Империя
Шрифт:
Вся поза Граграра Акона кричит об опасности, Сирил невольно делает шаг назад и натыкается на холодную металлическую стену.
– Какой вопрос волнует почтенного Граграра Акона?
– голос Варда звучит на удивление спокойно.
Граграр Акон выгибает свою дугообразную спину и слегка расставляет локти. На языке Миракан этот жест заменяет смех.
Граграр Акон
Акон смотрит, как мутнеют глаза человеческих существ. Как все-таки неразумно было Кандориуму Варду брать с собой представителя своей же расы. Кто знает, может быть, чуткий слух асконца и уловил бы чуть слышное шипение
– Я уже говорил, почтенный Кандориум, что пригласил вас на мой корабль, чтобы задать только один вопрос.
– Спрашивай, - шепчет Вард.
Он не может двигаться, не может не повиноваться приказам Акона, а значит, не может и не ответить. Господство Миракан над Лэром. Увы, временное.
– В нашем предыдущем разговоре, - Акон хлещет хвостом по полу, звук похож на то, как кто-то полосует стальную шкуру кнутом, - вы упомянули об империи Н'оферат. Я хотел спросить, не проводил ли Лэр каких-либо исследований, и не известно ли вам расположение планеты Н'оферат?
Тишина. Акон ждет ответа. Кайрен Сирил хочет кричать.
Кайрен Сирил
Сирил хочет наброситься на чудовище, которое сидит на насесте. Как можешь ты, наполовину варвар, уродливое создание, вылезшее из своей темной мерзко пахнущей пещеры, заставлять нас рассказать тебе о том самом светлом, что было за всю нашу историю? Как смеешь ты произносить одно только имя Н'оферат?
Сирил мечтает о том, чтобы сдвинуться, наконец, с места, броситься на Граграра Акона и разорвать его на части.
А что же Кандориум Вард? Сирил не может даже повернуть головы, чтобы посмотреть на него.
Граграр Акон
– Лэр никогда не проводил исследований Н'оферат. Великие боги не нуждаются в соперниках, - руки Кандориума Варда сложены без движения на коленях, на его лбу выступают капли пота.
– Это ответ на первую часть вашего вопроса, почтенный Акон. Но я могу ответить еще и на вторую, если, конечно, вы хотите это услышать.
Ну вот и все, думает Акон, и этот шанс оказался всего лишь миражом, и эта загадка останется неразрешимой. Каков будет ответ Кандориума? Граграр знает его, еще не услышав. Однако когда Акон смотрит своими непроницаемыми матовыми глазами на спутника Кандориума, то что-то в том, как тот держится, заставляет его изменить свое мнение.
– Я хотел бы услышать ответ, - произносит он.
– Хорошо, - продолжает Кандориум Вард, - я знаю, где находится планета Н'оферат.
Человек за спиной Варда вздрагивает, Граграр замечает, как по его щекам текут капли влаги. Акон переводит взгляд на Кандориума. Старый жрец спокоен.
– Почему вы это сказали, Вард?
– срывающимся голосом спрашивает человек за креслом.
– Что плохого в том, что вы оба увидите, что от Н'оферат ничего не осталось?
– Кандориум Вард горько смеется.
За
Империя Н'оферат
Азнагиль Ларак
Н'оферат менялся на глазах, сначала почти незаметно, а потом с ужасающей скоростью. Каждое утро, приходя в Правительственный Комплекс, Азнагиль замечал, что в вестибюле все меньше и меньше служащих. Однажды Азнагиль Ларак обнаружил, что остался единственным Хранителем Информации, который считает нужным посещать рабочее место. Это открытие не стало для Ларака сюрпризом, и он так же спокойно, как и его сослуживцы, покинул Правительственный Комплекс и устремился в единственное место, где в последние дни кипела жизнь.
Огромное полупрозрачное здание космопорта было заполнено людьми и шумом. Азнагиль с трудом нашел себе место с видом на взлетное поле и стал лениво наблюдать, как исчезают в небе корабли, навсегда покидающие империю Н'оферат. Последние дни вымотали его, теперь Хранитель Ларак больше походил на собственную тень: он стал еще бледнее, почти не ел, двигался только когда того требовала необходимость.
– Азнагиль...
– услышал он осторожный голос.
Ларак повернулся и увидел Мартаналь Иорд, женщину, которую когда-то любил.
– Ты не летишь, - это было скорее утверждение, чем вопрос.
Азнагиль кивнул.
– Это из-за Альвейрайара?
Азнагиль пожал плечами.
– Нет. Видимо, у меня просто отсутствует причина, по которой летите вы, - Ларак поднял голову и посмотрел на небо.
Мартаналь не ответила, Ларак не считал нужным нарушать молчание.
– Кто-нибудь еще остается?
– наконец, спросила она.
– Не знаю, - безразлично ответил Азнагиль.
Еще один корабль с ревом оторвался от земли и превратился в огненную точку.
– Что гонит вас туда, Мартаналь?
– бесцветные глаза Ларака испытывающе смотрели на нее.
– Сложно объяснить, - она замялась, - такое чувство, как будто возвращаешься домой после того, как тебя долго не было.
– Домой, - хрипло повторил Азнагиль, - а на пути домой вы свалитесь с обрыва в реку и не выплывете, потому что только думаете, что умеете плавать.
Мартаналь покачала головой, не сказала ни слова и ушла. Азнагиль посмотрел ей вслед, потом пробежал взглядом по толпе и спросил вслух:
– Может быть, это я сошел с ума, а не они?
Вопрос остался без ответа, а вскоре его можно было уже кричать на улице в полный голос, потому что Азнагиль Ларак стал свидетелем того, как с Н'оферат улетел последний корабль.
Азнагиль подпер голову рукой и внимательно посмотрел на идеально ровное взлетное поле. Все, больше никого не осталось. Ни одного живого разумного существа на Н'оферат, кроме Азнагиля. В его распоряжении целый мир, который был защищен от внешней угрозы и обладал механизмами, которые могли поддерживать его в идеальном состоянии вечность. Недостаток был только один - Азнагилю этот мир был совершенно не нужен. Он побрел прочь, даже не посмотрев в сторону кабины телепортации: у него много времени и нет свидетелей, которые могли бы осудить его за такую эксцентричность, как пешая прогулка. Азнагиль понял, что ему придется привыкнуть к полной тишине, которую лишь изредка нарушают глухие металлические звуки.