Империя 2
Шрифт:
И тут из-за угла дома высовывается… Артём?! С ШЛАНГОМ?! Мысль «Он что, собрался их полить?!» проносится в голове, пока я пытаюсь телекинезом отобрать капот у демона.
А он уже подходит к неработающему фонтану посреди лужайки, делает пас когтистой лапой — и оторванные от моего же пикапа детали летят в мою сторону. Прикрываюсь телекинетическим щитом и отстреливаюсь молнией — но чёртов капот служит отличной защитой от них.
А между тем Артём, бледный как мел, но с безумной решимостью в глазах, выскакивает из-за угла здания, направляя
— А-а-а! — крик Артёма больше похож на визг отчаяния, чем на боевой клич.
Он сжимает шланг. Я жду струи. Но вместо неё…
Где-то под землёй что-то с металлическим хрустом ломается, и чугунная крышка колодца взлетает в воздух, как пробка от шампанского, вместе с демоном, который так удачно оказался прямо над ней. Столб воды толщиной в бочку какое-то время удерживает демона металла на высоте добрых десяти метров. Его звериная морда выражает чистейшее недоумение. Он может только рычать и беспомощно махать лапами.
И падать.
Телекинетический толчок, и я оказываюсь ровно там, куда должен упасть демон. Одним чётким взмахом отделяю голову демона от его туловища и на секунду замирая, одним «глотком» впитывая его энергию.
Даже если Шурка каким-то чудом успеет, двух демонов нам не поймать, а энергия мне ещё пригодится.
Артём замер на месте, шланг в руках, взгляд ошарашенный. Уверен, он пытался сделать что-то другое, но получилось у него очень даже эффективно. Впрочем, это же Артём, чему я удивляюсь.
И его всего трясёт. То ли от адреналина, то ли от испуга, то ли вообще из-за магического истощения.
— Уходи отсюда! Бегом! — кричу ему.
В этот раз брат не спорит, бросает шланг и убегает.
Пока я занимался одним демоном, его коллега, маг огня, время зря не терял. Прикрываясь от надоедливых пуль огненными щитами, он принялся расстреливать противников небольшими файерболлами. Вот загорелась одна машина, и там кто-то схватился за огнетушитель. А с другой стороны вспыхнули сложенные доски, за которыми тоже кто-то укрывался.
С момента появления демонов не прошло ещё даже минуты, и я понимаю, что мужики до сих пор живы только потому, что их много, и демон растерялся, с кого начать. Но учитывая его почти полную неуязвимость для огнестрела, это вопрос времени.
Я бегу к нему, поднимая телекинезом весь крупный строительный мусор, что ещё остался. Всё это летит в тварь с огромным ускорением, а два отряда людей продолжают бесперебойно расстреливать демоническую тварь.
Когда я оказываюсь уже довольно близко к демону, то вижу, что едва успевает регенерировать. Но самое удивительное — его ноги по самые колени вмурованы в камень. Так вот почему он не двигается с места! Катя даже из-под земли до него дотянулась!
Бью демона молниями, окутывая его всего целиком разрядами. Он огрызается, в мою сторону летят сгустки огня, но я легко блокирую их щитом.
— ТИХОН! ШУРКУ!
— НАХРЕНА? — кричит Тихон, но тут же добавляет: — ЗВОНЮ!!!
И тут — рёв мотора. Знакомый тарахтящий звук. «Ласточка»!
Машина Шурки влетает на лужайку через развороченные тараном ворота, которые вновь придётся восстанавливать. Она не останавливается. С разгона, с визгом тормозов, её выносит в крутой занос прямо перед нами. Дверца распахивается ещё до полной остановки.
— ПРЕКРАТИТЬ ОГОНЬ! — орёт Тихон, видя, что Шурка, кубарем вывалившись из машины, бросается к демону.
В руках у неё — та самая серебристая коробка. Не добежав до демона, она падает на колени прямо в пыль и толкает ловушку перед собой, оставив в руке лишь конец длинного провода.
— Получай, тварь! — орёт Шурка, и давит на кнопку.
Щёлк.
Коробка раскрывается. Внутри — мелкая серебристая клетка, а в ней — демоническая мышь, дико бьющаяся о прутья. Искры сыплются из клетки. Одновременно по корпусу коробки пробегают синие молнии — электроразряды.
Усиливаю напор молний, и начинаю понемногу тянуть на себя жизненную энергию демона. Он воет нечеловеческим голосом, дёргаясь в конвульсиях. Вот только куда он денется.
— СЕЙЧАС! — кричу я мужикам. — ОГОНЬ! ВСЕМ ОГОНЬ!
Шквал пуль обрушивается на демона, нашпиговывая его свинцом. Его тело дёргается, регенерация не успевает. Он слабеет.
Добиваю его молниями. Не теми, которыми забирал жизненную энергию из убитых, а самыми обычными.
И вижу, как зеленоватая дымка отделяется от истерзанного тела, которое падает на землю, ломая зажатые камнем ноги. На секунду дымка зависает в воздухе, будто принюхиваясь, и уверенно направляется в сторону мыши в клетке.
— Шурка! — ору я в наступившей тишине. — Давай!
Шурка жмёт на кнопку пульта, и крышка ловушки с лязгом захлопывается. Жду несколько долгих секунд, но зеленоватая дымка так и не появляется. Только внутри как-то особенно громко пищит мышь, а потом и этот звук стихает.
Я опускаюсь на одно колено, опираясь на эфес меча, пытаясь перевести дух. В ушах звенит. Пахнет гарью, озоном, кровью и порохом.
Мужики переглядываются, перезаряжая оружие.
— Всё, мужики, — я понимаю руку, — отбой тревоги.
?
Поднявшись на ноги, я кивнул Шурке, которая, сохраняя покерфэйс, подобрала ловушку и оттащила её к своей «Ласточке».
— Катя?! — хрипло позвал я, оглядываясь.
Где она? Пикап был похож на консервную банку, которую кто-то топтал.
Из-под груды смятого металла, буквально из земли, как крот, выползла… ну, нечто, покрытое слоем грязи. Только глаза выдавали княжну Демидову.
— Тьфу! Пффф! — отплёвываясь, она попыталась стряхнуть грязь с лица и рук.
Весь ее строгий костюм был безнадёжно испорчен. Она посмотрела на меня, потом на уничтоженный пикап, потом на свои перепачканные руки. И… расхохоталась. Истерично так.