо!

И люди послушались. Старики полезли в один из микроавтобусов. Убегавшая женщина бросила фикус и вернулась к мужу с ребёнком. Даже котёнок в руках девочки успокоился и перестал шипеть.

Капитан Воронов повернулся ко мне:

— Благодарю, Ваше Сиятельство. Кажется, вас нам и не хватало.

— Обращайтесь, — кивнул я.

Большинство родителей колебались недолго и сразу потащили орущих детей к пикапу. Упёрся только один лысый мужик, отец парня лет восьми:

— На своей доедем!

Я быстро оценил его машину — старенькую прогнившую легковушку на такой же лысой, как хозяин, резине, к тому же нагружённую всяким скарбом выше крыши.

— На этом ведре? — ткнул я пальцем.

— Отпусти ребёнка, дурак! — наехала на него жена. — Колёса вовремя менять надо было!

Я вопросительно приподнял бровь, и мужик, поникнув, отвёл сына к пикапу, где принялся что-то ему втолковывать. Кто-то предложил им с женой поехать в автобусе пожарных, но он только отмахнулся.

— Так, слушай команду! — капитана снова обратился к толпе, перекрывая её гул. — В огне самое страшное не пламя, а излучение! Оно прожарит вас быстрее, чем вы успеете задохнуться! Снимайте всю синтетику, она плавится и горит прямо на коже! Нужна плотная одежда, натуральные ткани! Куртки, пальто,

кофты — всё, что есть!

Люди растерянно переглянулись. Жара стояла за сорок, все были в футболках и шортах. Бежать по домам было уже поздно. Одна женщина, охнув, принялась стаскивать с себя блузку. Кто-то кинулся к своим машинам, принялся рыться в баулах.

Через минуту рядом с машинами лежала небольшая горка относительно тёплых и плотных вещей. И даже вязаных шапок и пара ушанок. А дед, старательно поливавший до этого свой дом из шланга, притащил целую охапку самых настоящих ватников!

— Виноград ими в зиму укрываю, — пояснил он удивлённому капитану, который такого щедрого подгона и не ждал. — Укрывал.

Он шмыгнул носом и опять убежал в дом.

— Так! Водители! Кто едет за рулём! — командовал Воронов. — Надевайте ватники! Руки чем-нибудь обмотайте и лицо! Остальные — в машины! На передние сиденья не садиться! Все ложимся на пол или на сиденья!

Пожарные принесли серебристые одеяла и принялись укрывать ими кучкующихся на задних сиденьях женщин.

— Спасательные покрывала по одному на машину! Что бы ни происходило, из-под них не высовываться! — объяснял один из них, закрывая заднюю дверь.

— У меня вот, ещё одеяла есть! — крикнул дед, выскакивая из своего дома. — И полотенца!

— Отлично! — махнул ему Воронов. — Одеяла детям, полотенца водителям!

— Дяденька граф, а вы правда всех спасете? — вдруг спросил у меня тот пацан, которого не хотел отдавать отец.

Он смотрел на меня скорее с любопытством, чем с беспокойством, явно не понимая всей серьёзности происходящего.

— Я не могу знать этого наверняка, — серьёзно ответил я ему. — Но я сделаю всё от меня зависящее.

Парень быстро закивал.

— Хорошо, дяденька граф, — его голос был полон восторга. — Я когда вырасту обязательно стану таким же крутым, как и вы!

— Отлично, уверен, у тебя все получится, — улыбнулся я и посадил ребенка в кузов пикапа.

Водители, уже одетые в ватники, обматывали лица полотенцами. Суета была лихорадочной, но организованной — каждый понимал, что от этих нелепых, пыльных вещей зависит его жизнь. Дед, убедившись, что сделал всё, что мог и даже больше, как-то осунулся, вспомнил про возраст и поковылял к микроавтобусу.

— Артём! — я нашёл глазами брата, который подбежал к пикапу с двумя полными баклажками воды. — В кузов! Твоя задача — поддерживать тент постоянно мокрым!

— Понял! — кивнул он и полез в машину вместе с детьми.

Женщину с младенцем Катя усадила к нам в салон.

Капитан Воронов подбежал ко мне:

— Подъездная дорога — отсыпная грунтовка с асфальтовой крошкой, — негромко сказал он. — Она наверняка уже горит и может даже местами поплыть.

— Илья, давай тогда я за руль! — тут же отреагировала Катя. — Попробую стабилизировать, но мне надо чувствовать дорогу хотя бы через колёса.