Импульс

Одувалова Анна Сергеевна

— Если ты хочешь, чтобы я с тебя убрался, — стонет Глеб. — Спихни сама, я даже пошевелиться не могу. Кто ты женщина, и как ты умудрилась меня так оттрахать? Я будто марафон бежал.

— Я думала это ты меня… — совершенно искренне выдаю я, споткнувшись на слове «трах», и под тихий смех осторожно вылезаю из-под Глеба, чтобы трусливо сбежать в ванную.

— Чистые полотенца в шкафу, — кричит он мне седом, а у меня запоздало от смущения начинают гореть щеки. Я что только что переспала с первым встреченным мужиком? Ну ты и дура, Лика.

Я быстро принимаю душ, заворачиваюсь в полотенце и, надеясь, что щеки не пунцовые, выскальзываю

в полумрак квартиры. Глеб здесь в кухонной зоне, отгороженной высокой барной стойкой от гостиной совмещенной со спальней — настоящее жилище холостяка. Модный стиль «лофт», много свободного места и мало вещей. Я изучаю квартиру и понимаю, что, несмотря на дорогой район, и пафосный подъезд, она не очень удобная и функциональная. Студия, в которой, скорее всего, просто ночуют. Площадь тут, конечно, не как в моей съемной однушке, расположенной на отшибе, но все равно я больше приверженица отдельных комнат, а не зон. Жить я бы тут не смогла. Хотя… если одна, то какая разница? А вот вдвоем уже некомфортно.

— Кофе? — уточняет парень, на котором только красные боксеры. Он смотрит на меня как ни в чем не бывало, а кофемашина уже вовсю работает. Я ему завидую, тоже хотела бы не испытывать неловкости и стыда. Ну, подумаешь, переспали, и нам было хорошо? И что дальше? Почему же хочется провалиться сквозь землю?

— Нет, спасибо, — мотаю головой я. — Мне нужно домой.

— Я вызвал такси, — отзывается он, и меня неприятно царапает тот факт, что Глеб умудрился меня выставить, пока я была в душе. «Ну а что ты ждала от случайного секса, Лика?» — говорит внутренний голос. «Я и секса-то не ждала», — отвечаю сама себе.

— Спасибо. — Я киваю, старательно изображая вежливость, и иду собирать по полу свои вещи. Боже, как же неловко! Я не думала, что будет так стыдно найти свой лифчик в прихожей, а трусики в зоне спальни!

— Но они будут ехать полчаса. Поэтому ты успеешь попить кофе, — доносится мне в спину.

— Хорошо, — я оборачиваюсь и вижу на барной стойке чашку. Лаконичную, черную, безликую, как и все это жилище богатого холостяка. — Еще раз спасибо.

— Ты слишком много благодаришь, — хмыкает Глеб и становится похожим на того Глеба, который привез меня сюда, и от его нахальной улыбки снова начинает разливаться тепло по телу. В этот момент главное не смотреть на его пресс. Но не выходит. Парень наблюдает за моим взглядом и чуть отступает.

— Пожалуй, до такси мы не успеем, — отзывается он. — А зажигать всю ночь я, увы, не могу. Завтра с утра дела.

— У меня тоже, — пересохшими губами отвечаю я и двигаюсь к барной стойке.

— А, шоколад! — вспоминает Глеб, лезет в шкафчик и, к моему удивлению, достает «милку». Вот самую обычную «милку» с цельным фундуком.

Видимо, мой взгляд красноречивее слов, так как парень пожимает плечами и отзывается.

— Ну а что? Это алкоголь и кофе должны быть дорогими, а шоколадки я люблю со вкусом детства. «Милка» и большие орехи — хороший вариант.

— Согласна, — невольно улыбаюсь я. — Но «ритер спорт» лучше. Там концентрация орехов на квадратный сантиметр шоколадки выше.

— Да. — Глеб смеётся. — Но его я уже доел. А сейчас прости, я все же в душ. Там о приезде такси позвонят из холла на городской. — Кричит он уже из ванной. — Платить ничего не нужно, это бесплатная услуга для гостей комплекса. Просто назовешь адрес.

— Спасибо… — отзываюсь я, но мои слова

заглушает льющаяся вода. Зря я сюда приехала. Я не такая, как Наташка. Если меня мужик зацепил, то он зацепил. А просто секс вызывает боль в груди, потому что я с ужасом понимаю, что очень хочу это повторить с Глебом. Но он даже не попросил мой номер телефона. Он к мимолетным ночным увлечениям в отличие от меня относится правильно.

***

Глеб

Струи бьют по обнаженным плечам, а я касаюсь кафеля лбом и чувствую себя смесью идиота и мудака. Вообще, обычно я чувствую себя просто мудаком и привык к этому. А вот чувствовать себя идиотом, мне как-то совсем не нравится. Впервые я сбежал от женщины, с которой у меня только что был секс. Обычно мне хватает выдержки и такта поцеловать их в щеку и посадить в такси. Даже если я б пьян, а ведь сегодня я не сделал ни глотка. Просто понадобилась вся выдержка, чтобы не трахнуть ее еще раз. Этот глубокий взгляд ореховых глаз, которым она жадно скользнула по моему торсу, подействовал, как долбанная виагра и снова начался стояк.

А ведь я изначально даже трахать ее не хотел. Просто посмотреть, поговорить и составить план действий на дальнейшее. Но как увидел ее в этом чертовом платье, мозг отключился, включился член. Дальше пелена, наслаждение, и вот я уже прячусь от Лики в душе, потому что близок к тому, чтобы вообще не дать ей уйти этой ночью. Взять ее, например, прямо тут под струями воды, потом на кухонном столе, потом, так и быть, еще раз в кровати. Ну а дальше? С утра нам с ней нужно быть в одном и том же месте за городом, и приехать мы должны каждый со своей стороны.

Интересно, трахнуть нанятого братом специалиста — это так же плохо, как подкупить или хуже? Впрочем, какая разница, если эффект такой же, но вышло дешевле? Да и, признаться, приятнее. Хотя по отношению к Лике подло. Интересно, если бы я не знал, что увижу ее завтра с утра, взял бы у нее телефон? И почему мне немного стыдно за содеянное? Хотя какая разница, как добиться желаемого? Теперь она точно не будет работать на Сашку. Я завтра приложу все усилия, а у меня был просто крышесносный секс. Яйца поджимаются от одних только воспоминаний. Лика не из тех, кто свободно относится к сексу. Я видел — у нее давно никого не было, и готов поспорить, это ее первый секс на одну ночь. Рядом со мной ей будет неловко, и совсем несложно сделать так, чтобы она просто сбежала из нашего загородного дома, ну и от работы, на которую по незнанию согласилась. Потому что мало ли с кем я сплю, и насколько мне это нравится, я совершенно не готов пускать кого-либо в старую часть дома, и говнякать мои воспоминания. О том, что воспоминания так-то уже давно изговняканы, мной в том числе, я предпочитаю не думать.

Когда выхожу из душа в одном полотенце, Лики уже нет. Все правильно. Я рассчитал верно. В комнате остался запах ее духов. Недоеденная плитка шоколада, от которой я с удовольствием отламываю ломтик и отправляю в рот, по-прежнему лежит на барной стойке, а вот чашка из-под кофе вымыта и стоит на краю раковины. Я перекатываю во рту таящий шоколад и думаю о длинноногой брюнетке, у которой слишком хорошая задница для художницы, реставраторши или как там называется ее профессия. Короче, для той, кто хочет испоганить дорогой моему сердцу кусок дома.