Империя
Шрифт:
Расс задумчиво выпустил облако дыма. Сатурн, к счастью, на пути не стоит, он ушел вперед на четверть орбиты. Между кораблем и открытым космосом остался лишь Нептун. Плутон тоже далеко, но даже будь он близко, это не имело бы значения: у такой маленькой планеты и притяжение пустяковое.
Скоро Ганимед и Каллисто окажутся по ту сторону Юпитера, и это тоже хорошо. Сейчас каждая мелочь может оказаться решающей.
Стрелка показывала две мили в секунду; на этом делении она зависла и больше не двигалась. Расс наблюдал за ней, прищурив глаза. Крэйвен
Через час стрелка сдвинулась с места и проползла на одну десятую вверх. Расс сосредоточенно до головокружения наблюдал за шкалой.
И вдруг «Непобедимый» вздрогнул и зашатался, будто кто-то ударил его под дых. Стрелка стремительно понеслась вниз, скорость упала до одной мили в секунду, потом до полумили.
Расс сидел, напряженно выпрямив спину, затаив дыхание, зубы его мертвой хваткой сжимали мундштук трубки.
Крэйвен выложился до последнего. В этот удар он вложил всю энергию, накопленную аккумуляторами, всю до капельки…
Расс выпрыгнул из кресла, подбежал к перископу и, нагнувшись, вгляделся в зеркало. Далеко в космосе серебряным кулончиком висел корабль Крэйвена, раскачиваясь во тьме взад-вперед, будто космический маятник. Расс перевел дыхание. Поле-ловушка по-прежнему держало противника в тисках!
— Грег, мы его сделали! — крикнул ученый.
Он бросился обратно к контрольной панели, посмотрел на индикатор. Стрелка уверенно двигалась вперед и уже добралась до единицы. Через пятнадцать минут она одолела еще пять десятых. «Непобедимый» начал побеждать!
Генераторы выли, как и прежде, резким, визгливым воем бросая вызов неприятелю.
Через час скорость постигла четырех миль в секунду. Через два — десяти и продолжала увеличиваться на глазах, по мере того как Юпитер все дальше пропадал во мраке, а Солнце превращалось в тлеющий уголек.
Расс включил боковое ускорение, и оба корабля резко отклонились от Нептуна. Мимо этой массивной планеты они пройдут на безопасном расстоянии в сто миллионов миль.
— Крэйвен, наверное, даже не будет пытаться пристать к Нептуну, — сказал Грег. — Он знает, что выдохся.
— Может, он старается сейчас накопить еще немного энергии, — предположил Расс,
— Пускай старается, — заявил Грег. — Посмотри на стрелку! Еще несколько часов — и мы достигнем световой скорости, а после этого доктор спокойно может вырубать свою линзу. Ей уже нечего будет накапливать.
Крэйвен действительно не пытался ухватиться за Нептун,
Час за часом, день за днем «Непобедимый» упорно уводил пленника в открытый космос — в безбрежные межзвездные просторы, где звезды казались всего лишь пятнышками света, близоруко моргавшими где-то далеко-далеко.
Расс разлегся в пилотском кресле, бездумно глядя в иллюминатор. Смотреть было не на что, делать — абсолютно нечего. И так продолжалось уже несколько дней. Приборы, управляющие кораблем, были установлены на максимум, генераторы победно пели песнь силы и скорости. За стеклом иллюминатора простирался океан пустоты, который до сих пор, наверное, не пересекало ни одно разумное существо
— люди, во всяком случае, точно.
Они неслись вперед, в загадочные просторы межзвездного пространства. Только просторы эти вовсе не выглядели загадочными. Они были простыми и будничными, почти скучными. Расс сжал в зубах трубку, хихикнул.
Когда-то ученые утверждали, что превысить скорость света невозможно. И они же уверяли, что раскрыть секрет энергии материи не удастся никому. А «Непобедимый» — вот он, летит себе быстрее света, а в генераторах его ревет энергия материи. И мчат они вперед, прокладывая путь в нехоженой пустыне космоса, оставив далеко позади все последние рубежи.
В рубке послышались шаги Грега.
— Мы здорово разогнались, Расс. Может, пора немного притормозить?
— Пожалуй, — согласился Расс и склонился над пультом. — Начинаю торможение.
На корабль обрушилась внезапная тишина. В ушах, привыкших за много дней к непрерывному реву генераторов, мучительно зазвенело безмолвие.
Долгие минуты тишины… а затем послышались новые звуки — тихое мурлыкание единственного генератора, который снабжал энергией корабельные приборы и поддерживал защитный экран.
— Как только скорость станет ниже световой, — сказал Грег, — нужно будет перебросить на корабль Крэйвена телекамеру и изучить его коллектор как следует. Сейчас не стоит и пытаться; все равно мы не сможем им воспользоваться, в условиях сверхсветового пространства он не будет работать.
— Да, сейчас мы только и можем, что лететь, — усмехнулся Расс. — Никакая энергия не в состоянии пробиться в это пространство. Мы в нем замурованы.
Грег уселся в кресло, пристально посмотрел на Расса.
— Какой была наша максимальная скорость? — спросил он.
— В десять раз больше скорости света, — улыбнулся Расс.
— Далековато же мы оторвались от дома! — беззвучно присвистнул Грег.
Вдали крохотными точками сияли звезды, будто кристаллики, горящие отраженным светом. И искрилось серебряное кружево звездной пыли, призрачное и невесомое на вид, хотя на самом деле это были миллионы огромных небесных тел.
— Приехали! — выдохнул Грег.
— Знать бы еще — куда, — отозвался Расс.